Родина слонов и кенгуров
Шрифт:
– У тебя, я вижу, все уже расписано, - поразился Тимоха.
Лунный Бык застенчиво потупился:
– Ну, вообще-то это лишь один из моих проектов...
Тимка распрощался с Лунным Быком и пошел дальше. Куда? А не все ли равно? Куда ни глянь, везде Луна. Только сейчас он заметил, что вокруг посветлело. Подняв глаза, увидел, как меж верхушек деревьев проплывала свободная от туч Земля. Наконец-то он отсюда увидел Землю. Она была маленькой, далекой. А очертаньями и правда, совсем как Луна. И такая же яркая.
– Научный факт, - вздохнул Тимоха, - светлей та планета, на которой нас нету.
Он услышал за спиной шелест и остановился. Смолк и шелест. Шагнул снова шелестят.
– Эй ты, там.
– Остановился Тимоха.
– А ну, выходи!
Ответом была тишина.
– Кто там.
– Громче крикнул Тимоха.
– Учти, я не из пугливых...
Тишина.
– Если честно, я у себя на планете один из самых опасных хищников. Решил на всякий случай нагнать страху Тимоха.
Прислушался. Тихо. Становилось неуютно.
– Меня на моей Земле все обходят стороной, - сделал пару боксерских выпадов Тимоха.
– Когда я выхожу из своей пещеры, все живое падает ниц. Мне остается только назначить, кто сегодня на завтрак, кто - на обед. А на ужин я всегда выбираю львов. И сегодня, кстати, я еще не ужинал.
От этих неземных ужасов Тимохе аж самому стало страшно. Тут он снова услышал какой-то звук.
Из-за бугорка показались дрожащие лапы, вытянутые вверх. Следом появилась мордочка с широко открытыми глазами.
– Я н-не ле-е-ев, - прохныкала зверюга.
– О, звездный пришелец, не ешь меня! Я всего лишь лесной мышонок...
Должно быть, для этого туземного недоросля Тимоха и вправду был страшен. Он только сейча осознал, что шерсть на нем пыльная и стоит дыбом, а воспаленные глаза, наверное, тоже не добавляют очарования.
– Не ешьте меня.
– Продолжал канючить преследователь.
– Эй, остынь.
– Местами пригладил свою шерсть Тимоха.
– Погорячились и хватит. Тебе и вправду до льва нужно еще подрасти. Отвечай, лютый лунатянин, почему крался?
– Я не крался. Я потерялся.
– Развел лапы мышонок.
– Я всю ночь ищу дорогу домой. Хотел сначала у дяди быка спросить, а он вдруг куда-то заторопился - не догонишь. А когда я его догнал, с ним уже вы были. Не мог же я перебивать старших...
Тимоха засмеялся:
– Чего в жизни не бывает. Как звать-то тебя, горе луковое?
– Тютей меня зовут. Точней, Тютей Двенадцатым.
– Двенадцатым, стало быть? Ну и что, Тютя Двенадцатый, мне с тобой делать? Ты ведь поди и адреса-то своего не помнишь. А если б и помнил какой толк? Не знаю я вашей планеты.
– А вы... Вы и правда Звездный Пришелец?
– Выпалил мышонок и присел, испугавшись своей храбрости.
– Правда, - снисходительно глянул на него Тимоха.
– И вы сейчас оч-ч-чень го... голодные?
Маленький шельмец попал в самую точку. В желудке Тимохи давно уже было грустно.
– Да уж, - сглотнул слюну Тимка.
– Здесь у нас львов нету, - сочувственно вздохнул Тютя.
– А знаете... Тут недалеко есть одна берлога... Вы медведей едите?
– Нет, медведей я не ем, - счел за благо отказаться Тимоха.
– У меня от них изжога...
– Жаль, - сказал Тютя, - а волков?..
– А от волков - нюх притупляется.
– Тогда можно лисицу загнать!
– Нет!
– Ну, барсука, на худой конец.
Тимоха с негодованием посмотрел на этого маленького живодера:
– Ну ты и фрукт! С тобой свяжись, всю лунную фауну можно заранее в Красную Книгу записывать! Хотя спасибо, конечно, за участие. Не хочу я, понимаешь, рисковать своим здоровьем. Я ваших зверей не пробовал. Что, если, к примеру, они ядовитые?
– Тяжело питаться одними львами, - посочувствовал Тютя.
– Н-да, - неопределенно согласился Тимоха.
– Так где ты, сказал, живешь?
– А я еще не сказал, - ответил мышонок и длинно зевнул.
– Мы живем... Там, - он махнул лапой.
Там, так там. И они пошли искать Тютин дом. Вернее, пошел-то Тимоха. А Тютя поехал у него на загривке. Мышонок сладко посапывал над ухом. Все тяготы и лишения искупала та доверчивость, с которой прильнул к Тимохиному плечу чужой детеныш.
На поляне догорал костер. Его красный тревожный отсвет прыгал по ближним деревьям. Лохматая белая собака грызла кость и урчала. Увлеклась, а иначе бы не сдобровать. Тимоха заметил ремни с патронами и три ружья на сучке.
Трое людей лежали вокруг костра. Двое спали, завернувшись в пятнистые куртки. Третий, подержав пустую бутылку над раскрытым ртом, запустил ею в сторону Тимохи. Шатаясь, гуманоид подошел к мешку, висящему на дереве рядом с ружьями. Он развязал веревку и вынул из мешка... зайца. Собака заворчала. Тимоха обмер.
– Что, косой, влип?
– Ухмылялся детина.
– А не ходи босиком. Петля, она дураков любит.
– Тихо, Тютя, - зажал рот завозившемуся мышонку Тимоха, - ни звука.
Они отошли от гиблой поляны. Остановились на краю оврага. Тютя выкатил бусины глаз и таращился на Тимоху, не понимая, что происходит. А тот шагал из стороны в сторону. Он всегда так метался, прежде чем принять серьезное решение.
– Да, только так.
– наконец решился Тимоха.
– Вот только ты, Тютя... Куда тебя-то?
– Да тут рядом, - ткнул лапой Тютя, - вон мой дом...
Тимоха оглядел свое воинство. Отряд - многочисленная семья Тюти во главе с Тютей Первым являлся не весть какой силой. Но другой для спасения Луны от браконьерства у Тимохи не было.
– Не сомневайся, Звездный Пришелец, все бойцы - как на подбор! Выступил вперед Тютя Первый.
– Веди! Распушим супостата!
Чего-чего, а боевого задора им было не занимать. Воинственней всех выглядел Тютя Двенадцатый, державший на плече гнутую аллюминиевую вилку.
– Хорошо.
– Сказал Тимоха.
– План вам ясен. Без команды вперед не соваться...
Тютя Двенадцатый мотнул головой. Винная пробка, приспособленная под каску, съехала на нос.
На поляне все уже спали. Мешок с пленным зайцем висел на сосне. Возле нее настороже задремывал ужасный пес.
– Тютя первый, только прошу, осторожней!
– шепнул Тимоха.
– Есть!
Взяв под козырек, вождь семейства растворился в темноте. Тимоха продолжил наблюдение. Вскоре браконьерский пес поднял голову, навострил уши. Вот он встал и двинулся в темноту. Пожалуй, Тюте Первому предстояло самое сложное - водить за нос это чудовище.