Чтение онлайн

(6) Такое вот устроил Домициан триумфальное торжество или, как говорила толпа, погребальный пир по тем, кто погиб в Дакии и Риме. Также в это время он расправился с некоторыми видными людьми; а когда кто-то осмелился похоронить тело одного из погибших, так как тот умер в его владениях, Домициан лишил его собственности.

10(1) Заслуживают упоминания и следующие события, произошедшие во время Дакийской войны. Юлиан, которому император поручил ведение войны, в числе прочих своих примечательных распоряжений приказал воинам написать на своих щитах и собственные имена, и имена центурионов, чтобы легче было отличить, кто из них совершил какой-либо подвиг, а кто проявил трусость.

(2) Вступив в сражение с врагом при Тапах, он нанес ему большие потери. Был там и Везина, второй человек у даков после Децебала; не имея возможности ускользнуть живым, он распростерся на земле, притворившись мертвым, и таким образом ночью смог незаметно скрыться. (3) Децебал, опасаясь, что римляне, одержавшие на сей раз победу, двинутся на его царскую ставку, срубил деревья, находившиеся вокруг того места, и повесил на пни оружие и доспехи, с тем чтобы римляне приняли их за воинов и, испугавшись, отступили. Так оно и случилось.

5(1) Хариомер, царь херусков, из-за своей дружбы с римлянами был отстранен от власти хаттами. Он привлек нескольких сторонников и поначалу преуспел в своей попытке вернуть себе власть, но потом, когда он отправил к римлянам заложников и обратился за помощью к Домициану, был покинут этими людьми. В военной помощи ему было отказано, но деньги он получил.

11(1) Некий Антоний, управлявший тогда Германией, поднял мятеж против Домициана, но Луций Максим разгромил его и предал смерти. Впрочем, за эту победу он не заслуживает особой хвалы (ибо и многие другие одерживали неожиданные победы, а в его успехе ему содействовали воины),(2) но я даже не знаю, как можно было бы его достойно прославить за то, что он сжег все бумаги, найденные в шкатулках Антония, пренебрегши собственной безопасностью ради того, чтобы никто из-за них не был опорочен. Однако Домициан, воспользовавшись этим как предлогом, и без бумаг учинил ряд убийств, и невозможно сказать, скольких людей он уничтожил.

(3) Невозможно определить общее число тех, кто был казнен Домицианом. Он ведь и сам себя настолько осуждал за это, что даже запретил вписывать имена казненных в ведомости, чтобы о них не сохранилось никакой памяти. Более того, он даже сенату не направил никакого сообщения о тех, кто был умерщвлен, хотя и послал их головы, как и голову Антония, в Рим и приказал выставить их на форуме.

(4) Один молодой человек по имени Юлий Калвастер, служивший военным трибуном в надежде войти в состав сената, спасся совершенно необычным способом. Когда его уличили в том, что он часто встречался с Антонием наедине, и у него не оставалось никакой другой возможности отвертеться от обвинения в причастности к заговору, он заявил, что ходил к нему на любовные свидания: он ведь действительно имел привлекательную внешность. Таким вот образом он был освобожден от обвинения. Я ограничусь еще одной историей, относящейся к тому времени.(5) Престарелый сенатор Лузиан Прокул, живший по большей части в деревне, выехал из Рима в свите Домициана, чтобы не подумали, будто он покинул императора в минуту опасности, и не лишиться из-за этого жизни, но когда пришло известие о победе над Антонием, он сказал: «Ты победил, император, о чем я всегда молился. Поэтому отпусти меня назад в мою деревню!» Он расстался с ним и вернулся в свое поместье, а впоследствии он, хотя и прожил еще долгое время, больше к нему не приходил.

(6) В это же время некие лица занимались тем, что, смазав иглы ядом, укалывали ими кого хотели; и многие погибали, ничего не ведая о причине своей смерти, однако и многие из этих отравителей были изобличены и понесли наказание. И это происходило не только в Риме, но почти по всему обитаемому миру.

12(1) Рассказывают, что Ульпию Траяну и Ацилию Глабриону, которые тогда вступили в должность консулов, были явлены одни и те же знамения; но если Глабриону они сулили гибель, то Траяну — императорскую власть.

Многие мужчины и женщины из числа состоятельных были наказаны за прелюбодеяния, причем некоторые из женщины были соблазнены самим Домицианом. Многие были подвергнуты штрафам и казнены и по другим обвинениям.(2) Так, одна женщина была осуждена на смерть за то, что разделась перед статуей Домициана, а один человек — за обращение к астрологам. В числе многочисленных жертв, погибших в то время, был и Меттий Помпузиан,(3) которому Веспасиан, узнав из каких-то сплетен, будто тот однажды сделается верховным правителем, не только не причинил никакого вреда, но, напротив, оказал честь, сказав: «Он непременно вспомнит обо мне и, в свою очередь, обязательно окажет мне честь». Но Домициан сначала сослал его на Корсику,(4) а тогда казнил, обвинив его, с одной стороны, в том, что на стенах в его спальне была нарисована карта обитаемого мира, а с другой — в том, что делал выписки и перечитывал речи царей и вождей из сочинения Ливия.(5) Также и софист Матерн был умерщвлен за то, что в произнесенной в качестве упражнения речи сказал что-то против тиранов. Домициан сам посещал тех, кто собирался выступить с обвинениями или свидетельскими показаниями, и помогал им сочинить и вставить в речь всё, что требовалось сказать. Он также часто наедине беседовал с заключенными в темнице, держа их оковы в своих руках. Дело в том, что он не доверял другим сведений о содержании их показаний, а обвиняемых страшился даже закованных в кандалы.

