Чтение онлайн

Итак, можно наблюдать различные варианты: «оборонительные линии» или «пункты», крепости или небольшие укрепленные точки. То, что всегда поражает исследователя, это смесь простоты и функциональности, позволяющая строить эти сооружения, похожие друг на друга на всем протяжении от Шотландии до Сахары, от Атлантики до Евфрата.

Стратегические секторы: региональные различия

Однако разнообразие природных условий и потенциальных или реальных врагов, которые обитали вокруг огромной державы, вынуждали римских стратегов выбирать самостоятельные решения в зависимости от района, который им предстояло защищать.

См. карту на с. 22.

Характеристика всего комплекса

Каждая приграничная провинция располагала армией (exercitus), состоящей или из легионеров72 и вспомогательных частей, или только из конных ал и пеших когорт. Некоторые области Империи, преимущественно внутренние, назывались «невооруженными» (inermes), но это выражение не означает «без солдат», потому что в каждом секторе должен был находиться некий минимум войск, хотя бы для того чтобы обеспечить поддержание порядка, охранять наместника, оберегать рудники и монетные дворы. В воспроизведенном выше фрагменте (с. 23—24) Тацит демонстрирует рассредоточение личного состава; но он говорит только об основных местах концентрации солдат; далее мы увидим, что ситуация могла быть значительно более сложной.

Во всяком случае, ошибочно думать, что в задачи приграничной армии входило только ожидать внешнего врага. Тацит73 ясно говорит, что части, расположенные вдоль Рейна, должны были одновременно вести наблюдение за германцами и галлами. Геродиан74 веком позже, наоборот, настаивает, что варвары представляют угрозу для дунайских провинций, со стороны населения, проживающего во внутренних районах Империи, не ожидалось подвоха. Наконец, в те или иные периоды контингенты, сильно сокращенные, дислоцировались «по эту сторону» военной зоны. В качестве примера можно привести войска Иллирии-Далмации, которые в I в., с одной стороны, обеспечивали безопасность Италии, а с другой — служили резервом для легионов Паннонии и Мезии75.

Роль флота и портов

В определенном смысле можно считать, что флот представлял собой последний воинский резерв Империи. Действительно, начиная с Августа, Средиземное море являлось римским озером. Но гипотезу о полицейской функции флота нужно исключить76. М.Редде отмечает, что со времени Августа моряки считались настоящими солдатами и, соответственно, выполняли военные обязанности. С основанием Империи учреждается и постоянный флот (он являлся наследником морских эскадр времен триумвирата), в это время он размещался в основном на Западе. Мизены следили за Западным Средиземноморьем, Равенна участвовала в операциях против парфян, корабли крейсировали вдоль всей северной границы Империи на Рейне, Дунае и Понте Эвксинском.

На практике моряки италийских флотов служили резервом живой силы во время войны против германцев или парфян. Главным образом — и это принципиально важный момент — они обеспечивали материально-техническое обслуживание во время походов. Одна из первых сцен Колонны Траяна77 представляет корабли, на которые военные загружают провиант. Так что корабли перевозили продовольствие и войска. Эта функция объясняет систематическое возобновление деятельности порта Селевкии в Сирии; во время каждой экспедиции императоров против парфян мы встречаем там солдат преторианского флота.

Активное применение кораблей дает нам возможность квалифицировать стратегию первых двух веков нашей эры в области использования флота как «активную оборону» в противоположность «пассивной обороне», которая характерна как для республиканской эпохи (флот снаряжался только во время войны), так и для III в. (фортификационные работы приобретают определяющее значение во время великого кризиса). Но эта ситуация объясняет также факт отсутствия архетипов военных портов — в реальности ничто не отличало Мизены от Остии или Путеол, так как во всех трех местах загружались и выгружались люди и товары. Благодаря лагуне, связанной каналом с По, Равенна78 оказывается прекрасно расположена, а ее маяк облегчал навигацию; но там нет ничего, что напоминало бы о присутствии в этом месте сколько-нибудь значимого военного флота. До сих пор не обнаружены казармы и плацы моряков.

Внутренние районы

Таким образом, благодаря флоту солдаты присутствовали в географическом центре Империи, а также и в других районах, удаленных от границ. Эти зоны, называвшиеся «невооруженными», тем не менее, не были лишены солдат79.

Италия

Наиболее значительная концентрация воинов, если вести речь об этих секторах, имела место, конечно, в Италии. Прежде всего, нужно принять в расчет «римский гарнизон» с его преторианскими когортами, urbaniciani и ночной стражей, не забывая о других частях меньшей численности. И затем, нельзя обойти молчанием, естественно, две крупные военные базы в Мизенах и Равенне; флот отправлял отряды в различные порты полуострова, в частности, в I в. в Остию и Путеолы80, кроме того, в каждом из этих двух мест дислокации располагалась когорта ночной стражи81. И, наконец, нужно вспомнить, что в 202 г. Септимий Север основал Castra Albana — в 20 км к югу-юго-востоку от Рима на площади в 10 га был расквартирован II Парфянский легион.

