Чтение онлайн

— Но вы, возможно, не судья себе и своим побудительным мотивам. С людьми это часто бывает. Вы можете по каким-либо причинам драматизировать свои поступки.

— Не думаю.

— Тогда назовите ваш мотив.

— Не спешите, мистер Бейли, это нелегко объяснить. Можете вы выйти со мной из дома?

Бейли быстро взглянул в окно. Солнце низко висело на небе, и комната была освещена им. Бейли поколебался, но сказал чуть громче, чем нужно.

— Да.

— Прекрасно, — сказал Фастольф.

Затем он дружелюбно добавил:

— Вы, может быть, хотели бы зайти в туалет?

Бейли подумал. Срочной необходимости не было, но он не знал, что ждет его, когда они выйдут из дома, долго ли он там пробудет, будут для этого благоприятные условия там или не будут; самое главное — он не знал аврорских обычаев, а книгофильмы на корабле не просветили его в этом отношении. Наверное, разумнее будет принять совет хозяина.

— Спасибо. Если это возможно…

Фастольф кивнул:

— Дэниел, покажи мистеру Бейли туалет для посетителей.

Когда Бейли и Дэниел вышли, Бейли сказал:

— Мне очень жаль, Дэниел, что вы не участвовали в разговоре.

— Этого не предполагалось. Когда вы задали мне вопрос, я ответил, но меня не приглашали участвовать во всей беседе.

— Я бы пригласил вас, если бы не был связан положением гостя.

— Я понимаю. Вот туалет для гостей. Дверь открывается от прикосновения вашей руки, если помещение не занято.

Бейли задумчиво постоял и сказал:

— Если бы вас пригласили говорить, у вас было бы что сказать, какое-нибудь замечание, которое вы воздержались сделать? Я хотел бы знать ваше мнение, мой друг.

Дэниел сказал с обычной серьезностью:

— Замечание, которое я не решился сделать, касается утверждения доктора Фастольфа о наличии прекрасного мотива для приведения Джандера к бездействию. Оно для меня неожиданно. Я не знаю, какой мотив мог у него быть. Однако, если он говорит, что мотив был, вы можете спросить, почему у него не было того же мотива для приведения в бездействие меня. Если люди уверены, что у него был мотив для уничтожения Джандера, почему этот мотив неприложим ко мне? Я хотел бы это знать.

— Вы чувствуете себя в опасности, Дэниел? Вам кажется, что доктор Фастольф опасен для вас?

— По Третьему Закону я должен защищать себя, но я не могу сопротивляться доктору Фастольфу или любому другому человеку, если у них есть обоснованное мнение, что моему существованию необходимо положить конец. Это Второй Закон. Однако, я знаю, что представляю собой большую ценность как в денежном и материальном смысле, так и в смысле научном. Следовательно, необходимо объяснить мне причины для моего уничтожения. Доктор Фастольф никогда не говорил мне, что у него была такая мысль. Я не верю, чтобы он когда-нибудь намеревался положить конец существованию моему или Джандера. Случайный позитронный сдвиг, вероятно, покончил с Джандером и когда-нибудь может покончить и со мной. Во Вселенной всегда есть элемент случайности.

— Так говорите вы, так говорит Фастольф, и я сам так думаю, но трудно убедить людей принять эту точку зрения.

Бейли угрюмо повернулся к двери.

— Вы войдете со мной?

Дэниел сумел доказать, что понимает и ценит юмор.

— Мне лестно, коллега Илайдж, что вы до такой степени считаете меня человеком. Но мне, конечно, нет необходимости.

— Конечно, но войти-то вы можете.

— Мне не полагается. Не принято, чтобы роботы входили в туалет. Это чисто человеческое помещение. К тому же, этот туалет для одного.

Для одного! Бейли на мгновение был ошеломлен, но затем пришел в себя. Другой мир, другие обычаи! И ничего об этом не говорилось в книгофильмах.

— Значит, вы это имели в виду, когда говорили, что дверь не откроется, если помещение занято. А как же выйти?

— Она не откроется от прикосновения снаружи, и ваше уединение не будет нарушено, но она, естественно, откроется от прикосновения изнутри.

— А если посетителю стало плохо, он ушибся, или сердце прихватило, и он не может коснуться двери, никто не может войти и помочь ему?

— Есть способы открыть дверь, если понадобится. А вы думаете, что с вами случится что-либо подобное?

— Нет, конечно. Я просто спросил.

— Я буду возле двери, — сказал Дэниел, — и если услышу, что вы меня позвали, буду действовать.

— Надеюсь, вам не придется этого делать.

Бейли легко коснулся двери. Она сразу открылась. Он подождал, не закроется ли она. Нет. Он шагнул внутрь, и дверь быстро закрылась.

Пока дверь была открыта, туалет выглядел, как туалет: раковина, небольшая трубка — предположительно, снабженная бритвенным устройством, просвечивающая полудверь с унитазом за ней, еще какие-то незнакомые Бейли приспособления. У него было мало шансов изучить их, потому что все исчезло, как только закрылась дверь. Он даже подумал, были ли все эти приспособления, или он просто ожидал их тут увидеть.

Пока дверь закрывалась, помещение потемнело, так как окон не было. Когда же дверь полностью закрылась, комната снова осветилась, но ничто из того, что Бейли видел, не вернулось. Здесь был дневной свет, как и вне дома. Сверху было открытое небо с облаками. С каждой стороны протянулись побеги каких-то растений.

Бейли почувствовал знакомый спазм желудка, какой бывал у него, когда он находился на Земле на открытом пространстве. Но он же на Авроре! И в помещении без окон! Это какой-то оптический трюк.

Он медленно шел, вытянув вперед руки и глядя перед собой. Руки коснулись гладкой стены. Он провел по ней руками и ощупал раковину; нашел кран, но вода из него не шла. Он провел по нему рукой, но не обнаружил ничего похожего на рукоятки. Вместо них он наткнулся на продолговатую палочку, слегка выдававшуюся из стены. Он надавил на нее, и зелень деревьев и кустов, располагавшихся далеко за тем местом, которое он принимал за стену, разделилась сразу же потоком воды, быстро падавшей с высоты к его ногам с громким плеском. Он отскочил, но вода кончилась раньше, чем дошла до его ног. Она продолжала литься, но не достигала пола.

Бейли протянул руку. Это была не вода, а иллюзия, но глаза упрямо видели воду. Он провел рукой вверх по струе, и постепенно нащупал настоящую воду — тонкую струйку холодной воды. Он снова нашел пальцами полоску и начал наугад нажимать. Температура воды стала быстро меняться, и он, наконец, нашел точку, которая дала воду желательной теплоты.

Мыла не было. Придется обойтись без него. Но как только он стал тереть руки, вода стала мыльной, в то время, как несуществующий поток, который он видел, пузырился и пенился.