Чтение онлайн

— Человеческий разум может быть весьма ограниченным, — изрек он. — И ничто не мешает так человеку жить, как не прощение.

Рики вспомнился разговор на свадьбе Эльвиры, когда мисс Блумсберри и миссис Дуглас встретились за столом.

— Это потому, что она сама ничего не делала и питала свое величие чужими достижениями, — проворчал он.

— Ты прав. Достижениями своего сына, прежде всего, — согласился Дамблдор. — Это вовсе не значит, что она его не любила, но иногда тщеславие становится сильнее любви, и это опасно. У Минервы было много сложностей и недоразумений с Невиллом, пока он учился, а все потому, что ему поставили слишком высокую планку.

— Своими понятиями о достоинстве колдуна она едва не угробила собственного внука, — прокомментировал Рики.

Но сбить директора с философского лада ему не удалось.

— Странная штука жизнь, — почему-то пришел к выводу Дамблдор. — Кажется, давно все тебе понятно, и тут удар с неожиданной стороны.

«Так и знал, что Вы ей доверяли», — подумал Рики.

— Полагаю, тебе это знакомо после вчерашнего, — хмыкнул профессор, иронически глазея на него.

Рики тотчас натянулся, как струна, сам себе удивляясь, как мог так расслабиться. Он никогда не думал о том, чтоб поговорить с Дамблдором начистоту, но, если так получается, и старик сам напрашивается, то Рики понимал, что, в принципе, ничего не теряет.

— Ну, знаете, это нечестно, сэр, — заявил он, и то, как наивно уставился директор, едва не вывело его из себя. — Не думайте, что я ничего не понимаю в вашей тактике. Вы все эти годы прекрасно контролировали нас через портрет.

— Не так хорошо, как хотелось бы, — с сожалением констатировал Дамблдор, плохо сдерживая нотки озорства. — Вы предусмотрительны, но ваш Клуб, и все Ваши друзья в отдельности, Ричард, весьма радуют. Я бы решил, что они прекрасно на Вас повлияли, если бы не понял к этому моменту, что Вы в этом не так уж нуждались. Так и быть, не стану Вас раздражать, мой мальчик, поговорим о делах, как Вы предпочитаете. Кстати, я хочу отчет мистера Дейвиса, прошлогодний. Вы тогда не зачитали его вслух, так что Финеан не сумел ничего мне пересказать. И другие отчеты тоже, если они имеются.

— Я спрошу Дика, — проворчал Рики.

Он злился теперь не столь сильно. Конечно, всего этого следовало ожидать. Даже, пожалуй, директор сумел ему польстить: тем, как признался, что не сумел проследить за Клубом Единства досконально.

— Опять же, насчет мистера Дейвиса. Что у него с картой получилось? — продолжал Дамблдор. — Полагаю, все. Он много работал над ней, и вдруг перестал, — разложил директор по полочкам наблюдения Финеана.

— Спрошу Дика, — повторил Рики. — А у Вас и без того есть такая карта. Хотя… полагаю, алгоритм утерян? Если бы Дик обратился в бюро магических патентов, сколько он заработает?

Рики помнил, что равенкловец мечтал о путешествиях, и о том, что его родственники в начале года вовсе не стремились оказывать ему поддержку.

— Пришлите завтра его ко мне, — вклинился в его мысли Дамблдор. — Не хотите апельсиновую шипучку?..

«А почему бы и нет?» — после всего сказанного, Рики не хотелось ретироваться поспешно, а, наоборот, показать, что у него нет необходимости избегать директора, и он не прочь был поддержать разговор — на отвлеченные темы.

За чаем Рики стало ясно, что Альбус Дамблдор, если не относиться к нему предвзято, может оказаться прекрасным собеседником. Они снова заговорили о происхождении Упивающихся смертью, о том, что работы действительно еще навалом, но они справятся. Обсудили они и то, что мир магов становится другим, необходимость контактировать с немагическим населением не столь очевидна, но и тут что-то надо решать по–новому.

Сразу после этого по поручению Дамблдора Рики отправился на поиски Дика, и нашел его, после долгих скитаний по замку, ни где-нибудь, а в библиотеке!

— Теперь Дамблдор желает видеть тебя, — тихонько сообщил Рики равенкловцу, и все равно вызвал гневный взгляд мадам Щипц. — Просит зайти к нему завтра. Он разузнал насчет карты, и еще хочет твои отчеты, в общем, обнаглел…

Чтобы не злить библиотекаршу, Дик вышел с ним в коридор, где выслушал всю предысторию, после чего смиренно пожал плечами.

— Тем лучше. Я сам собирался к нему напроситься, — объявил он.

— Ты? К директору? — удивился Рики. — Зачем?

— Не насчет карты. Это пока тайна, — озадачил его Дик, и от дальнейших пояснений неловко, но категорично отказался.

Такая манера поведения друга была Рики слишком хорошо знакома. «Ну и что еще должно обрушиться на наши головы?» — думал он, а между тем его ждала встреча с Селеной, и никак не хотелось начинать ее с таких вот прогнозов.

Следующий день оказался весьма интригующим для Клуба Единства. Начать с того, что Дик отправился к директору с внушительным ворохом бумаг, и не подумал дать какие-либо пояснения по этому поводу. Не возвращался он оттуда не просто долго, а немыслимо долго. И ладно бы просто пропустил обед.

Не прошло и получаса после ухода равенкловца, как приехал Гарри Поттер; Эдгар, который с ним поздоровался, проинформировал, что дядюшка выглядел чрезмерно увлеченным, азартным и едва его заметил, что, пожалуй, обидно. Сходивший после этого на разведку Артур объявил друзьям, что Филч по поручению Дамблдора разыскивал Джимми. Выходит, юного газетчика призвали к школьному начальству.

Только Ральф, казалось, не так уж озадачился происходящим, и вообще объявил, что такая нервозность ему надоела, и он намерен провести остаток дня с Тиффани, а про тайну, если она есть, ему и без того сообщат. Позднее он так и сделал.

— Он просто на Джима дуется, и не хочет лишний раз о нем вспоминать, — объяснил Артур.

Дора молчала; она, похоже, снова сердилась на то, что Дику вздумалось заниматься чем-то без нее.

— Хотел бы я знать, что такого Дик на этот раз натворил, — говорил друзьям Рики, когда они спускались в Большой зал, еще надеясь пересечься там с таинственным равенкловцем. — Ведь не может же это быть связано с картой, мы уже разобрались, что о ней Дамблдор вызнал заранее.

Еще в вестибюле надежды друзей рухнули, а Артур Уизли едва не упал, при виде своих дядюшек, входящих в Главные двери. Сэр Персиваль показался Рики солидным и невозмутимым, как всегда; впрочем, он плохо знал его и мог чего-то не заметить. А вот Рональд Уизли был очень доволен и не скрывал злорадного ликования, словно ему удалось, наконец, схватить за горло некую весьма неприятную ему персону.

— Это тот самый занудный твой дядя, Артур? — вполголоса спросила гриффиндорца подошедшая Мирра.

Тот отрывисто кивнул ей, повернулся к Рики и поинтересовался почти с яростью:

— Ну и какого черта происходит?!

— А я что?.. — опешил Рики.

Ему, как и остальным, на месте не сиделось от любопытства. По возвращении в штаб он почти не помнил, что ел. Потом пришлось пересказать еще раз, о чем его расспрашивал директор. В ожидании тянулись минуты, превращались часы. И вот в четыре часа пополудни Селена не выдержала.

— Пойду я к директору, — сказала она, озорно сверкая глазами, — мне никто не удивится.