Чтение онлайн

Командование требовало от них прежде всего умения сооружать все виды различных оборонительных систем. Некоторые из этих задач имели очень удачное экономическое приложение, ведь нужно было проводить дороги, размечать границы между племенами и выполнять межевание и составление кадастра. Столь разнообразные мероприятия определялись главным образом военной целесообразностью, ибо проводились с целью облегчить передвижения войск и надзор за потенциальным противником. Эти работы являлись составной частью повседневных занятий солдат; умение успешно их проводить показывало овладение «дисциплиной»: Фронтин55 справедливо отмечает, что легионеры должны были уметь возводить мосты быстрее, чем это сделали бы варвары. Быстрота и техничность преследовали цель продемонстрировать противнику свое превосходство и тем самым лишить его мужества. Стремились также способствовать оседанию на земле кочевников, которые всегда служили причиной беспокойства. Но замирение местных жителей, развитие сельского хозяйства и хорошей сети дорог приносили пользу всей провинции в целом. Наконец, в обязанности пехотинцев, помещенных под защиту конницы, входило строительство башен, укреплений, учебных плацев и линейных оборонительных сооружений56. Псевдо-Гигин57 заходит дальше и советует отрывать ров вокруг походного лагеря, даже когда армия находится в дружеской стране — «ради блага дисциплины».

Участие солдат в этих различных работах засвидетельствовано типом источников, получившим значительное распространение по всей Империи, клеймеными кирпичами58. Для их производства используется мастерская крепости — fabrica. Перед обжигом на кирпичах оттискивают знак с помощью штампа: в коротком тексте содержится сокращенное название соединения и иногда имя ответственного за производство, начальника или magister fabricae. Так, в Мирбо, в департаменте Кот-д’Ор, был найден кирпич с относительно длинной и более разборчивой, чем обычно, легендой59: LEG. VIII AVG. LAPPIO LEG. = Leg(io) VIII Aug(ustana), Lappio leg(ato Augusti propraetore).

Из надписи был сделан вывод, что VIII Августов легион, который обычно располагался в Страсбурге, выслал отряд за более чем 200 км от мест своей дислокации (а возможно и скорее всего, он на некоторое время целиком переместился в Мирбо), и что им было выстроено какое-то сооружение, по меньшей мере лагерь и учебный плац. С другой стороны, хорошо известен имперский легат Авл Буций Лаппий Максим. Он исполнял свои обязанности при Флавиях. В некоторых случаях, используя пластичность глины, на кирпичах отмечают и другие имена60, а полученные таким образом изделия послужат указателями расположения лежанки и места, где указанный солдат складывает свое оружие и т.д.

В отличие от гимнастики и фехтования, эти работы приучают людей к совместным, коллективным действиям. Здесь мы затрагиваем основной момент. Главная цель занятий на практике состоит в обучении солдат действовать в составе организованных подразделений. Нужно, чтобы каждый знал свое место в боевом порядке, где, когда и как он должен двигаться без вреда для единства своей центурии61. Офицеры проводят учебные имитации сражения — пехотинцев против пехотинцев или против конницы. Этой участи не избегает и флот; в котором время от времени корабли стягиваются для проведения подготовки к сражению эскадр.

Как будет сказано ниже (с. 183—185), солдаты для участия в учениях надевают боевую амуницию.

Контроль

Учитывая значение, придаваемое этой деятельности, нельзя оставлять ее на усмотрение всех и каждого.

Командиры должны были регулярно проверять уровень подготовки войск. Каждое утро они проводят инспекцию: каждый центурион отвечает за свое подразделение; трибун должен следить за двумя когортами, а легат — за легионом; их передвижение приводит к череде докладов. Кроме того, засвидетельствованы особые проверки. Иногда сам полководец объезжает гарнизоны определенной области. При Адриане уже упомянутый Арриан совершил плавание вдоль берегов Черного моря (примеч. 2 на с. 153). Он, конечно, проверял состояние лагерей, наличие запасов провизии и списки личного состава. Но он не забывал и о тренировке войск. Есть, помимо того, сведения, что сам Адриан лично посетил Паннонию, а также в 128 г. Африку (примеч. 1 и 3 на с. 153) и что он совершил эти путешествия исключительно с целью удостовериться, что занятия проводятся достаточно регулярно. Также и другие особые обстоятельства позволяли производить дополнительный контроль. Найденный в Дура-Европос папирус показывает, что сопровождал выплату жалования военный парад.

