Чтение онлайн

– Нисколько. Вы очень красивая девушка и, кажется, сильная. Вы просто обязаны не только предаваться грезам, а делать свою жизнь комфортабельной и красивой. Роскошь - это не излишества, детка. Это способ существования утонченных, возвышенных натур. Ну и, конечно, возможность помочь тем, кто менее жизнеспособен в этом мире: сирым и убогим.

– Благодарю вас, сеньор Антонелли, за изящное оправдание того, что называется распутством и грехом... Все же мне жаль, что я не дождалась вас ночью.
– Прищурившись, Кристина с вызовом посмотрела на своего собеседника, который ей явно нравился.

– Но вы же признались, что влюблены в Элмера. Я старомоден и способен понять это чувство. Ведь для вас, на самом деле, не существует никого другого?

Кристина покачала головой:

– Я просто свихнулась на своих новых кумирах - Элмер и Рим - самое прекрасное, что есть сейчас в моей жизни.

– А я так надеялся, что хоть с краю, бочком, примкну к этой блестящей компании, - вздохнул Стефано.
– Видать, поторопился с выводами, старый сентиментальный "фавн". Вытащил мокрую девочку из воды и уже решил, что имею право на покровительство и дружбу.

– Сеньор Стефано!
– Кристина с мольбой протянула ему ладошку.
– Прошу вас, не выбрасывайте меня из своей памяти, своего сердца... Мне так нужен...
– Она смутилась и покраснела.

– Друг и защитник, девочка, - договорил Стефано.
– В этом совсем не стыдно признаваться, когда тебе всего двадцать, ты живешь в чужой стране и зарабатываешь гроши. Не сомневайся, - Стефано Антонелли всегда протянет тебе руку помощи. Вот видишь, я уже перешел на "ты". И прошу называть меня просто Стефано.

– Спасибо.
– Кристина смотрела очень серьезно.
– Это большой подарок для меня, сеньор Стефано... Мне опять хочется плакать, только на этот раз от радости... Я верю, что ваши слова не формальность и не бравада перед наивной глупышкой.

– Но мне бы не хотелось, чтобы доверчивая девочка тут же ринулась проверять серьезность моих заверений. Надеюсь, ты не натворишь глупостей. Не станешь бегать с пистолетом за неверным возлюбленным и не попросишь у меня миллион лир на оплату долга в казино?

– Я постараюсь вести себя достойно столь высокому покровительству. Заверила Кристина, смутно ощущая, что в её римской жизни открывается новая, увлекательная глава.

– Забавный хрыч. И что ему в самом деле надо - быть добрым папочкой? А знаешь, бывает и такое извращение, - прокомментировала рассказ Кристины Бэ-Бэ, не отрывая глаз от сцены.
– Вот, сейчас появится мое солнышко! Смотри внимательней - сногсшибательное зрелище! С самками в зрительном зале творится нечто невероятное!

На сцене погас свет, и в темноте с треском взвилось пламя факелов, покрывая отблесками лоснящийся обнаженный торс огромного негра. Едва перепоясанный на бедрах узким жгутом ткани, атлет играл огненными палицами, извиваясь в любовном танце.

– Половой акт с огнем! Это бешенство, эти судороги - экстаз!
– Бэ-Бэ, подавшись вперед, жадно следила за каждым его движением, а когда номер кончился и сцену залил свет, протиснулась вперед, посылая негру воздушные поцелуи и делая какие-то знаки.

– О, Джекки!
– простонала она, вернувшись к столику, и скомандовала Пошли быстрей, крошка.

Они вышли на улицу и обогнув дом, свернули в тесный, смердящий помойкой двор. Здесь, среди горы ящиков и металлических баков с отбросами находилась дверь, ведущая в хозяйственные помещения бара. Вскоре она отворилась и Бэ-Бэ кинулась навстречу своему дружку, переодевшемуся в джинсовую пару, состоящую из разодранных брюк и жилета с обтрепанными краями, одетого прямо на голое тело.

Последующие события разворачивались так быстро, что Кристина не успела понять, откуда взялась темнокожая женщина, пантерой метнувшаяся к Бэ-Бэ и вцепившаяся ей в волосы. Противницы упали на грязный, покрытый зловонными лужами булыжник и стали кататься у ног растерявшихся зрителей - Джекки и оторопевшей Кристины. Впрочем, Джек только внешне оставался спокойным. Его тело напряглось, а в руке блеснуло лезвие ножа. "Как в кино", - подумала Кристина, прижимаясь спиной к холодной кирпичной стене.

Тем временем дерущиеся уже были на ногах, разойдясь и приготовясь к новой схватке, как боксеры на ринге. Темнокожая женщина с изодранным в кровь лицом пятилась в сторону Кристины, не замечая её, а Бэ-Бэ, в лохмотьях развевающегося шелка приближалась к Джеку, ища у него защиты. И вдруг - лезвие мелькнуло в воздухе, негритянка победно взвизгнула, поймав нож, а Джек, нырнув за дверь, видимо, держал её изнутри, не пуская рванувшуюся за ним вслед Бэ-Бэ. Прижавшись к двери, она с посеревшим лицом, следила за приближающейся противницей. Намерения у негритянки были, по-видимому, самые серьезные - с воинственным воплем - "Прощайся с жизнью, ублюдок!" - она метнулась к своей жертве, сжимая нож. Кристина не поняла сама, как рванулась вперед, сбив с ног не ожидавшую нападения женщину.

В следующую секунду Бэ-Бэ уже сидела верхом на своей сопернице, скрутив ей руки и вдавливая лицом в грязь. Почти тут же взвыла на улице сирена полицейской машины. Очевидно, кто-то из жителей дома, привыкших к подобным потасовкам, вызвал карабинеров. Бэ-Бэ бросила женщину, смачно двинув ей напоследок острым носком туфли в ребра и схватив за руку остолбеневшую Кристину, метнулась прочь.

Чудом разминувшись с полицейскими, они сели в машину и Бэ-Бэ, включив мотор, резко нажала на газ. "Альфа-ромео" понесся по темным улочкам, взвизгивая шинами на поворотах, а вместо объяснений из кривившихся злобой уст Бэ-Бэ вырывался поток ругательств. Кристина поняла совсем немного. Очевидно, это был отборный лексикон, не входящий в словари.

– Сукин сын, мразь, - уловила Кристи обвинения в адрес Джекки.
– Так меня подставить! Отдать меня на растерзание своей сучке! Подонок - ты ещё откусишь свой ..., черномазая свинья!

Вдруг Бэ-Бэ резко затормозила и вопросительно уставилась на свою спутницу:

– Куда мне деваться? Домой нельзя. Он прирежет меня... Он достанет меня из-под земли!..
– Бэ-Бэ уронила всклокоченную голову на руль и зарыдала.
– Послушай!
– она заискивающе схватила Кристину за руку.
– Едем к твоему защитнику! Подружка, мне может помочь только всемогущий сеньор Антонелли. Ты не представляешь, в какое грязное дело втянули меня эти черномазые!

– Наркотики!
– ужаснулась Кристина, и Бэ-Бэ виновато опустила глаза.

Через час обе девушки сидели в кабинете Стефано, ожидая появления хозяина.

– Что произошло, детка? Ты вытащила меня из постели!
– торопливо вошел он в комнату и, увидев Бэ-Бэ, недоуменно замолчал.

– Это моя подруга Бербера. Ей нужна помощь...
– пролепетала Кристи, не уверенная в том, можно ли называть малосимпатичную ей особу подругой, да и стоит ли втягивать Стефано в неприглядную историю... Не с такой просьбой предпочла бы она обратиться к этому человеку.