Рикошетом
Шрифт:
– Не смогла уснуть? – я знал, что ей снились кошмары. Она рассказывала мне о них однажды, когда была пьяна от приторно-сладких шотов.
– Я ворочалась и пыталась снова заснуть, Зак, я пыталась, но...
– Давай, – я отступил в сторону, чтобы позволить ей войти, мой желудок заурчал, когда запах помидоров и чеснока ударил в нос.
– Твоя любимая, – она поставила коробку на кухонный стол.
– С двойной порцией колбасок?
– С двойной порцией колбасок.
Мы слаженно работали вместе, она достала тарелки и салфетки, пока я открывал два пива, затем присоединился к ней на диван.
– Хочешь поговорить об этом?
– Нет, – Вик положила себе кусок пиццы и сделала большой укус. – Посмотри, что там по телеку, – пробормотала она.
Я схватил пульт и начал щелкать, остановившись на каком-то боевике.
– О, хороший выбор. Мне нравится, этот парень такой аппетитный.
– Аппетитный? – я фыркнул.
– Да, ну, знаешь, он хорош.
– Я знаю, что значит аппетитный, Вик. Просто не думаю, что когда-либо слышал, как ты это говоришь.
– Я скучаю по сексу, – выпалила она, прикрывая рот рукой. – О боже, – пробормотала она.
– Расслабься, – усмехнулся я. – Сколько прошло... пять месяцев?
– Пять месяцев, три недели и шесть дней.
– Мне очень жаль, – сказал я, потому что, черт возьми, а что еще я должен был сказать в этой ситуации?
– Да, мне тоже.
– Ты все еще можешь свалить, верно?
– Зак! – ее щеки горели.
– Это просто секс, Вик. Мы все им занимаемся, – не так часто, как мне бы сейчас этого хотелось, но это было не из-за отсутствия предложений.
– У меня есть варианты... да, – и под вариантами я надеялся, что она имела в виду игрушку, работающую на батарейках. – Но это не одно и то же. Я скучаю по близости. Я скучаю по ощущению губ парня на своей коже. Я скучаю по поцелуям... Боже, я скучаю по поцелуям, – печаль наполнила ее глаза, и я приготовился к слезам. Это случалось уже не так часто, но всякое бывало. Обычно, когда была привлечена бутылка водки.
– Тебе не обязательно оставаться с ним, Вик. Ты ведь знаешь это, да? Скорее всего, он никогда...
– Не надо, пожалуйста. Просто не делай этого, – ее глаза закрылись, и скатилась первая слеза.
Я взял коробку с пиццей с ее колен и положил на кофейный столик, притянув Вик к себе.
– Ты хороший человек, Вик.
Она обвила мою талию рукой, но не достаточно, положив ладонь мне на живот.
– Вик, – предупредил я. Это было опасно. Ее маленькое упругое тело прижималось ко мне, а пальцы скользили в опасной близости от моего члена.
– Разве ты не хочешь что-то почувствовать, Зак? Что-то помимо постоянного гнева, разочарования и боли? – она посмотрела на меня большими грустными глазами.
– А завтра, когда станет немного ярче? Что тогда, Вик?
Ее губы дрогнули.
– Это может быть нашим секретом.
Потому что это все, чего я стоил.
Маленький грязный секрет.
Моя спина напряглась, когда я схватил ее за запястье, убирая его со своего живота.
– Нам следует посмотреть фильм.
– Д-да, – она села и немного отодвинулась от меня. – Мне жаль. Я не знаю, что на меня нашло.
– Все хорошо, – я натянуто улыбнулся ей. – Кроме того, я на самом деле не виню тебя. Я вполне аппетитный.
– Придурок.
Некоторое напряжение спало, когда я ухмыльнулся, и наш натянутый смех заполнил комнату. Вот так просто мы забыли о том моменте, когда девушка моего брата пыталась соблазнить меня.
И я пытался убедить себя, что почти не позволил ей этого.
_______
Вик осталась. У меня не было комнаты для гостей, и я предложил занять диван, но она пообещала держать свои руки при себе. И вот мы здесь, в моей постели. Это был не первый раз, когда она оставалась на ночь, и, вероятно, не последний. Виктория жила в Хи Дельта Каппа. В их доме всегда было шумно и оживленно. Я понимал ее потребность в тишине.
Она тихонько сопела, свернувшись калачиком и отвернувшись от меня, в то время как я лежал на спине, заложив одну руку за голову и уставившись в потолок. Было бы так легко трахнуть ее. Погрузиться глубоко и позволить сексу перенеси нас в другое место. Но она принадлежала Деклану. Он был там первым. Неважно, как сильно я хотел отомстить ему, моим родителям, это было довольно отвратительно по всем стандартам.
Но я был не просто кем-то.
Я таил в себе тьму, которая иногда пугала меня. Обычно я держал ее в узде. Я должен был. Но иногда она всплывала на поверхность... как тогда, когда я увидел Калли на вечеринке, а потом в «Мадс».
Было и другое время. Время, когда я сдался и позволил тьме поглотить себя.
Она помнила?
Она помнила, каково было, когда я трахал ее у той стены в заброшенном доме?
Это был прошлый Хэллоуин, я вернулся в Бэй-Вью с мамой, чтобы увидеть новорожденного ребенка ее двоюродной сестры. Была вечеринка, и пара моих старых школьных друзей уговорили меня пойти туда. Я не ожидал увидеть Калли, но в ту же секунду, как увидел, понял, что не могу просто уйти.
– Я хочу вернуть свою камеру, – сказала Калли из-за моей спины. Я слегка повернулся, пристально глядя на нее.
– Может быть, я не хочу ее возвращать, может быть, я хочу договориться, – я сделал еще один снимок, вспышка осветила темное пространство.
– Я не буду играть в твои игры, – кипела она.
Но огонь в глазах выдал ее.
– Значит, я не слышал, как у тебя перехватило дыхание, когда я прикоснулся к тебе? – я подошел ближе. – Я не видел блеска похоти в твоих глазах? Я не почувствовал, как ты сжимаешь мою футболку, притягивая меня ближе?
Мы почти касались друг друга, маленькое напряженное тело Калли тут же прижалось ко мне. Я ухмыльнулся, держа камеру, делая снимок за снимком. С широко раскрытыми глазами и раскрасневшаяся она выглядела такой чертовски красивой, и я ненавидел это.
Щелк, щелк, щелк.
– Твои глаза все еще горят, когда ты смотришь на меня, – тихо сказала я, ненавидя то, как эти слова скрутили мои внутренности. – Даже после того, что я сделал с тобой. Даже после того, что ты сделала со мной.
– Что... – слова замерли, когда моя рука скользнула вверх по ее шее.
Дрожь пробежала по ее телу, но она не испугалась. Она была возбуждена. Я почувствовал, как возбуждение пронеслось в воздухе.
– Все это было ложью? – прошептала она в темноту дрожащим голосом. – Ты когда-нибудь лю... – выражение ее лица стало жестким, когда она проглотила слово на букву Л. – Я когда-нибудь была важна для тебя?
– Разве это имеет значение? – мои пальцы переместились к ее щеке, поглаживая кожу.