Чтение онлайн

— Я заберу свою жену и уйду, — тихим, но металлическим голосом произнес Сергей.

Он, продолжая направлять на него пистолет, закрыл за собой дверь и закричал:

— Настя, иди сюда! Хватит играть со мной в кошки-мышки! Мы уходим!

— Ты бы оружие опустил, парень, — сказал Егор, прикидывая в уме, нажмет он на спусковой крючок или нет.

Все его чувства обострились, а сердце стало колотиться. Егор узнал пистолет Макарова. Он в своей работе довольно часто контактировал с полицейскими и знал, какими видами оружия они пользуются. Сейчас Егор не знал, что делать и решил соврать:

— Здесь нет никакой Насти. Она в больнице.

— Я похож на дурака, Булатов Егор Александрович, врач-хирург и по совместительству тот, который увез мою жену, после того, кто сбил ее на дороге? Да еще и своей девушкой назвал! Не надейся на то, что пистолет не выстрелит, если ты выкинешь какую-нибудь глупость.

Егор не знал, что на это ответить. Он был примерно одного с ним телосложения, только волосы были светло-русые и выступающий вперед подбородок. Как врач, он понял, что подбородок получил такую форму после травмы.

— Настя! Я выстрелю ему в лицо, если ты не появишься через несколько секунд! — в подтверждение своих слов он направил пистолет прямо в лицо, которое находилось от дула в десяти сантиметрах.

— Насти здесь нет, я оставил ее в больнице…

— Лучше молчи! — прошипел Сергей. — Для твоих пациентов будет большим ударом, если они потеряют такого замечательного хирурга только потому, что ты положил глаз на чужую жену. Успел ее тр. хнуть? А?

У Егора после этих слов жевалки на скулах ходили ходуном, и он стал думать, как нанести ему дар, чтобы тот выронил оружие на пол.

— Настя! Живо сюда! Считаю до трех и стреляю!

Настя вышла из кухни со спокойным лицом, но глаза выдавали ее панику.

— Рад тебя видеть, дрянь. Сколько лет, сколько зим? — сказал он ядовитым голосом. — Думала, что не найду тебя?!

— Сергей, убери пистолет, я пойду с тобой. Он здесь не причем, и ни о чем не знает, — спокойно произнесла она.

— Где все документы?!

— Я их потеряла…

— Выходи из квартиры и спускайся вниз!

— Хорошо, только не стреляй в него…

— Иди вниз и не указывай мне что делать!

Настя надела ботинки, схватила куртку и, открыв дверь, стала спускаться по лестнице. Сергей, продолжая удерживать дуло пистолета перед его лицом, схватился за ручку двери.

— Хочешь знать, что я сделаю с ней в первую очередь, хирург?

— У нее болит бок, — произнес Егор, не зная зачем.

— Скоро она узнает, что такое настоящая боль, — закивал он головой.

Сергей, быстро спрятав пистолет назад, за пояс брюк, бегом спустился вниз. Егор опустил руки и вполголоса выругался, когда понял, что только что произошло. Он уже не помнил, сколько раз за последние сутки произносил грязные слова. Раньше такого не было.

Егор бросился на кухню и посмотрел вниз. Настя подняла на него глаза и быстро отвела их, когда из подъезда выскочил Сергей и, открыв дверь черного Хендая Солярис, затолкал ее в салон, но сам он не сразу сел за руль, а остался стоять на улице с телефоном в руке, затем поднес к уху.

Он стал прокручивать в голове ее недавний разговор и за несколько секунд принял нелегкое решение. Если Сергей решил, что может войти в его квартиру и наставить на него оружие, то он отчасти был глупцом, потому что не знал, что он может сделать в ответ. Егор был крайне зол больше из-за поступка Сергея, чем из-за того, что Настя вышла к ним. Он знал, что если Назаров полицейский, то не стал бы открывать огонь по человеку в его же квартире без явных и серьезных причин, но рисковать Егор не стал. Теперь Настя у него в руках!