Некоторые чины, уровня легата-трибуна-центурионов, специализировались в подготовке учений. Обычно руководство занятиями поручалось награжденному сверхсрочнику, если соединение таковым располагало. Он выполнял обязанности главного инструктора. Сам Траян не гнушался исполнением этой должности, что говорит о ее важности. Когда же неспособный император либо халатный легат препоручали эту роль персонажу, который оказывался не на высоте своих обязанностей — «греческому учителишке», по презрительному выражению Плиния Младшего62, — серьезные люди роптали. Но если в дела вмешивалась жена командира, как это сделала Планцина, супруга Пизона, который командовал на Востоке, разражался скандал63, ибо римское общество, кроме прочего, отличалось некоторым женоненавистничеством.

Учебный плац был вверен заботам начальника, называвшегося campidoctor, и его подчиненного doctor cohortis. Корень doc- ясно показывает, что этот человек получил образование и изучил свою науку; это обученный специалист, который должен передавать другим свои знания. Его положение позволяет ему иметь помощника (optio campi), который способен его заменить. Два других вида деятельности также требуют привлечения особых специалистов. Фехтование служит полем для приложения талантов armatura или doctor armorum — и здесь также звание doctor не лишено своего основного смысла. Существование discens armaturarum, своего рода «преподавателя для преподавателей» подтверждает, что данному искусству надо специально учиться. Точно так же маневры конницы требовали наличия специально подготовленных тренеров-вольтижеров, называемых exercitator и magister campi.

Целая иерархическая цепочка специалистов была, таким образом, призвана руководить и следить за правильным проведением тренировок.

Места учений

Мы убедились, что некоторые командиры в армии отвечали только за учебные занятия на плацу (campus). Но часть таких занятий проводилась в других местах. «Учителя военного искусства, — сообщает Вегеций, — требуют, чтобы тренировки пехотинцев происходили регулярно, чтобы они проводились в закрытом помещении в дождливую и снежную погоду и на учебном плацу в остальное время»64. Но необходимо уточнить содержание этой цитаты, чтобы правильно понять эту практику. Подобное исследование позволит, кроме того, затронуть некоторые проблемы военной археологии.

В начале римской истории воины готовились к войне на Марсовом Поле (Campus Martius). С расширением римских завоеваний и включением в войско молодых людей, живших все дальше от Вечного Города, надо было найти новые решения и организовать занятия либо в родных городах солдат, либо при лагерях. В эпоху Ранней империи выбирались разные места в зависимости от задач, которые требовалось решать. Во-первых, само собой разумеется, некоторые упражнения осуществлялись просто на местности, например, маршировка. Во-вторых, воины использовали и сооружения, построенные с другими целями, например, амфитеатры. Археологи неоднократно отмечали наличие арен вблизи лагерей; они объясняли эту практику (и вполне справедливо) пристрастием солдат к жестоким зрелищам. Но надо учесть роль и другого фактора. Ведь обучение воинов по многим аспектам было схоже с гладиаторским, а практические занятия фехтованием в хорошую погоду вполне могли проходить в тех местах, где в иное время сражались и погибали ретиарии и мирмиллоны.

Однако для военного обучения возводились и специальные постройки что еще раз показывает, какое большое значение придавалось ему римлянами. Так, известны базилики для тренировок (basilicae exercitatoriae)65. Как известно, базилика, или «царский портик» состоит из обширного зала, покрытого крышей; ее план очень прост и представляет из себя прямоугольник с одной дверью, разделенный на три части двумя колоннадами и имеющий иногда на одном конце апсиду (полукруглый выступ). Римляне использовали такие сооружения для защиты от дождя или лучей солнца. Было локализовано несколько тренировочных базилик в Британии: в Инчтьютилле66 — лагере эпохи Флавиев, в Незерби (222 г. н.э.)67 и в Ланчестере (времен Гордиана III)68; еще одна упоминается в Дакии, в Турде (Potaissa)69; и тоже относится к правлению Гордиана III. Представляется, что некоторые из них были построены внутри лагеря, другие — вне его, но здесь нет полной уверенности. Так, надпись из Британии эпохи Гордиана III была обнаружена «к востоку от укреплений Ланчестера», но камень, возможно, был перемещен. Историки сочли и, безусловно, оправданно, что они представляли собой залы для занятий с оружием, иными словами, для фехтовальной практики. Они также служили конными манежами, по меньшей мере, некоторые из них, так как упомянутая выше надпись из Незерби свидетельствует о baselica (sic!) equestris exercitatoria.

Но учебный плац как таковой назывался campus. М.И.Ростовцев по аналогии с basilica exercitatoria изобрел выражение campus exercitatorius, и его примеру последовали многие комментаторы. Но это плеоназм. Безусловно, данный термин может быть использован в разных значениях70; в общем смысле он обозначает ровное место, расширительно он применяется к площади, полю боя или площадке для занятий. Только это последнее толкование может быть принято, когда слово используется в военном контексте71, а фрагмент из руководства Юстиниана (см. примеч. 1 на этой странице) показывает, что это обычное место для проведения тренировок.