Чтение онлайн

– А, понятно, оперативно ты, однако.

– Ну, а ты как думал. Кстати, вечером, думаю, съезжу поиграть в карты. Не хочешь?

– Какие карты? Ты знаешь, я не очень люблю азартные игры, это по твоей части все-таки. Уже проиграл все что мог.

– Не хочешь играть, как хочешь, мое дело предложить. Сам знаешь, навязываться не особо люблю.

– Как мама у тебя? Все хорошо?

– Все отлично, нашла себе мужчину, вроде нормальный, а вроде странный даже. Не против, конечно, ее любви, но да ладно. Да и давно я к ним не заезжал. Ладно, давай прыгай, чего стоишь-то на улице, как неродной?

– Мало ли, мне нельзя к тебе в машину, ты не приглашал меня.

– Какие мы деловые… еще тебя приглашать надо, давай прыгай уже.

Смити открыл дверцу и присел на пассажирское переднее сиденье. Аркелл завел автомобиль, и они поехали в свой бар. Смити включил их любимое радио. В этот миг играла такая веселая песня, что даже им потанцевать захотелось. Время на часах было около полвосьмого утра. Это хорошее начало утра, а может, и прекрасное даже, подумал Смити. За это время дождь уже закончился, и начало выходить солнце, поэтому было тепло. Они остановились у светофора, был красный свет. Со своей стороны, Смити отпустил окно и видит, как идет одна милая дама.

В розовой шляпе, бежевом пальто, на каблуках. Такой важный и стремительный взгляд был у нее, просто ух…

– Девушка, девушка, вы отлично выглядите, просто шедевр, ясного дня вам, – кричит Смити.

– Спасибо большое! Доброго утра вам, – ответила дама.

– Спасибо.

– Смити, у тебя сегодня, смотрю, отличное настроение? – сказал Аркелл, повернув голову к Смити.

– Да, это точно. Настроение у меня хорошее сегодня.

– Такое настроение у тебя, конечно же, редко. У меня тоже сразу поднялось, глядя на тебя.

– А что, у тебя до этого настроения не было?

– Да, не особо.

– Из-за чего?

– Да, да так. Смити, а что тебе сегодня снилось?

– Очень крепко спал, что ничего не видел. Может, что-то снилось, но я не помню. А тебе? Есть какой-то сон, да? Судя по твоему выражению лица, видимо, да.

– Да. Мне приснился странный сон. Появился около старого деревянного едва стоявшего дома. Забор был чуть повален вперед к дому, на маленьком деревянном столбе сидела черная кошка, вход был заросшим гнилой растительностью. Проломав все, наконец-то добрался до двери. Внутри было ужасно, все гнилое, запах гнили и трупный запах. Темнота, тишина, все скрипит. Издалека слышу голос такой хриплый: ступай сюда, не задерживай людей. Впереди себя вижу небольшой свет и падающую тень от свечки. Медленно пробираюсь к нему, вижу, сидит бабушка, вся в черном, и перед ней стол, на столе была только пустая банка. Она предложила присесть на стул, который стоял справа от стола. Когда я сел, она сразу сказала: «Плюй в стакан, и ты увидишь все, что хочешь знать». Подумав примерно секунд пятнадцать, плюю в стакан и попадаю то ли в будущее, то ли в прошлое. Я был в каком-то непонятно грязном переулке, были и машины, и лошади, и люди с оружием, и с луками, и спустя сотни лет снова нахожу ее и прихожу к ней. Она с порога говорит: «Все-таки пришел, молодец». Не думая, подхожу к ней, беру банку и плюю. Она сказала: «Ты больше не можешь, потому что не сильно хочешь туда»… И я ей задаю вопрос: «Что мне нужно сделать, чтоб попасть туда?» – «Изменить будущее…» – ответила она. И, Смити, понимаешь, резко проснулся в холодном поту и со смутным рассудком. Вообще будто потерялся во всем, так страшно стало, аж мурашки пошли.

– Аркелл, может, это из-за того, что ты вчера много выпил?

– Не знаю.

– Зеленый, поехали, – сказал Смити.

– Может быть, из-за алкоголя, конечно, мне в основном-то ничего не снится, но в этот раз, когда я еще пьяный был. Странно все, конечно.

– Не бери в голову, это только лишь сон, не более.

– Уверен, что только сон? Бабушка раньше говорила, что сны что-то да значат в этой жизни.

– Мне интересно, а когда это ты в сны начал верить, Аркелл? Ты же никогда не верил.

