Чтение онлайн

В этой фразе уже присутствует момент отказа от собственных наступательных действий, а состояние водных рубежей оценивается лишь с точки зрения их пригодности для собственной обороны.

Искусственное наводнение было одним из вариантов инженерных заграждений. Такой способ борьбы не всегда и не везде можно применить, и поэтому он кажется чем-то экзотическим. Но на пространстве перед каналом Москва – Волга широко использовались и более известные способы борьбы: минные поля и лесные завалы. С ними противник на этом направлении не смог столкнуться, поскольку не перешел Яхрому. Однако по предыдущему опыту немцы, конечно, знали о подобных преградах, и это знание несколько охлаждало их пыл.

Таким образом, противнику следовало решиться на форсирование Яхромы в первый или второй день после взятия Рогачева. Затем это движение было сильно затруднено разливом рек, а еще чуть позже поступил приказ о переходе к обороне. Оставалось только укреплять свои позиции и вести разведку.

С начала декабря немцы заметили усиление разведывательной деятельности и со стороны советских войск.

«Также с 1.12.1941 была отмечена активная деятельность разведывательных групп с обоих сторон. От 5-й роты 53-го пп (мот.) не вернулись лейтенант Бруклахер и двое рядовых» [136] .

В этот день бойцы разведывательного взвода 2-го стрелкового батальона 55-й стрелковой бригады заметили в районе восточнее Татищева двух немецких солдат и офицера. Была устроена засада, и в результате скоротечного боя офицер был убит, а раненые солдаты захвачены в плен. Они принадлежали 5-й роте 53-го пехотного полка [137] . Речь явно идет об одном и том же случае. Только имя офицера в донесении нашей бригады совсем другое. Кто здесь ошибся, сказать трудно. В бригаде не нашлось человека, хорошо знавшего немецкий язык, и там смогли допросить лишь одного из солдат, потому что он был выходцем из Буковины и знал русский. С другой стороны, история немецкой части писалась спустя десятилетия, и здесь тоже не исключены ошибки.

Немцы не оставались в долгу.

«Находясь на оборонительном рубеже, усиленный 2-й батальон 53 пп (мот.) под командованием капитана Кюкерса в первые дни декабря при морозе около 15 градусов организовал разведывательный отряд силой во взвод. Под руководством командира 5-й роты 53-го пп (мот.) разведывательный отряд продвинулся на Куминово. По рассказам жителей, в местечке было около 30 русских. Лейтенант Бруклахер не был найден. Разведывательная группа 6 роты 53 пп (мот.) взяла много пленных, которые принадлежали 130 кавалерийскому полку (Туркестан). В следующие дни назначенные разведывательные группы приводили пленных, но также и сами несли потери. Противник неоднократно атаковал контрольные посты опорных пунктов, поэтому тревога происходила по всему фронту» [138] .

Здесь, видимо, речь идет о стычках с подразделениями 18-й кавалерийской дивизии, в которой хотя и не было 130-го полка, но зато был 135-й. Поэтому ошибка с нумерацией может быть вполне объяснима. Кроме того, в списках потерь 9-го отдельного эскадрона связи 18-й кавалерийской дивизии за 1 декабря числятся 11 человек пропавших без вести. Никаких боев в тот день не было. Скорее всего, эти люди попали в плен в результате упомянутых действий разведывательных групп немцев в течение нескольких дней. Связисты на войне очень часто становились объектом охоты для разведчиков с обоих сторон ввиду специфики своей работы. Всегда можно было перерезать провод и поджидать рядом того, кто придет исправлять повреждение. Поскольку донесения о потерях составлялись значительно позднее, вполне возможно, что под этой датой значатся потери нескольких дней.

В эти дни на пространстве севернее Яхромы продолжали жить люди, занятые, несмотря на военное время, своими обычными делами.

По свидетельству Т. В. Бровкиной [139] , жители села Куликово, имевшие родственников в деревнях южнее поймы, свободно их навещали. Видимо, немцы отметили этот факт и попробовали сами проникнуть в Куликово. Была послана небольшая разведывательная группа на санях. Доехав до моста через реку, немцы обнаружили табличку с предупреждением, что мост заминирован. По рассказу Т. В. Бровкиной, наши офицеры именно ей поручили установить эту табличку. В тот момент она еще находилась рядом с мостом и, спрятавшись в кустах, могла наблюдать эту картину. Немцы, разделившись на две группы, двинулись в разные стороны от дороги в поисках другого места переправы. Сани были брошены без охраны. Видимо, солдат было очень мало. Вскоре с обоих сторон послышались крики захватчиков. Похоже, что они, попав на заболоченные участки, провалились под лед. Поняв, что немцам в этот момент не до лошадей, девушка выскочила из укрытия и, завладев санями, пригнала их в Куликово.

Эскиз оборонительных позиций 14-го разведывательного батальона в Подвязнове и Бунятине (Kriegstagebuch la. 14 Jnf. Div. (mot) vom 30.11.41. – 31.12.41. Anlage E12b).

Можно верить или не верить этому рассказу, но в это время в окрестностях поймы происходили и более странные события. Например, 2 декабря имел место просто дикий случай, который отмечен в журнале боевых действий 14-й моторизованной дивизии.

«Утром 11-й пп (мот.) у Подмошья взят в плен вражеский дозорный отряд, который, ничего не подозревая, подошел к населенному пункту, не имея достоверных сведений о присутствии немецких солдат. Он получил задачу перед приходом немцев взорвать аэродром, находящийся примерно в 5 км севернее Подмошья» [140] .

Кто, посылая этих людей, так разъяснил им задание, что они ошиблись на несколько километров и, преодолевая немалые трудности, пошли в противоположном направлении, чтобы попасть прямо в лапы к врагу? Да и само задание выглядит просто нелепым, если не применять более сильных выражений. Спустя день в это доселе почти пустое пространство севернее реки Яхромы начали прибывать наши войска, и взрывать уже ничего не требовалось.

Вернемся на неделю назад. В середине дня 27 ноября немецкий 14-й разведывательный батальон доложил в штаб своей дивизии о занятии стоящих вблизи р. Яхрома деревень Александрово и Копытово и захвате 20 пленных. Это событие, по-видимому, можно считать последним эпизодом обороны Рогачева. После его падения фронт в окрестностях села стал принимать то очертание, которое сохранилось вплоть до начала наступления советских войск. Его конфигурация определялась в первую очередь наличием такого водного рубежа, как Яхрома.

Конец ознакомительного фрагмента.