Чтение онлайн

Может, мне подошёл бы вариант уборщицей? А что? Моешь себе шваброй полы в залах, бурчишь под нос ругательства, что в грязной обуви ходят и всё. Никакой умственной нагрузки, только руками работай да крем разогревающий в спину втирай.

— Ну, так что? — Напомнил о своём существовании пухлый маг, приспуская свои очки на нос и выжидающе смотря на меня.

— Я бы хотела поподробней узнать о работе уборщицей.

Как я стала уборщицей в императорском дворце? Да легче лёгкого! Пф, всего-то пришлось сбежать из своего царства от жениха князя, проклясть гадалку, сбежать из ССБ и пообщаться с старухой ведьмой в сыром переулке. Дел на сутки буквально!

А уж после того, как я пришла в императорский отдел кадров, побеседовала с Огнедаром Воиборовичем (моим впоследствии работодателем), выбрала вакансию уборщицы, мы с ним перешли к подписанию трудового договора.

Во-первых, никакой магии при уборке в стенах дворца, только физический труд. Такое условие обуславливалось тем, что на правителя могло быть совершено покушение, а держать под своим боком убийцу крайне глупо. Если физически чистокровного демона не представлялось возможности даже не то, что убить, а хотя бы покалечить, то в магическом плане существовал миллион и один способ лишить императора жизни. Кстати, клятвы всячески вредить ему с меня почему-то не взяли.

Во-вторых, в обязанности входило полностью вымыть весь седьмой этаж, включая влажную уборку кабинета демона, где он принимал послов или обговаривал со своими министрами какие-то предстоящие указы. Также нужно было смахивать с элементов декора пыль.

В-третьих, я должна работать без выходных с десяти утра до трёх часов дня. Если закончу уборку раньше, то могу заниматься своими делами. Но, так как я уже проработала около недели, то могу с уверенностью заявлять, что раньше управиться практически невозможно. Скорее спину надорвёшь.

В-четвёртых, моя заработная плата за месяц без учёта больничных дней составляла сто пятьдесят серебряных монет. Уж не знаю, где так ещё получают люди без образования, но увольняться теперь не входит в мои планы. По моим скромным и не совсем точным подсчётам выходило, что если я буду копить на выплату задолженности своей семьи, то через год с копейками смогу с чистой совестью вернуться в Квакушино и закрыть все долги.

В-пятых, мне, как сотруднику императорского дворца, предоставлялась возможность бесплатного проживания на территории дворца в корпусе прислуги. Этот пунктик в договоре стал практически решающим, не считая зарплаты, чтобы поставить с чистой совестью и на добровольной основе свою подпись и магический отпечаток ауры.

В-шестых, при чрезвычайной ситуации могли вызвать в любое время по служебному артефакту связи, который выдали в первый день работы, на вверенный этаж, чтобы я убралась. За это, естественно, доплачивалось, в зависимости от времени суток. Ночью — плюс двадцать серебряных, днём — плюс десять к зп. Мне, которая не планировала пропадать в столице и тусоваться с местной молодёжью, всё очень и очень нравилось. Конечно, на личную жизнь времени не оставалось, но Светлокудра с моей первой любовью пока хватало в списке с сердечками. Тем более, что никто не запрещал вступать в отношения с работниками дворца.

Ну и ещё по мелочи… Например, можно было перенести часы работы при наличии уважительной причины или выбрать отпуск в подходящий месяц. Премии каждые полгода за хорошую работу полагались ещё. В общем, ничего такого интересного и важного.

— Тщательней три, — рявкнула какая-то тётка, затянутая в жёлтый блестящий корсет. — Понаберут не пойми кого, а потом ходишь по грязному полу, туфли пачкаешь.

От такой наглости я выпрямилась, смахивая со лба выбившуюся прядь из косы и сверкнула глазами.

Совсем рядом действительно стояла тощая и высокая сорока или сорока пяти лет женщина маг, надменно приподнимая верхнюю губу. Светлые жидкие волосы были уложены в высокую причёску, изображающую цветы. Смотрелось бы действительно шикарно, не будь эта тётка почти лысой. Нет, волосы-то там были, не сомневайтесь, но такие тонкие и совершенно не густые, что цветы казались… как бы это помягче сказать-то… дохленькие, что ли… Никакие.

Её карие глаза на выкате нездорово блестели, заставляя задуматься над тем, чтобы вызвать психушку. Тонкие и такие же светлые брови, как и шевелюра, совсем потерялись на бледной напудренной коже лица. Ещё меня впечатлил огромный, почти орлиный нос с широкими хищными ноздрями, недовольно и широко раздувающимися. Неестественно пухлые, увеличенные магией губы, всё также кривились, выражая крайнюю степень напускной брезгливости.

— Женщина, а Вы что, дальше своего носа что-то видите? — Позволила себе такую слабость нахамить, чувствуя, как тугой комок нервов немного ослабевает.

Стало даже немного стыдно, что решила так грубо ответить, но потом вспомнилось, что я вообще-то ведьма! А ведьмы гордые женщины, которые не терпят к своей персоне такой фамильярности в общении с незнакомцами!

— Что-о-о? — Взяла высокую ноту магичка, смешно вытягивая рот буквой "о" и часто-часто моргая, при этом чудно взмахивая накрашенными ресницами. — Да ты знаешь, кто я?

— Не мой работодатель — это главное. Если Вас, уважаемая, — выделив язвительным тоном последнее слово, я недобро ощерилась, — так коробит от качества уборки помещения, то идите и пишите жалобу! Или сами за швабру беритесь и надраивайте с особым усердием.

Нет, ну надо же, нашлась цаца какая-то! Да я тут спины своей не жалею, тру так, что блестит даже то, что блестеть давно перестало. А она мне, ишь чего, недовольство своё высказывает.

— Ах ты, др-р-р-я… — Хотела было оскорбить эта дамочка меня, но я опередила, выплёвывая проклятье.

— Да чтоб ты каждый раз язык прикусывала, как только собираешься гадость сказать! — Слова легко сорвались с уст, а магия тёмной ведьмы засверкала искорками на дне моих зелёных глаз.

— Да как ты посмела меня проклясть, маленькая мерз… Ай! — Она до боли прикусила свой язык, опять удивлённо таращась на ведьму, умеющую только проклинать. — Чтоб теб… Ой!

Недовольно схватившись руками за накрашенный рот, дамочка подобрала пышный кружевной подол жёлтого цвета и ретировалась, яростно поглядывая на меня.

Как только эта яркая фигура скрылась за ближайшим поворотом, я выдохнула, растирая поясницу. Даже мази от боли в спине полностью не избавляют от этого ноющего чувства где-то внутри мышц. Эх, а ведь я наивно думала, что уборщицам так просто жить.

Дурёха ты, Вальдемара! С детства же знала, что все профессии нужны, все профессии важны.

Через полчаса, когда я намывала полы около кабинетов, та самая высокомерная блондинка с дохленькими розами на голове проплыла мимо меня уже в компании двух лордов. Один был толстенький, с шикарной густой шевелюрой на голове, плавно переходящей в такую же шикарную бороду. Брови у коротышки тоже были… шикарными. Весь такой волосатый и с вредными глазками, он наступил мне на швабру. И ведь специально, пока они проходили, встала, чтобы ненароком не обмочить или толкнуть. Так нет же! Надо было наступить!