– Я всегда верил, просто тебе не говорил и другим, чтобы не смеялись.

– Не смеялись? Что за бред?

– Да, чтобы не смеялись.

– Кому какая разница, кто во что верит?

– Ну, вот у меня так.

– Все новое и новое о тебе узнаю, Аркелл. Чего мне еще ждать?

– Не знаю, я вроде ничего такого и не скрываю же.

– Ну, хорошо, верю.

Они продолжали ехать дальше к их бару. Аркелл почти никогда за рулем не разговаривал особо, но сегодня у него рот просто не закрывался, поэтому Смити не привык слушать его в таком темпе, и его уши тоже не привыкли к этому точно. На войне обычно все то ли молчат, веселятся, дерутся и т. д. Иногда Аркелл болтал без остановки, но на войне он был не очень разговорчивый, иногда задумается так, что вокруг себя никого замечать не будет, словно вот он начал разговор с самим собой, в своей голове. В этот миг, пока Аркелл болтал о чем-то, к Смити пришли внезапные воспоминания о том, как Аркелл лежал тогда в казарме, Смити взял набрал ведро холодной воды и облил его. Зачем он это сделал? Сам не знает, но тогда много нового о Смити узнал из уст Аркелла, потому что, грубо говоря, ругался матом. Смити громко засмеялся в машине от воспоминаний, и Аркелл повернул голову к нему и сказал:

– Ты чего смеешься?

– Ты на дорогу смотри. Да вспомнил, как тебя облил холодной водой, ты тогда был очень зол на меня, почти со мной не разговаривал, а может, был готов даже убить меня, точно не знаю, что ты там было задумал.

– Да, это было не очень весело, и это был поступок жалкого ребенка, будто я попал в детский сад, – засмеялся Аркелл.

– Ну, ну, конечно. У самого поступки бывали такие или хуже. Я-то все помню, Аркелл, все помню.

– И что ты помнишь?

– О том, что ты в школе сделал с тем парнем, который был в параллельном классе.

– Так, плохие поступки бывают у каждого подростка, взрослого человека, так что давай не будем. Вот и приехали уже.

Смити с Аркеллом выходят из машины, и Смити медленно и не сильно хлопает дверью машины, и они пошли в бар. Переоделись в старые вещи, на часах было примерно полдевятого, и начали делать уборку. Каждый из них начал убираться в своем месте, они распределили территорию. Смити двигал стулья, столы, протирал полки. Аркелл поначалу убирался, а затем стал заниматься бумагами. Спустя некоторое время к ним уже подошел дизайнер, которого звали Драп Милоч. Аркелл с Драпом что-то обсуждали и в какой-то момент позвали Смити.

– Смити, иди сюда, – кричит Аркелл.

Смити в тот же момент подошел к ним и ответил:

– Да, что?

– Как тебе логотип? – говорит Аркелл.

– Знаете, интересная задумка, мне нравится.

– Мне тоже нравится, – ответил Аркелл.

На часах было уже без пятнадцати три. Смити даже удивился тому, как же быстро все-таки идет время.

– Аркелл, не хочешь выпить кофе через дорогу? Здесь кафе недавно открылось, – говорит Смити.

– Сейчас, отпущу человека, и пойдем.

– Хорошо.

Аркелл на тот момент уже начал прощаться с дизайнером, они обменялись рукопожатием, и Смити с Аркеллом пошли в кофейню. Когда они вышли из бара, их внезапно на улице остановил старенький мужичок. На вид ему было около шестидесяти лет, одет он был в серое пальто, штаны были серыми и чуть порванными. Было много у него разных дыр на одежде. Выглядел он больным, словно разлагался изнутри и снаружи. Волос на голове почти не было. Он предложил им купить у него сахар, конечно, Смити ожидал, что он предложит что-нибудь из запрещенных веществ, потому что такое часто предлагали. Они стояли и думали о том, а в чем же подвох? И почему он вообще торгует сахаром?

– Дед, а для чего ты продаешь сахар? И почему достаешь его из пальто так скрытно, а не в пакете? – сказал Смити.

– Если полицейские меня поймают, меня оштрафуют. Нельзя продавать без лицензии никакой продукт.

– Хорошо, давай я куплю тогда все у тебя. Аркелл, не отнесешь сахар в бар, пусть там лежит. Нам пригодится еще.

– Хорошо, давай.

Пока Аркелл относил сахар, Смити начал спрашивать старика:

– Почему вы так плохо выглядите? Вам нужна помощь? Вы умираете? Что нужно?