Чтение онлайн

– И когда этот счастливый момент наступит? Примерно, - как бы невзначай поинтересовался Пасс.

– Не знаю… - вдруг появился необъяснимый страх.

Внутри все неприятно сжалось, и я не стала говорить, что свободна и могу заводить отношения. Вроде и мужчина приятный, и как с Виром получиться не должно – Аскар обещал…Но с чего вдруг такое повышенное внимание со стороны противоположного пола? Сначала один, теперь второй, и только своей паре я неинтересна.

Через пару минут поняла, что мое состояние было вызвано плохим предчувствием. Пасс хотел что-то сказать, но тут же напрягся и...с испугом посмотрел на дверь. Тишину разрезал звук тяжелых шагов. Я затаила дыхание, уже зная, кто пожаловал в гости.

Аскар с убийственным спокойствием зашел в дом и огляделся. Пасс мгновенно встал по стойке смирно и громко поприветствовал начальника:

– Экая сар, Эрес Норран!

– Эммм…привет, - с опаской сказала я, но незванный визитер, сцепив руки за спиной, продолжил разглядывать печку.

– Рес Ходас вы нарушили пункт 15.1 Военного устава по безопасности и будете разжалованы, - не смотря на подчиненного изрек он. После чего невозмутимо добавил, - Надеюсь, пустой флирт с моей парой того стоил.

Я перевела взгляд на Пасса и увидела, что тот в прямом смысле дрожит, как в лихорадке. Что происходит? Но экаец не собирался оспаривать вердикт и, услышав «свободен», чуть ли не бегом бросился прочь.

– А что говориться в пункте 15.1? – решила уточнить я.

Вдруг он действительно совершил нечто непозволительное, и я не так расценила слова про флирт.

– Нарушение субординации с охраняемым объектом, - не оборачиваясь, пояснил Аскар.
–  В его форме прослушка.

– Зачем? – я потихоньку начала отходить от шока и даже встала, чтобы было удобней сверлить взглядом мужчину.

– Надо же знать, что офицер здесь делает каждый день по 2 часа. Мне доложили, и я приехал разобраться. Услышанного оказалось достаточно.

– Ты…ты ненормальный! – завелась я.
– Достаточно для чего? Он помогал мне с учебой! И чем ему грозит разжалование?

– Тебя его судьбы не должна волновать, - резко произнес мужчина и направился ко мне.

Я схватила стул и поставила его между нами, слишком уж грозный вид был у Аскара. Но он лишь усмехнулся, обнажая острый клык.

– Постой, ты явно сходишь с ума… - выставив руку вперед, сказала я.

– Уже сошел.

И стул полетел в стену, разлетаясь на части.

Примерный вид клыков.

– Стой, - прошептала я онемевшими губами.

Он подошел очень близко и намеренно заставил отступать дальше, пока я не прижалась к стене. У него опять помутнение? Но ведь до овуляции еще три недели! Я не могла разгадать его мотивы и хоть как-то логично объяснить поступки. Да и в данный момент меня больше интересовала судьба Пасса, чем моя собственная. Надо было переубедить Аскара, но тот явно не намерен был что-либо обсуждать.

Его глаза…Чуть прищуренные, насыщенно-зеленые, пристально изучали мое лицо. В них не было привычной холодности и раздражения, лишь интерес. Знала бы, чем он для меня обернется…

Мужчина переключил внимание на мою шею, отвел волосы для лучшего доступа и, я даже пискнуть не успела, облизнул от основания до самого подбородка. Мой готовый сорваться возмущенный вопль перебил шепот в самое ухо:

– Я все решил.

И клыки проткнули кожу, оставляя два аккуратных отверстия. Я вскрикнула от боли и вцепилась ненормальному садисту в плечи, но он не прекратил истязание, наоборот, крепче зафиксировал мое тело. Я боялась произнести хоть слово, чувствуя, как даже от кратких вздохов раны саднят сильней. Мы замерли в обоюдных объятиях, было бы романтично, не находись его зубы глубоко во мне. Тонкие ручейки стекали вниз, прямо под вырез кофты, и вызывали неприятную щекотку.

Наконец, Аскар разомкнул челюсть, но не отстранился, а начал медленно водить языком по ранкам. Мое сознание не спешило анализировать происходящее, поэтому на передний план вышли эмоции: страх, замешательство, волнение и абсолютно неуместное томление. А появилось оно от ласковых поглаживаний спины и бедер, и усиливалось с каждым мимолетным касанием губ, которые спускались прямо по дорожкам из крови. Это напомнило сцену в машине. Я тогда тоже испытывала удовольствие и позволяла то, о чем потом жалела. Поэтому стоило мужчине нежно прикусить мою ключицу, как я предприняла попытку вырваться.

Безрезультатно, но нежелательные действия прекратились.

– Пусти, - потребовала я.

И, надо же, сработало. Аскар, как ни в чем не бывало, отступил. Вынул из кармана черный платок и, намочив его под умывальником, приложил к моей многострадальной шее.

– Уже ведь не больно? – с улыбкой спросил он.

Я машинально кивнула, неверяще смотря на мужчину, но через секунду поняла, что действительно боль прошла, осталась только пульсация. Кажется, я на себе испытала чудотворное действие экайской слюны.

Пока я очищала кожу от крови, мужчина развалился на единственном оставшемся стуле.

– Покормишь? – спросил он.

– Моей кровью не наелся?
– не удержалась от колкости я.

Удивительно, но Аскар рассмеялся.

– Это был легкий перекус, нужно что-то посущественней. Взамен отвечу на все твои вопросы.

Я прикинула, есть ли возможность поторговаться, тем более видя довольную морду экайца, хотелось указать ему на дверь. Но информация важней самолюбия, поэтому пошла к холодильнику. Достала яйца, помидоры, сыр и бекон – будет ему яичница.

– Зачем ты меня укусил? – начала допрос, ставя сковородку на печь.

– Это метка, - послушно ответил мужчина. – У тебя останется шрам в виде двух точек. Так обозначается связь истинных пар.

У меня затряслись руки и внутри все перевернулось. Мерзко так перевернулось. Надо успокоиться и подумать, я еще не все узнала.

– Знаешь, Пасс не виноват в том, что ты такой непостоянный. Зачем его наказывать?

Я услышала, как Аскар со свистом втянул в себя воздух, но старательно изобразила безразличие, продолжая готовку. А он думал, я про наши отношения выспрашивать начну? Он совсем меня не знает.

– Ходас был образцовым офицером целых семь лет, - намеренно пропуская приставку «Рес» все же пояснил мужчина. – Полгода назад он решил завершить службу и не продлил военный контракт. С этого момента пошли мелкие нарушения. Его предупреждали, что не стоит расслабляться, пока не окончена служба, но он не слушал. Уже считал себя свободным. Я отправил его сюда, пытаясь сдержать от самодурства.

Я закрыла блюдо крышкой, оставляя жариться, и повернулась для дальнейшего диалога.

– И что же такого ужасного он совершил?