Чтение онлайн

– Пила?

– Это что, допрос?

– Шатаешься…

Произнес он это свистящим шепотом. По коже побежали мурашки. Чертов лифт! Работал бы, не было бы сейчас проблем.

– Это все эти ужасные туфли… - зачем-то пожаловалась Вадиму.
– Танцевать в этом… в этих…

– Танцевала с Камиллой?
– положил руку мне между лопаток, я пыталась ее стряхнуть, но не получилось. Чувствовала я себя старой развалившейся мебелью, которую осторожно толкают, чтобы она совсем не развалилась по пути в квартиру.

– А ты как думаешь?
– съехидничала.
– Конечно, нет.

– Парни?
– как-то слишком спокойно спросил он.

– Да. Меня, знаешь ли, мужской пол больше привлекает, - бесит меня этот разговор!
– Все, проводил? Спасибо, всего хорошего, до свида…

– Я не закончил.

Затравлено посмотрела на пульсирующую жилку на его шее.

– Посмотри на меня, - все так же властно прозвучало над моей головой. Пришлось подчиниться. Почему-то стало страшно и… волнительно.
– Дурочка, - выдохнул мне в губы Вадим и… я не стала сопротивляться. Рядом с этим мужчиной я теряю себя.

Не помню, как открывала дверь, закрывала. Но помню, как разлеталась в разные стороны одежда, его горячие руки, требовательные губы и свои стоны. Из кухни высунулся жующий Герман, посмотрел на нас и что-то недовольно фыркая, ушел обратно. Еще на задворках памяти мелькает картинка, как мы, не желающие расцеплять объятия даже на минуту, не вписались в косяк, и я ударилась об него рукой. Сейчас на месте удара маленький синяк.

Я лежу в объятиях мужчины, моя голова покоится на его груди, я внимательно вслушиваюсь в стук его сердца. Чувствую, что он, так же как и я, не спит. В подтверждение моих мыслей, Вадим нежно проводит рукой мне по спине.

– Я уволил ее.

Молчу. Не хочу говорить. Слова снова напомнят мне, как я поступила.

– Знаю, что ты не хочешь ничего слышать, но ты меня выслушаешь, - в его голосе слышна привычная властность.
– У меня есть правило: не путать личную жизнь и работу. Но не всегда все идет так, как запланировано. Мы со Светланой стали любовниками. Ничего особенного, мало ли с кем ни бывает. Уже тогда я задумался, что ее нужно перевести куда-нибудь, отдать в секретари хоть тому же Владу. Но она была под рукой - удобно. Мы провели вместе всего несколько ночей.
– Мужчина взял прядь моих рассыпавшихся по его груди волос, пропустил сквозь пальцы.
– Я не давал ей повода считать, что между нами нечто большее, чем простой служебный роман и что он закончится так же быстро, как начался. Только она все поняла иначе. К тому моменту, когда появилась ты, я уже порядком устал от нее. Выдалась возможность съездить на рыбалку, подумать обо всем, что происходит. Конечно, я уехал. Думаю, это Владлен подсказал Светлане, где меня искать. Я всегда езжу в одно и то же место, на платное озеро. К моему немалому удивлению она появилась там. Говорила разные глупости, просила… Впрочем, ты наверняка знаешь, на что способны отчаявшиеся женщины. Я сорвался с крючка, что сильно ударило по ее гордости. Красивая, вроде неглупая, как она сама считает, блондинка с длинными ногами - как такая могла упустить мужчину?
– усмехнулся Вадим.
– Тогда она решила, что у меня есть другая. Она напрочь отказывалась верить, что с женой у меня не фиктивный брак, а к тому моменту уже все знали, что я женился. Эта “умная” блондинка закатила скандал, тогда-то мое терпение лопнуло. Я отвез ее домой, так как ее появление изрядно испортило атмосферу спокойствия, я тоже вернулся домой.
– Немного помолчал.
– Это лишь часть всего того, что я должен тебе рассказать.

Я накрыла его губы рукой. Мужчина поцеловал ее.

– Молчи.

Я закрыла глаза. Вадим рассказал о Светлане с той целью, чтобы я знала - у них ничего не было, как только он женился. Я не почувствовала ревности. Зачем? Она его прошлое, которое не давало покоя. Но у него так же есть и настоящее. Не я. Что же я наделала? Боль от предательства, царапавшая меня изнутри со дня нашего первого поцелуя, нарастала. Предали не меня, но я. Нет ничего страшнее предательства родного человека. Смогу ли я когда-нибудь простить себя? Стоила ли одна ночь с чужим человеком лет самобичевания? Нет, цена слишком высока. Но эта ночь была особенной.