Думая над следующим шагом, Егор быстро накинул куртку, засунул ноги в ботинки и, захлопнув дверь, стал спускаться вниз. Выскочив из подъезда, он успел запомнить номер удаляющегося Хендая, на котором он увез Настю и подбежал к своей машине. Через несколько секунд он вырулил на дорогу и через две машины заметил тот самый автомобиль.

Он стал барабанить по рулю пальцами и пытался объехать машину впереди него, за что получил красноречивый сигнал от другого водителя. Егор почти каждый день ездил по этой дороге и знал, что впереди будет светофор. Совершив запрещенный маневр, он подрезал автомобиль сбоку и приблизился к черному Хендаю. Гневный сигнал сзади не заставил себя долго ждать. В ответ Егор нажал на свой сигнал и опять выругался нецензурной бранью. Сейчас он ощущал напряжение во всем теле. Его пульс участился, и Егор почувствовал, как спина и лоб покрылись потом.

Впереди показался тот самый светофор. Загорелся красный свет для водителей и зеленый для пешеходов. Все автомобилисты нажали на тормоза. Нужно было уже действовать. Егор знал, что красный свет светофора будет гореть примерно сорок секунд и, не заглушая двигатель, быстро вышел из машины, оставив дверь открытой. Сделав пару шагов, Егор распахнул дверь Хендая. Сергей удивленно открыл рот и не успел ничего сделать, когда он схватил его и вытолкал наружу из салона. Тот упал на четвереньки и быстро встал на ноги.

Егор знал особенности человеческого организма и поэтому нанес ему удар ногой в определенную область тела, а не в лицо кулаком, как привыкли это делать другие.

— Настя иди в мою машину! — закричал он, готовясь нанести еще один удар Сергею, только теперь в другую часть тела.

Сергей согнулся пополам и склонился к асфальту. Его лицо приняло непонятное выражение, больше похожее на сильное удивление, нежели на признаки боли. Несколько водителей вышли наружу и попытались вмешаться, но он закричал на них, вставив между словами очередное грязное слово. Егор краем глаза заметил, как кто-то снимал их на камеру телефона. Ему некогда было разбираться с ним. Он снова приготовился, когда увидел, что Сергей попытался встать на ноги, но тут же с рвотными позывами упал обратно. Он этого и добивался. Удар, но нанесенный грамотно по определенной части тела способен вывести человека из строя на некоторое время. Егор знал, что Назаров очень скоро придет в себя и будет в порядке. Он обернулся и, заметив Настю в своей машине, быстро подбежал, сел обратно и на зеленом свете светофора, объехал Хендай по тротуару, посигналив пешеходам. Те ретировались в стороны.

— Настя, ты в порядке? — спросил он сбившимся голосом.

Он повернул к ней голову, и он понял, что она еле-еле сдерживает слезы.

— Эй, все хорошо, — произнес он, следя за дорогой. — Он еще долго будет приходить в себя.

Непрошенные и сдерживаемые слезы покатились по ее щекам, и она все же заплакала. Он решил оставить ее в покое и дать ей выплакаться. Егор понимал, что она была напугана и в данный момент переживала сильный стресс. При таких обстоятельствах, слезы были нормальной реакцией. Он свернул на повороте и поехал обратно, домой. Спустя две минуты, Настя перестала плакать, шмыгнула носом и ухватилась за бок.

— Настя, ничего страшного не произошло. Сергей не вернется обратно ко мне домой. Не такой он глупец. Да и мы в следующий раз будем готовы. Если он все же вернется, то я встречу его, как следует встречать поддонков.

— Ты про пистолет забыл, — хрипло проговорила она.

— Если Сергей полицейский, то он не станет просто так стрелять в меня или в мою дверь. На то должны быть веские причины, а их у него нет. Его действия тоже сильно ограничены, и вдобавок, они отвечают за каждую выпущенную пулю.