Рим в огне
Шрифт:
Ссора
Хорошее настроение улетучилось также быстро, как и появилось. Мэри грызла ногти и наблюдала за тем, как Коля что-то делает в своем телефоне. Коля нервничал и тщательно чистил свои смс.
После того, как за ними закрылась дверь в их, казалось бы, уютную и теплую квартиру, Мэри предложила Коле чай и тот не стал отказываться. Но вот они сидели за столом уже около часа, чай, так и не выпитый, остыл, ногти Мэри становились все короче, а Коля все что-то делал и делал в мобильном. Наконец, Мэри не выдержала:
– Коль.
– позвала она.
– А сколько ты заплатил за машину?
Коля поднял на нее глаза, нахмурившись.
– Да... нисколько. Бесплатно доехал. Повезло с водителем.
– Ммм.
– Мэри откусила слишком большой кусок ногтя и зашипела от боли.
– Не грызи себя. Ты же знаешь, это неправильно.
– Угу.
– Мэри посмотрела на свои пальцы, оценивая ущерб.
– Я в ванную схожу.
– Конечно. Сходи.
И в Мэри почему-то закипела злость. Она бросила на Колю свирепый взгляд, глубоко и громко вздохнула и, сильно оттолкнувшись от стола, ушла в ванную. Коля, конечно, удивился. Он даже попытался войти к Мэри, однако она заперла дверь, хотя раньше никогда так не делала. Он постучал.
– Мэри? Все в порядке?
Мэри не ответила. Мэри мыла голову и кипела от ярости. Все ей казалось ужасным, неправильным и раздражающим. То, что Коля приехал на машине, то, что он приехал так поздно, то, что они стали реже разговаривать ни о чем, то, что ей понравилось разговаривать с Иваном, то, что номер машины был таким странным. То, что она хотела быть сейчас совсем не с Колей. И то, что Коля постучал во второй раз, разозлило ее еще больше. Но она снова не стала отвечать.
Коля паниковал. Мэри раньше никогда себя так не вела. Он чувствовал страх и странное чувство вины. Ему было стыдно и неуютно. Что-то зрело и грозило вот-вот прорваться наружу. Он вернулся на кухню и попытался попить чай, но тот уже совсем остыл и был отвратительным на вкус.
Наконец, вода в ванной замолчала. Коля выпрямился на стуле и ожидающе стал смотреть на дверь. Мэри вышла с полотенцем на плечах, вытирая волосы мягкими движениями рук. Она выглядела спокойной, даже немного улыбалась. Подняла глаза на Колю, улыбнулась чуть шире и подошла к нему.
– Почему ты мне не отвечала?
– тихо спросил Коля. коснувшись ее живота кончиками пальцев. Мэри помрачнела.
– Потому что злилась.
– Почему ты злилась?
Мэри молчала, она снова начала закипать, села за стул. Но и Коля начал закипать тоже.
– Ты ведь мог доехать и на автобусе.
– тихо произнесла она.
– Господи, да что ты опять с этой машиной?
– У нее был очень странный номер. Как у твоего спама. Только не "0", а "О".
Коля почувствовал, как холодеет. Ему и в голову не приходило, что Мэри успела заметить номер машины Иры.
– И...
– он прохрипел, откашлялся.
– И что?
– Слишком... слишком странно для совпадения.
Сначала Коля молчал. Он не знал, что сказать. Но тут он вспомнил, что Мэри весь вечер провела в той пекарне и решил защититься нападением.
– А ты почему сидела с тем чуваком? Могла и такси взять, все равно моя карта привязана.
– Я не понимаю твоей претензии. Я просто пила чай с пирожным. Мы даже толком и не разговаривали.
– тут она слукавила, конечно.
– Ну а я не понимаю твоей претензии. Я и знать не знал, какой там номер, пока ты не сказала.
– а он тут полностью соврал.
– А со спамом почему не разберешься? Он же тебе покоя не дает. ты весь сразу на дыбы встаешь, когда он приходит.
– У меня просто времени не было. Господи, да что с тобой?
– Со мной?
– Да, с тобой. Ногти грызешь, дуешься, не откликаешься, когда я тебя зову. Что происходит?
– Мы стали как будто чужими, Коль. Мы совсем уже обытились.
– В смысле?
– В прямом.
– у Мэри потекли слезы, а она даже не заметила.
– Только и делаем, что едим на кухне и молчим. Одно и то же. Чмок с утра, ужин, чмок перед сном. Тебе не кажется, что мы стали словно соседи в общаге?
– Мэри, что ты несешь?
– Коля перешел на крик, поднявшись из-за стола.
– Что ты несешь?
– Неужели ты не видишь, насколько мы обмельчали?
– Мэри тоже закричала, поднявшись.
– Да ты...
– Что?
– Ты и сама...
– Коля прервался на полпути, вдруг осознав, что это их первая ссора.
Мэри почувствовала это же. И тихо сказала:
– Я всегда была ТСБ [терпеливой, спокойной, благодарной] с тобой, Коля. Всегда. Когда ты уставал, когда злился, когда погружался в депрессию. Вот только отдачи от тебя никакой не было.
– Неправда.
– пробормотал Коля.
– Я всегда все делал для тебя, просто ты не хочешь этого замечать.
Мэри сжала губы, бросила:
– Я спать.
– и ушла.
Коля пошел за ней не сразу, он ведь тоже злился. Пыхтел, сопел, пил новый чай, листал контакт, думал. И понимал всю абсурдность ссоры.
Когда он пришел спать, Мэри уже спала. И когда он лег рядом с ней, она прижалась к нему и вздохнула. Коля подумал, что утром все образумится.
Но утром Мэри ушла, не попрощавшись, и не стала целовать его в щеку. И Коля расстроился.
Лизавета Васильевна сразу заметила, что "Девочка с медовиком" как-то сильно печальна и рассказала об этом Ивану. Иван пожал плечами, но отчего-то забеспокоился.