Чтение онлайн

Мама ненадолго отвлеклась лишь по случаю появления миссис Дуглас, которая навестила их вместе с Марком накануне возвращения в Китай. Как следовало бы ожидать, встреча не только порадовала, но расстроила все собравшееся общество. Бывшая экономка, к примеру, обошла дом, заглянула в холодильник.

— К счастью, цветы не завяли, — отозвалась она похвально.

Зато присутствие Дан на этот раз ее как будто насторожило. Когда компания перемещалась в столовую, миссис Дуглас попросила Рики проводить ее, и они нарочно отстали.

— Что у тебя с ней? — потребовала она, отдаленно напоминая мистера Олливандера.

— Ей нравится Пит, — лаконично обозначил ситуацию Рики.

— Вот отлично! — успокоилась почтенная ведьма.

Застольная беседа впервые заставила Рики почувствовать, что и домашняя ситуация вокруг него меняется. Он, разумеется, помнил, что его ждет последний год в школе, но все еще по привычке продолжал считать себя учеником. Между тем старшие члены семьи вовсю обсуждали его будущее.

— Я бы очень хотела, чтобы Ричард приехал ко мне хотя бы на стажировку, — заявила миссис Дуглас. — Там, Мерлин свидетель, люди гораздо спокойнее.

Родители Рики одобрительно кивали, а сам он, в свою очередь, не пытался и слова вставить.

Смутное предчувствие возникло у него, когда Марк, поднимаясь из-за стола, выразил желание посмотреть художественную мастерскую, в которой не раз бывал, когда год назад гостил у Макарони. Хозяин дома, конечно же, тотчас пригласил его.

— Нет, я не пойду. Останусь здесь, поговорю с ребятами, — сказала миссис Дуглас. — Люси, можно лимонаду?

Рики решил было, что предчувствие его обмануло. В самом деле, чтоб сообщить ему что-то по секрету, надо выпроводить всех. Не станет же она обсуждать магические дела в присутствии Пита и Дан?

— Вот что, Ричард, я тебе скажу, — миссис Дуглас понизила голос. — Я не так много увидела и услышала за эти дни, но должна тебя предупредить, как старая ведьма: остерегайся старых ведьм!

Рики совершенно опешил, и не он один.

— Что за лица! — зашипела на ребят гостья. Тем более, судя по приближению шагов, мама возвращалась с лимонадом. — А ты, Даниэла, теперь не передумала возиться с живностью? Не хочешь работать в банке?..

… — Так она и не объяснила, что имела в виду со старыми ведьмами, — припомнил вечером Пит, когда Рики заглянул к нему пожелать спокойной ночи. — Поздновато об этом думать, но чем дальше, тем больше мне не хочется, чтоб ты возвращался в свой «Хогвартс».

— Брось, вот еще! — притворился обиженным Рики. — Я вроде вырос из того возраста, чтоб со мной нянчиться!

Рики не стал ничего говорить Питу, но у него было время подумать над тем, как не понравилось леди Гермионе, когда Мери заикнулась о газетах. Очевидно, отголосков славы Темного лорда ему избежать не удалось. И не удивительно, ведь за этим стояли профессионалы, настоящие акулы пера.

При таких обстоятельствах все более проблематичной, и оттого маловероятной представлялась ежегодная поездка Макарони в Италию. Как назло, именно этим летом Рики очень хотелось туда поехать. Главным образом затем, чтоб повидаться с Бароном. Он узнал, что этот почтенный представитель русалочьей породы как-то договорился с сородичами в озере при «Хогвартсе», но оставалось лишь гадать о способе передачи его просьбы. Это представляло интерес для науки, Рики тоже испытывал некоторое любопытство, но, предвидя, что Барон может и не захотеть ничего объяснять, не собирался настаивать. Он просто хотел побеседовать со старым русалидом, у которого, в общем-то, за последние несколько десятилетий и не было никаких других собеседников. При этом, юношу немного смущала неизбежная в школе «МентеСана» встреча с профессором Джиовинезой; в прошлый раз она задала ему хорошую взбучку. В принципе, теперь того же стоило ожидать и от бабули, которую он не видел почти два года.

Италия вскоре сама напомнила о себе, вызвав, как всегда, всплеск бурных эмоций.

Рики мог и не заметить, что принесли почту. Они с мамой на кухне как раз пытались готовить, причем Люси Макарони отважно сражалась с репчатым луком, который в обычной вредной манере мстил за то, что его шинкуют.