Запад

Расположенная совсем рядом с Италией, провинция Сардиния принимала в эпоху Августа не менее трех когорт; кроме того, группа мизенцев была размещена в Кальяри.

В остальном на Западе солдаты дислоцировались почти везде, и особенно в Проконсульской Африке, наместник которой командовал легионерами вплоть до правления Калигулы; он и далее сохранял под своим постоянным началом около тысячи человек. Карфаген82 служил тыловой базой, цитаделью; лагерь был расположен, видимо, на плато Бордж Джедид, в садах нынешнего президентского дворца Туниса83. Там была расквартирована одна когорта городской стражи (XIII при Флавиях, позднее I) и другая, выведенная из состава III Августова легиона, а кроме того, бенефициарии84. В Магрибе известно о существовании других подразделений — алы Siliana при Юлиях — Клавдиях и, возможно, позднее пехотинцев из различных отрядов и даже другой недолговечный легион — Первый Макрианский, во время кризиса 68 — 69 гг. Зато в Бетике, несмотря на то, что она также была сенатской провинцией, находилось всего пятьсот пехотинцев вспомогательных войск.

Галлы, видимо, вынуждали уделять им наибольшее количество воинской силы, но только в начале Империи. Известно, что Октавиан на следующий день после битвы при Акции расположил флот в Нарбонской Галлии, во Фрежюсе85. В Лионе всегда была расквартирована, по меньшей мере, одна когорта, — для обеспечения безопасности монетного двора86 (cohors XVII ad Monetam или cohors I затем XIII Urbana). Но эти недавние открытия засвидетельствовали наличие лагерей, расположенных далеко от рейнской границы и построенных в раннюю эпоху. В Ар лене, рядом с Суассоном, известный довольно давно лагерь, только недавно стал объектом нескольких зондажей87; он восходит ко времени Юлиев — Клавдиев так же, как и открытый в О л ней в Сентонже88; наконец, в Мирбо, рядом с Дижоном, были обнаружены несколько лагерей, где найдены клейменые кирпичи — все они восходят к эпохе Флавиев89. Эти постройки, возможно, имеют отношение к завоеванию и восстаниям Флора и Сакровира при Тиберии, а также Цивилиса, Классика, Тутора и Сабина в 68—70 гг. Но не нужно забывать и о том, что Галлия была театром военных действий и в III в. Прибавим здесь, что и альпийские провинции принимали со времени их учреждения вспомогательные части.

Но наиболее значительная концентрация войск на Западе имела место в I в. в Иллирии-Далмации (уточним, что под «Западом» мы понимаем часть римского мира, где латынь использовалась в качестве разговорного языка, в противоположность «Востоку», где эту функцию выполнял греческий язык, см. карту на с. 22). Это позволяло одновременно преграждать доступ в Италию и в случае необходимости прийти на помощь армиям, расположенным на правом берегу Дуная, как в Мёзии на востоке, так и в Паннонии на севере. Однако личный состав продолжал таять в течение всего I в.; от пяти легионов при Августе (VIII Августов, IX Испанский, XI будущий «Клавдиев», XV Аполлонов и XX Валериев) перешли к одному с эпохи Клавдия (IX Клавдиев, затем IV Флавиев). В конце концов, последний при Домициане покинул этот регион, защита которого отныне осуществлялась вспомогательными частями90. Данный сектор обороны сохранил, однако, определенное значение в конце II в., когда дунайская граница вновь оказалась под ударом91.

Восток

Внутренние районы на Востоке никогда не расквартировывали столь же крупные соединения солдат, по меньшей мере, на постоянной основе. Но они были «перенасыщены» мелкими отрядами. В начале Империи Македония92 была защищена двумя мезийскими легионами (IV Скифским и V Македонским); в Ахайе и Фракии тоже располагались когорты вспомогательных войск (см. пред. примеч.), подобная практика применялась в Малой Азии93, особенно в процинции Вифиния-Понт.

Даже самый поверхностный обзор приводит нас к важному и оригинальному выводу: в противоположность тому, о чем часто писали, Август не располагал все воинские контингента рядом с границей, поблизости от потенциального врага. Он сохранял важные резервы в тылу, и только постепенно войска выдвинулись на передний край. В Африке III Августов легион находился ближе к Карфагену, чем к гарамантам; лагеря в Олнее и Арлене, гарнизоны в Македонии и Иллирии — Далмации были расположены вдоль Рейна и Дуная. Все же, особенно начиная с конца I в., основная масса римских воинских сил сконцентрировалась в лагерях в непосредственном соседстве с варварским миром. В отношении географического положения и потенциальных врагов можно выделить три важнейших линии фронта.