Чтение онлайн

— Доброе утро. Извините, что помешала… — первой поздоровалась я, собираясь развернуться и вернуться к опушке.

Князь тяжело вздохнул и поймал меня за руку.

— Доверяю тебе самое дорогое, — произнес он, показывая на девушку, и пытливо глядя мне в глаза. — Это моя…любимая.

Девушка, настороженно глядя на меня, протянула руку.

— Мирра, — назвалась она. Как я поняла в этом мире, одним из признаков доверия к человеку было — назвать ему своё имя.

— Римма, — и я энергично пожала её ладонь, и взгляд отметил, что на руке у неё то самое «кольцо Нареченной», которое, по рассказам Василия, должен надеть на палец избранницы Наследник, подтверждая этим, что признаёт ёё своей невестой.

То самое кольцо, пропавшее, по словам Василия, из сокровищницы накануне ссоры Яги с Яромиром. Кстати, на руке ведьмы, камень в кольце должен «оживать» и наполняться глубоким лучистым мерцанием. На мгновение задержав взгляд на кольце, я отметила, что камень тускло синь. Никакого намека на мерцание, ни искорки… Яромир и Мирра заметили мой взгляд.

Мирра молча сняла кольцо — по лицу прошла судорога боли — и протянула кольцо мне.

— Нет, — я покачала головой и отвела руки за спину. — Оно твоё.

— Во мне нет силы, — произнесла она, сдерживая слезы.

— Что-нибудь придумаем… Любовь — великая сила…

Мирра с удивлением и недоверием вскинула на меня глаза, так, словно ждала от меня брани, а не добрых слов.

— Я пойду… — тихо сказала она Князю.

— Куда?… Страна в положении войны!

— В ополчение, — улыбнулась она. — Стреляю из лука я не хуже твоих лучников.

В результате в лагерь мы вернулись втроем. Яромир не хотел отпускать Мирру одну в обратную дорогу, предлагал, чтобы его личная охрана доставила её в безопасное место. А девушка желала вступить в ополчение и наотрез отказалась от такого предложения.

— Хоть так помогу тебе, — решительно сказала она.

Я отвела глаза ожидающим Князя на опушке стражникам, и мы с Миррой прошли незамеченными ими.

Сразу же пришлось воспользоваться ещё одним уроком Яги и окружить шатер Яромира куполом беззвучия. Когда мы были надежно скрыты от любопытных ушей (отчего-то больше всего я опасалась Амирана), Князь выслушал моё предложение о создание «воздушного отряда», который предстояло возглавить мне, верхом на Горыныче.

— Страж твой хилый показал себя стрелком отменным, — отметил мастерство Жутикова Яромир.

Услышав это, у Мирры загорелись глаза.

— Князь, позволь и мне присоединиться к воздушному отряду? — спросила она.

— Но там основная сила ведьмы…

— Но и лучники ведь нужны!

Мы втроем переглянулись.

— Римма, я бы хотел… — Яромир взглянул мне в глаза.

«Я люблю её. Я боюсь за неё. Ты присмотришь за Миррой?»

Я услышала эту беззвучную просьбу.

— Яромир, я буду рада, если ты разрешишь присоединиться Мирре к моему отряду. Нам на Горыныче необходим ещё один лучник.

Яромир с заметным облегчением перевел дух и тепло улыбнулся мне за то, что верно поняла его непроизнесенные слова.

— Мирра?

— Я сделаю всё, чтобы оправдать оказанную честь сражаться рядом с Нареченной, — ответила она.

— Кто ещё знает о Мирре? — спросила я.

— Амаран, Светомир, Яга, моя охрана, — перечислил Князь.

— А в лицо?

— Они же…

— Что будет, если в лицо увидят? — поинтересовалась я.

— Про Ягу не знаю, а остальные вида не подадут, — ответил Яромир.

— Я почему-то уверена, что Яга на нашей стороне, — ответила я.

— Откуда такая уверенность?

— Чувствую так.