— Тетя Мария через неделю приезжает! — объявил, появляясь в дверях и обмахиваясь письмом, отец. И добавил, глядя отстраненно–философски: — Она спрашивает, удобно ли нам ее принять до октября.

Диего Макарони вопрошающе поглядел на жену, хотя Рики не сомневался в ответе. Родственники всегда останавливались у них, к тому же, глупо тете Марии искать что-то еще, когда в доме полно пустых комнат как раз для гостей. Но мама вдруг вскинулась, всматриваясь почти зверски в точку перед собой.

— Нам надо немедленно нанять прислугу. Немедленно! — жестко постановила она. — И, если в ближайшее время она не появится, я намерена в этом деле обойтись без помощи Гарри. Сколько можно ждать!

Рики понимающе хмыкнул. Нельзя сказать, чтобы приезд тетушки значительно добавил работы. В принципе, она прекрасно сама себя обслуживала. Однако мама явно была сыта по горло дефектом в заботе дядюшки Гарри.

По словам Артура, дядя Гарри сам устал искать им прислугу, до такой степени, что даже вспоминал иногда о явно невозможных вариантах, вроде родителей профессора Лонгботтома и прочих, кто теперь, увы, находился не в лучшей форме. Однако найти кого-то его все же вынудили.

Ультиматум был озвучен Поттеру в тот же день, и его реакция в очередной раз вызвала у Рики неприятное понимание, что за ними не только приглядывают, но и подслушивают. Крестный отец перенес натиск весьма терпеливо, как будто заранее к нему готовился, и, как ни странно, поспешил обрадовать семейство.

— Есть кандидатура, — сказал он, когда взвинченная хозяйка, к концу монолога озадачив его вопросом, до каких пор это будет продолжаться, умолкла. — Но я должен вас предупредить.

Такое вступление определенно предполагало проблемы.

— В Азакабане нашлись желающие? — предположил Рики.

— Почти. Мы поймали Хенриксона. Рики знает.

Рики, разумеется, знал. Эбенерзер Хенриксон, весьма родовитый колдун с длинной и запутанной уголовной историей, был в числе тех Упивающихся смертью, которые окружили его и его друзей на болоте.

— Он, вроде бы, один из тех, кто собрался самостоятельно жить на воле? — уточнил он.

— Сам Хенриксон утверждает, что да, я ждал твоего подтверждения, — ответил внимательно наблюдающий за ним дядя Гарри. — Его задержали во время беспорядков в ночлежке в Ливерпуле, и, по нашим каналам, опознали. Теперь ведь всех, у кого нет документов, проверяют авроры.

— У вас доступ к базе данных полиции? — удивилась Люси.

— Не совсем, это отлаженная процедура — результат договоренности с премьер–министром магглов, — уклончиво ответил дядя Гарри. — В общем, из полицейского участка его доставили в штаб–квартиру авроров. Он не особо радовался этому, но и препятствий следствию тоже не чинил. Нимфадора Уизли этим делом занимается, вот, по ее данным, на свободе он ничего предосудительного не сделал, кроме драки в ночлежке, но там, как всегда, не разберешься. Судя по всему, последний месяц он действительно намеревался как-то обустроиться, подрабатывал грузчиком в порту и копил деньги на то, чтобы выправить документы, а потом уехать подальше. Вот мы теперь и не знаем, что с ним делать. Все-таки, на нем многократное применение пыточных проклятий, подлог в Министерстве.

— А Вы за это Амбридж посадить не пробовали? — без всякой язвительности, из чистого интереса спросил Рики, но дядя Гарри все равно насупился.

— Пробовал, ты знаешь, и еще попробую, если повод вылезет. Поймать ведь ее надо еще! — произнес он с хорошо скрытым сожалением. — Ну, так что, ты готов дать шанс Эбу Хенриксону?

Поттер снова уставился, застав крестника врасплох и, честно, вызвав своим вопросом немалое недоумение. Рики полагал, что такие решения ему, ввиду сомнительного статуса в глазах общественности, да и, вроде как, возраста, еще преждевременны. Он не ждал такого доверия от гриффиндорской мафии, и не особо оно ему польстило. Не очень приятно, когда на тебя вешают судьбу преступника. Тем более, дядя Гарри прекрасно понимал, а мог и услышать от своего сына, что его крестник не может оставаться безразличным к будущему Упивающихся смертью, желающих исправиться, пусть даже лично Эб Хенриксон не вызывал в нем большой симпатии.