Чтение онлайн

— Млять! Столько времени угробил впустую! — продолжая психовать, я сорвал испачканные фиолетовым дерьмом перчатки и следом за обломком хитина швырнул их в ненавистные вонючие потроха. — Ну, Леха! Тот попадись мне только! Я тебе за этот прикол!..

— Извините, ить… — вдруг раздался сзади смутно знакомый голос.

— Ну че еще? — резко обернувшись, я обнаружил попятившегося от моего грозного вида на пару шагов плюгавого мужичка, в грязной, заляпанной темными пятнами одежде.

— Мне ребята, ить… сказали, что вы тыщи живы, ить… мне за хреню ту даете, — проблеял робко тип бомжацкой наружности, в котором я узнал наконец счастливчика Страйка.

— Че за хреня? Толком говори, — набычился я, небезосновательно предположив, что это посланец неуемного Давида, очередным приколом через доверенное лицо решившего, походу, вывести меня из себя окончательно.

— Да лучшее, ить… показать, чем говорить. Во она, — улыбнулся заискивающе Страйк и… Вообразите мое изумление, когда этот хмырь спокойно вытащил из кармана куртки тот самый фрагмент из полосатого металла, который я битый час тщетно пытался отыскать в гребаном шлюсере.

— Где? Где ты это взял?! — я буквально выхватил долгожданную находку из рук Страйка.

— Э-э, начальник, а жива? — возмутился мужик.

Я тут же мысленно подтвердил системный запрос о переводе в Запас игроку Страйку трех тысяч живы.

— О, ить… это ж совсем другое дело, — расплылся в щербатой лыбе Страйк.

А перед моим внутреннем взором загорелись долгожданные строки системного уведомления:

Внимание! Найден девятый фрагмент ребуса «это». Обнаружено 9 фрагментов из 25.

Оставшееся время на исполнение ребуса: 9:14:38:12… 9:14:38:11… 9:14:38:10…

— Так, ить… из паучишки ж хреня эта выпала, — вернул меня в реальность голос Страйка, решившегося-таки ответить на изначально заданный мной вопрос. — Такой, знаете, ить… мелкий был паразит. Не больше, ить… ладони моей. И как такая хреня, ить… солидная только смогла в нем поместиться? Мистика, ить!..

— Еще какая, — кивнул я в ответ.

— Ну, ить… как говорится: спасибо за живу, уважаемый, — неожиданно поклонился мне Страйк.

— Ага. Отыщутся еще фрагменты, неси, возьму за ту же цену, — кивнул я в ответ, словив вдруг от выходки мужика дежавю: словно обратно в родовом доме Савельевых вернулся и общаюсь с тамошним холопом.

— Какое такие фрагменты еще, ить… начальник? — сленг из родного мира вернул меня к суровой действительности.

— Хреню эту фрагментом я называю, — разъяснил я Страйку и, прерывая наш затянувшийся разговор, зашагал в сторону выхода со двора. К знакомому проулку, куда уже толпами стекались закончившие сжигать собранную паутину с округи прибывшие из лагеря трудовые резервы.

Глава 8

Что народу в лагере игроков стало определенно больше, я понял еще на подходе к нашим воротам — вернее к распахнутому настежь проходу меж ними. Теперь здесь беспрерывно прокачивало взад/вперед настоящие людские потоки, а на входе/выходе из лагеря даже пробки образовались из ожидающих своей очереди прорваться через единственные ворота. Не чета тем тонким цепочкам людей, что беспрепятственно шныряли тут туда/сюда ранним утром, когда мы с отрядом собранных на скорую руку бойцов отправились решать проблему обнаруженного по соседству с лагерем паутинника.

Еще на подходе бросилось в глаза, что выбирающиеся из лагеря люди, как правило, были налегке. А вот штурмующая проход снаружи внушительная толпа почти сплошь состояла из тяжело груженных разнообразным скарбом добытчиков, да еще и через одного обремененных дополнительными тележками, до отказа забитыми так же всевозможным добром. Собственно входящие «тяжеловозы» и являлись основной причиной давки в проходе, потому как их дружный яростный навал извне никто не контролировал, и их тележки в давке часто клинило с соседскими, формируя таким макаром на ровном месте непролазные заторы.

— Скажи деду, с этим срочно нужно что-то делать, — пожаловался я прибившемуся сбоку во время обратного пути Давиду, и развлекавшему меня пятиминутку неспешной прогулки к лагерю бородатыми анекдотами. — Ты погляди: что творится. Они ж, того гляди, по головам друг друга полезут.

— Да это временно все, — отмахнулся Давид. — Просто сейчас народ активно обустраивается внутри. Для того наружу за стройматериалами и барахлом разным постоянно ходки из лагеря делает. Отсюда на воротах такой аншлаг. Но через пару дней, когда все прибывшие худо-бедно разместятся, все само-собой устаканится.

— Это понятно, — кивнул я. — Но почему людей на ворота не отрядили? Чтоб там не анархия такая царила, а порядок бойцы солидного уровня поддерживали.

— А кто согласится-то на ерунду такую свое драгоценное время терять? — вопросом на вопрос ответил Давид. — Все серьезные бойцы, как только зомбаки с улиц наших в закат свалили, оправились неисследованные дома по округе шерстить. Тварей угнездившихся там выбивая, живу наращивая и, соответственно, показатели с уровнями поднимая. Качаются, короче, бойцы наши — как ты сам, кстати, их и наставлял. В лагерь же, считай, только пожрать, добычу скинуть и подлечиться, если надо, забегают. И вот как ты себе представляешь: нам заставить их плюнуть на развитие и переквалифицироваться в тухлых привратников?

— Че сразу тухлых-то?.. Не, ну ты глянь, что там творится-то!

— Спокойно. Сейчас урегулируем все… Э-э, народ! Ну-ка в сторону все! Дорогу мастеру Дэну! — на зычный крик Давида толкающиеся в проходе люди если ухом и повел, то как-то сильно без огонька.

Однако у ушлого молодого еврея на увещевание толпы изначально был аховый расчет. Повинуясь активной жестикуляции Давида за заградивших нам путь «тяжеловозов» взялись боевики из сопровождающего нас отряда. И значительный перевес в Силе игроков четвертого уровня над первоуровневыми, в основной своей массе, обозниками решил проблему не понимая голосового приказа за считанные секунды.

Наши парни просто снесли в сторону преграждающую вход в лагерь толпу. И мы с Давидом спокойно вошли в опустевший воротный проход. Стиснутые же по бокам люди даже не посмели, при этом, роптать на подобный произвол, справедливо опасаясь суровой кары от все еще удерживающих их с боков силачей-боевиков.

— Нет, это не дело. И с этим определенно надо что-то решать… — взялся я по новой выговаривать Давиду за воротную давку уже внутри нашего обнесенного частоколом поселения, но вдруг понял, что проныры Давида уже давно и след простыл. Этот шустрый тип с ходу нырнул в бурлящую толпу внутри лагеря, и по-английски умчался восвояси.

Внутри, кстати, за считанные часы моего отсутствия все снова разительно изменилось. Изобилие туристических палаток так поразившее меня ранним утром теперь практически полностью исчезло, сменившись глобальным строительством бараков, домиков и сарайчиков, на скорую руку возводимых из собранных с округи старых досок, кусков фанеры, жести, осколков мебели и прочих неказистых стройматериалов. Однако, несмотря на свой откровенно мусорный вид, позволяющих собрать в итоге нечто куда как более просторное и гораздо более морозоустойчивое, чем обычная тканевая палатка.