Не отложился в голове миг, когда мы вдруг оказались на кровати. Все наблюдения перекрыли сильнейшие эмоции и чувства. И руки. Его руки как крылья бабочки - такие же легкие, они почти невесомо касаются моей груди, ласкают сосок и несколькими секундами позже спускаются ниже. Он не хотел быстро, он хотел чувственно. Покоряясь каждому его движению, я не сдерживаю стоны, желая, чтобы эти минуты длились как можно дольше. Он улыбается, я с трудом различаю это сквозь пелену желания и страсти. Его губы целуют мои так требовательно и нежно, что я забываю обо всем, что было до. Мужчина тяжело дышит. Да и мне приходится все чаще напоминать себе о дыхании. Но это не так важно. Наши языки ласкают друг друга. Я в нетерпении обхватываю его ногами, бесстыдно предлагая себя. Вадим выдыхает мне в губы слово, что переворачивает мою душу. Чувствую его желание. Руки сами исследуют мощную спину, сжимают ягодицы. Наконец он не выдержал. Мой протяжный стон и его шепот слились воедино. Толчок. Еще один, и еще…

И снова потеряла себя. В нем. В его движениях, в его неразборчивом шепоте и этой всепоглощающей страсти. Пока не ощутила волны удовольствия, все чаще и сильнее накрывающее тело и разум. Оргазм - маленькая смерть…

На какие-то доли секунды, вспомнив, что было ночью, захотелось сказать ему, что я чувствую. Но тут разум взял верх над глупым сердцем, подстраивающимся под ритм биения сердца Вадима. Я не смогу так. Встречаться тайком, обманывать мать, делать вид, что у меня все хорошо, хотя на самом деле сидеть в пустой квартире и ждать, когда придет Вадим. Есть только один выход - поговорить с матерью. Что мне ей сказать? Мама, прости, но я переспала с твоим мужем и вообще я в него влюблена!? Ага, а затем потерять мать. Однако молчать губительнее не только для меня и ее, для Вадима тоже. Черт.

Ворох мыслей спугнула трель телефона. Вадим нехотя выпустил меня из рук, повернулся на бок, подложив под голову руку, наблюдая за мной. Я пыталась вспомнить, куда кинула куртку, из которой чудовищно громко верещал сотовый. Она нашлась в коридоре. Увидев, кто звонит, я ненадолго замерла. Мама. К горлу подступил страх.

– Да?

– Элиза! Ты спишь? Десять утра на дворе!
– вздохнула.
– Я приехала. Давай встретимся. У меня в офисе через час, подойдет?
– Я промычала что-то.
– До встречи, золотко! Люблю.

Сжала телефон в руке. Вот он шанс рассказать правду. Покаяться. Исповедь не поможет, не облегчит чувства вины, зато запутываться в паутине лжи я тоже не буду. Решено.

Вадим, ничего не говоря, ушел в ванну. Он понял, кто звонил. Я подобрала разбросанную одежду, заправила постель. Из кухни, настороженно выглядывая, появился Герман.

– Привет, пес. Забыли мы про тебя, да?
– погладила добермана.

Но Герман не был настроен на ласки. Боднул меня головой, повернулся попой и прошел к входной двери. Сел возле нее, уставившись на меня укоризненным взглядом.

– У меня вряд ли получится с тобой прогуляться, попросим Вадима, хорошо?

Пес фыркнул, мол, все равно, кто тащится следом, лишь бы прогуляться в кустики. После Вадима в ванну пошла я. Уставилась на себя в зеркало.

– Отвратительно!
– прошептала. На душе мерзопакостно как никогда, а рожа довольная как у кота, съевшего крынку сметаны.

Под прохладной водой душа я думала, что сказать Вадиму. Это было ошибкой? Определенно. Я жалею, что провела с тобой эту ночь? По большей части, да. Кинуть такое мужчине, который доставил тебе море удовольствия и подарил океан нежности… Но ведь это правда! И закрыть на правду глаза все настойчивей убеждает меня глупая влюбленность. Да, я влюблена. Но не люблю. Не успела прирасти к нему так крепко. Да и не в моем это амплуа - выставлять чувства на показ и произносить пустые красивые слова. Да и о чем я вообще? Надо поговорить с мамой. Не представляю, как, и страшно, что она ответит мне, но это самое верное решение. А Вадим… Он - ее муж.

Вадим стоял у плиты. Это показалось таким естественным. Он в моей квартире, готовит нам завтрак в одних плавках, рядом крутится проголодавшийся доберман, а я в халате после ванной. Мужчина посмотрел на меня. Я отвела взгляд. А если это последний раз, когда я вот так близко с ним? Яичница готова. Вадим расставил тарелки, грозно глянул на разбаловавшегося пса, который тут же присмирел, слабо улыбнулся мне.

– Садись.

Села, взяла в руки вилку. В голове мелькали события прошедшей ночи. Не забуду.