Чтение онлайн

— Да ведь у Вас же нет щита! Какой из Вас защитник! — проворчал Трусливый Лев, который, честно говоря, начал немного ревновать свою подругу к этому Рыцарю.

Однако сама Дороти была в восторге. Пока сэр Рыцарь умоляюще взирал на нее, она вытащила ленту из своих волос и повязала ее ему на руку.

— Ты станешь моим рыцарем-защитников, а я буду твоей Прекрасной Дамой! — торжественно объявила она; именно так, как однажды прочла в какой-то книжке.

В этот интригующий момент Трусливый Лев широко зевнул, а сэр Рыцарь, вздрогнув, поднялся на ноги — в залу вернулись медляки, и Дороти почувствовала, что снова засыпает.

Немного фальшивя, пропел Рыцарь, словно бы вел армию на битву. Медляки разлепили глаза, но отступать не торопились. Тогда Рыцарь, героически подавив ужасающий зевок, поспешно прочистил горло, и прокричал еще пару строчек, которые, очевидно, он только что сочинил под влиянием момента:

На этот раз медляки угрюмо ретировались, но само их недавнее присутствие нагнало на Дороти, Трусливого Льва и Рыцаря яростный припадок зевоты.

— Если я засну, ничто вас уже не спасет, — взволнованно признался Рыцарь и опять широко зевнул. Затем он закрыл глаза.

— Пожалуйста, не спите! Не надо! — взмолилась Дороти, принявшись его яростно трясти. — Разве отсюда нельзя убежать?

— Я пытаюсь это сделать уже пять столетий, — обескураженно ответил Рыцарь, — но я всегда засыпаю, не дойдя до ворот, и медляки тащат меня обратно. Наверное, они меня по-своему любят, только в своей замедленной манере, — добавил он извиняющимся тоном.

— А может тебе попробовать петь, не умолкая? — спросил Трусливый Лев с тревогой.

Перспектива провести в Медляндии пять сотен лет его вовсе не радовала.

— Может нам стоит запеть всем вместе? — предложила Дороти. — Вряд ли мы все трое заснем разом.

Немного фальшивя, пропел Рыцарь, словно бы вел армию на битву

— Из меня певец никудышный, — признался Трусливый Лев со вздохом, — но я готов внести свой вклад в общее дело!

— А ты мне нравишься! — молвил сэр Рыцарь, одобрительно похлопывая Трусливого Льва по спине. — Думаю, тебя следует посвятить в рыцари!

Лев в ответ только поморщился, подумав, что наверняка от ударов кулака сэра Рыцаря в железной перчатке у него на спине останутся синяки. Однако Лев знал, что у Рыцаря были добрые намерения, поэтому мужественно промолчал.

— Отныне я рыцарский Лев! — прошептал он Дороти, пока сэр Рыцарь поправлял свои доспехи.

Затем Рыцарь подхватил с пола железную кочергу и протянул ее Дороти.

— Это на тот случай, если я начну засыпать, — пояснил он. — А теперь, леди Дороти, если вы готовы, давайте отправимся на поиски благородного Пугалы. И помните — поем все вместе, да так громко, словно от этого зависит ваша жизнь!

Собравшись с духом, сэр Рыцарь, Трусливый Лев и Дороти выбежали из залы, громко распевая во весь голос.

— Раз однажды три мышонка! — заголосила Дороти.

— По долинам и по взгорьям! — орал сэр Рыцарь.

— Я — Трусливый Лев из Оз! — зарычал Лев.

Медляки были так ошеломлены этими ужасными звуками, что попрятались, а потом разбежались во все стороны. Еще через минуту распевающая троица уже выбралась из замка и, продолжая голосить, стала пробираться через мрачный сад. Дороти распевала строчки песенки про трех слепых мышат. Сэр Рыцарь выдавал куплет за куплетом старинной английской баллады, а Трусливый Лев ревел и рычал, сочиняя на ходу собственную песенку. Учитывая, что это была его первая попытка, выходило у него не так уж и плохо:

Попадавшиеся по дороге медляки шарахались от них то налево, то направо, и все шло хорошо, пока вся троица не натолкнулась на компанию медляков, игравших в крокет. Медлительность, с которой они поднимали свои клюшки, настолько заворожила Дороти, что она поневоле остановилась, чтобы понаблюдать за этим удивительным зрелищем.

— Не останавливайся! Пой! — прорычал Трусливый Лев посреди очередной сочиненной им строки.

В ответ Дороти закрыла глаза руками и запела еще громче, но увы! В следующую секунду она споткнусь о воротца для крокета и полетела носом вниз. От такой неожиданности у нее перехватило дыхание. Дороти начала подниматься, но петь она уже не смогла. А как только она перестала петь, медляки перестали играть, и как только они остановились, Дороти опять начала зевать. Заметив это, сэр Рыцарь заорал еще громче и потянул Дороти за рукав, а Трусливый Лев так рыкнул, что медляки заткнули уши и попятились от него.

— И вот однажды Рыцарь... Ура, вперед, вперед! — пропел сэр Рыцарь, и через минуту Дороти смогла к нему присоединиться, опять затянув песенку про трех слепых мышат.

И все же бежать и петь одновременно было очень непросто. А бежать через Медляндию — это было все равно как пытаться бежать, стоя по горло в воде. Представляете, как это тяжело?

— Раз однажды три мышонка... три мышонка... ох, ах! — повторяла она, отдуваясь. — Я ничего не могу пропеть дальше! — пожаловалась бедная Дороти, спотыкаясь на бегу.

Трусливый Лев пыхтел рядом с ней, как паровоз. Медляки к этому времени уже немного оправились от первого шока и теперь следовали за нашей троицей, держась от нее на безопасном расстоянии. Городские ворота были уже совсем близко, но Дороти казалось, что ей до них никогда не добраться.

Заметив, что у ворот сгрудилось много медляков, друзья поняли, что если сейчас они не разгонят их своим пением, то уснут, и тогда медляки неизбежно утащат их обратно в замок.

— Ну, давайте! — прохрипел сэр Рыцарь, — Помните — это ради Пугалы!