Было решено, что кольцо останется у Мирры.

— А чтобы взглядов нескромных не привлекало и кому не следует, его не узнали бы, не снимай перчаток. И ещё… — я на мгновение закрыла глаза и сосредоточилась, концентрируя силу, и совершила обряд отвода любопытных глаз от кольца и самой девушки, похоже, он стал у меня самым используемым. — Так-то лучше!

Вскоре наш крылатый отряд был сформирован. Было решено, что в ступах будут находиться по два человека, условно называемые «рулевой» и «воин». Сначала ведьмы с недоверием отнеслись к этой идее, но постепенно интерес разгорелся, и вскоре уже отбоя от желающих не было. Жутиков появление Мирры в нашей компании внешне проигнорировал. Горыныч с любопытством обнюхал и тоже промолчал. Вероятно, наложенное мною заклинание «отвода любопытных глаз» действовало на славу. Ягу, конечно, провести не удалось, она хитро усмехалась и с лукавым огоньком в глазах поглядывала в нашу сторону. Сама Мирра держалась со мной немного отчужденно и настороженно, словно не доверяла до конца. С отрешенным выражением лица слушала, как ко мне обращались — «Нареченная».

Вылет первых трех пар возглавили мы на Горыныче. Мирра и Жутиков расположились чуть сзади меня, приготовив стрелы. Немного ниже нас летели в ступах первые три пары нашего воздушного отряда. Враг не заставил себя долго ждать. Когда мы удалились от лагеря, с земли стремительно поднялись черные птицы. Во втором бою мы чувствовали себя намного увереннее. Горыныч поливал тварей огнем, Жутиков и Мирра стреляли серебряными стрелами, я и ведьмы в ступах — метали молнии. К тому же с высоты удалось обнаружить новое расположение войск Гастона.

Встречали нас как победителей. Сведения о расположении войск нечисти Гастона, ещё больше поднял престиж новорожденного отряда.

И начались военные будни. Сражение за сражением. К моему удивлению, у нашего врага армия оказалась многочисленнее, чем я её представляла, и ряды не редели: для пополнения войск нежити Гастон периодически опустошал попадающиеся ему на пути селения, черными заклятьями и с помощью клыков своих упырей подчинял своей власти.

Постепенно, наш крылатый отряд сместил время основных вылетов на ночное время, когда часть наших войск отдыхала, а у упырей наступала самое время силы. Мы теперь осуществляли и разведку, и ночной дозор, и взяли на себя сражения с крылатыми нежитями, которые, похищая людей, снабжали упыриное войско свежей кровью и плотью. Тем более это было опасно тем, что они вели охоту на ведьм и чародеев. Ночные вылеты заставили нас вести «ночной образ жизни». Легче всего это давалось Горынычу. Сложнее всего Жутикову, что выражалось повышенным ворчанием и ехидством.

Мои способности в чародействе развивались, чем сложнее и опаснее становилось, тем быстрее я училась управлять дарованной мне силой. Теперь не было нужды запоминать чужие заклинания, я с легкостью творила свои, но отсутствие опыта и базовых знаний давало о себе знать. Продолжались и тренировки с мечом. Воевода говорил, что как фехтовальщик я не безнадежна, главное больше тренировки. Я старалась. Очень старалась. События стремительно сменяли друг друга и времени размышлять о том, что это, бред, сон, параллельный мир, не оставалось: всё происходящее увлекло и закрутило меня.

Хотя не все мои творческие эксперименты находили отклик в душах моих ближайших соратников. Опробовав на себе «кошачий глаз», позволяющий мне видеть ночью как кошка, что давало массу преимуществ в ночных дозорах, я решила одарить этим и своих боевых товарищей: Жутикова и Мирру, — Горынычу это было не к чему, он и так прекрасно видел в темноте.

— Вот так и появляются монстры, — заметив мои вертикальные зрачки, ехидно заметил Жутиков, при нашем позднем завтраке.

Я лишь загадочно усмехнулась.