Чтение онлайн

— Долго объяснять, — бросил Егор и аккуратно снял с нее куртку. — Давайте сюда ножницы, мы зря теряем время, — произнес он, намереваясь разрезать на ней одежду. — Ее же нельзя лишний раз шевелить, хотя переложить на другую кушетку придется.

Девушка все еще была с закрытыми глазами, но он понимал, что она может слышать их. Ее дыхание оставалось таким же тяжелым и глубоким, как раньше. Он надеялся, что проблемы с дыханием были из-за боли от ушиба мягких тканей. Такой вариант был бы самым удачным при сложившихся обстоятельствах.

Егор ножницами разрезал на ней три кофты и распахнул их в стороны. Девушка снова нахмурилась и часто задышала. Он лишь мельком взглянул на объемную грудь в черном бюстгальтере и сосредоточил свое внимание на ее животе. Обследование с помощью пальпации он не рискнул делать, но проведя двумя пальцами по ребрам и следя за реакцией ее лица, ничего не понял. Взяв в руки датчик и выдавив на него гель, Егор стал проводить им по животу от одного органа к другому. Он внимательно следил на изображение монитора и потихоньку стал успокаиваться. Не обнаружив разрывов и внутренних кровотечений, он расстегнул пуговицу джинсов, потянул молнию вниз. Показалось черное белье в тон бюстгальтеру. Егор сдвинул ее край вниз на несколько сантиметров, и датчиком обследовал ее на наличие или отсутствие беременности.

— Беременна? — спросила Вера, стоя за его спиной.

— К счастью, нет. Иначе удар мог спровоцировать выкидыш.

— Разрывы?

— Нет, вроде все хорошо, — проговорил Егор, цепким взглядом следя за монитором и продолжая двигать датчиком. — Возьмите у нее кровь для анализа и сдайте в лабораторию под чужим именем.

Вера замерла, переваривая его просьбу.

— Вера, без лишних вопросов! Тем более мы ее имени не знаем.

— Она открыла глаза и смотрит на вас, — сказала Вера, выходя из кабинета.

Егор посмотрел на ее лицо и встретился с зелеными, но уже спокойными глазами. Что он мог сказать ей после того, как совершил на нее наезд? Извините? Он решил подумать об этом потом, и вставил датчик от Узи в держатель.

— Девушка, у вас, к большому счастью, нет внутренних повреждений, но вы говорили о том, что болит бок. Покажите, где именно у вас болит?

Она сделала глотательное движение, провела рукой по животу и дотронулась до нижнего левого ребра.

— Сейчас тоже болит?

Она слабо кивнула, и он увидел, что ее дыхание успокаивалось.

— Думаю, трещина или перелом ребра, То, что вы плохо дышите, прямо указывает на это. Хотя у вас ни одно ребро не выступает, но вот здесь есть покраснение, дотронулся он пальцем до нижнего ребра. — Сейчас пойдем на рентген и посмотрим на снимок. Но самое главное, что нет внутренних разрывов, иначе пришлось бы вас перекладывать на операционный стол. Только я до сих пор не могу понять, почему вы теряли сознание после того, как поднялись на ноги.

Девушка не ответила. Зашипев от боли, она привстала на локте, взглянула на свои разрезанные вещи и уставилась на него.

— Я не мог терять на это время, — оправдался Егор. — Прошу вас отнеситесь с пониманием. Это больница.

— Моя сумка…

— У меня в машине. Ботинки с носками я чуть позже принесу и поставлю в ординаторской возле батареи, чтобы те высохли. Пойдемте на рентген.

Она снова насторожилась и вцепилась рукой в его плечо, когда Егор взял ее на руки. Он, стараясь не обращать внимания на ее грудь, которая оказалось на уровне его лица, осторожно положил на каталку и вывез из кабинета Узи. По пути он передал ее Вере, и попросил отнести на рентген ребер.

— Вас просил зайти к себе Андрей Иванович, — сказала Вера и покатила каталку в рентген-кабинет. — Приготовьтесь к тому, что он снова сунет свой нос в ваши дела, — бросила она через плечо.

— Кто бы сомневался, — устало проговорил он.

Егор понял, по какому поводу его зовет коллега, но перед этим быстро выбежал на улицу и взял из машины ее мокрые ботинки и носки. Вместе с ними, он открыл дверь ординаторской и под удивленным взглядом коллеги положил все на батарею.

— Егор Александрович, что за птичку вы обследуете у нас?

Андрей Иванович сидел за столом и заполнял документы. Ему было сорок четыре года с близко посаженными друг к другу колючими глазами и лысеющей головой, он был известен среди коллег своим любопытством, грубым отношением к пациентам и тем, что все докладывал главврачу и при любой проблеме писал заявления в министерство здравоохранения. Егор, как и почти все работники отделения хирургии и травматологии, люто ненавидел его, но никогда не показывал этого, сохраняя между ними более или менее нормальные отношения, которые нужны для слаженной работы.

— Это моя девушка, — неожиданно для себя выпалил он.

«Егор, кажется, ты начал тупеть!», — подумал он про себя.

Он не знал, почему сказал эту глупость, но дело сделано и теперь приходится отталкиваться от этой лжи. Коллега отложил ручку и, откинувшись на стуле, заложил руки за голову.

— Тогда все понятно. А то вы из-за одной истерички, у которой болел живот, не приехали на вызов, а тут в три часа утра…ради своей девушки…

— Андрей Иванович, вы что-то конкретное хотели? — не выдержал Егор.

Он хотел скорее выбежать из ординаторской и увидеть «свою девушку».

— Нет, простое любопытство.

Егор чуть не произнес вслух очередное нецензурное выражение и вышел из ординаторской. Он побежал в рентген-кабинет и вошел без стука.

— Что там? — спросил он, практически отодвинув врача за компьютером в сторону.

— Ушиб мягких тканей около двух нижних ребер, на сами ребра целые, даже нет трещин, — ответила врач, осматривая снимок на компьютере. — Если нужен снимок, то…

— Нет, не нужен, спасибо.

Егор впервые выдохнул с облегчением и провел рукой по волосам. Все страшное позади, теперь осталось поговорить с ней.

— На ней было много слоев одежды, — пожала плечами Вера. — Может это и помогло.

— Ей помогло чудо, — ответил Егор и опять посмотрел на монитор компьютера. — Хотя в чудеса я не верю. Скорее всего, она тяжело дышала из-за боли, но пока не знаю, почему теряла сознание.

— Через двадцать минут будут готовы ее анализы, — произнесла Вера. — Кстати, вещи мы с нее сняли и положили в пакет и дали халат и тапочки. Егор Александрович, можно вас на пару слов?