5(2) В Мёзии лигии, вступившие в войну с частью свебов, отправили к Домициану послов с просьбой о военной помощи и получили отряд, сильный не своей численностью, но боевыми качествами: им ведь было предоставлено всего сто конных воинов. Свебы, разозленные этим его шагом, привлекли на свою сторону язигов и стали вместе с ними готовиться к переправе через Истр.

5(3) Масий, царь семнонов, и Ганна, дева, которая стала в Германии жрицей после Веледы, прибыли к Домициану и, получив от него почести, вернулись домой.

13(1) В качестве же цензора он действовал достойным образом. Так, он изгнал из сената Цецилия Руфина за то, что тот выступал в пантомиме, и возвратил хозяину Клавдия Паката, несмотря на то, что тот был центурионом, когда было доказано, что он является беглым рабом.(2) Однако о его делах в качестве императора, о которых пойдет речь, нельзя сказать ничего подобного. Я имею в виду умерщвление и Арулена Рустика за то, что он занимался философией и называл Тразею святым, и Геренния Сенециона за то, что тот за свою долгую жизнь не занимал после квестуры никакой должности и написал жизнеописание Гельвидия Приска.(3) Также и многие другие погибли из-за того же самого обвинения в занятиях философией, и все прочие философы, что оставались в Риме, снова были изгнаны. Впрочем, некий Ювентий Цельс, игравший вместе с некоторыми другими первую роль в заговоре против Домициана и обвиненный в этом, спасся удивительным образом.(4) Накануне вынесения приговора он заявил, что ему нужно кое-что по секрету сказать императору, на встрече с ним, склонившись ниц, несколько раз назвал его господином и богом (так к нему уже обращались и другие) и сказал: «Я не совершал ничего подобного, но, если мне предоставят отсрочку, я не только выведаю для тебя всё, но выступлю с обвинением и выведу на чистую воду очень многих заговорщиков». На таком условии он был отпущен, однако никого не выдал, но, выдвигая то один, то другой предлог, дожил до смерти Домициана.

14(1) В это время дорога, идущая от Синуессы до Путеол, была вымощена камнем. В том же году в числе многих прочих Домициан умертвил и консула Флавия Клемента, хотя он приходился ему двоюродным братом и был женат на его родственнице Флавии Домицилле.(2) Против них обоих было выдвинуто обвинение в безбожии, по которому были осуждены и многие другие, склонившиеся к иудейским обычаям. Некоторые из них были казнены, некоторые же были лишены имущества. Домицилла же была просто сослана на Пандатерию.(3) А вот Глабрион, занимавший вместе с Траяном должность консула, был предан смерти, обвиненный в тех же преступлениях, что и другие, а также в том, что участвовал как гладиатор в звериной травле. Именно это выступление на арене и стало самой главной причиной и гнева, и зависти императора. Дело в том, что он пригласил Глабриона во время исполнения им консульских обязанностей в свое Альбанское поместье на игры, называемые Юношескими, и заставил убить огромного льва; и Глабрион не только никак себя не посрамил, но и с исключительной меткостью поразил льва.

(4) Питая вследствие своей жестокости подозрение чуть ли не ко всему роду человеческому, Домициан больше уже не полагался в обеспечении своей безопасности ни на вольноотпущенников, ни даже на префектов, которых он отправлял под суд прямо во время исполнения ими должности. Так, Эпафродита, отпущенника Нерона, он сначала сослал, а потом и казнил, обвинив его в том, что тот не сумел защитить Нерона, —таким отмщением за Нерона он хотел наперед устрашить собственных вольноотпущенников, дабы они не дерзнули ни на что подобное.(5) Это, впрочем, никак ему не помогло, ибо в следующем году [96 г.], в консульство Гая Валента (который, вступив в эту должность на девяностом году жизни, скончался) и Гая Антистия, он стал целью заговора и погиб.

15(1) Совершили же покушение на него и вместе готовили это деяние Парфений, его спальник, хотя он пользовался у императора такой честью, что имел право носить меч, и Сигер, который тоже состоял в спальниках, а также Энтелл, ведавший делами переписки, и вольноотпущенник Стефан. (2) По рассказам, о заговоре были осведомлены и Домиция, жена императора, и префект Норбан, и его товарищ по должности Петроний Секунд. Домиция ведь всегда была предметом его ненависти и поэтому страшилась за свою жизнь, да и остальные больше не питали к нему привязанности: кто-то потому, что против них уже были выдвинуты обвинения, кто-то потому, что ожидал их.