Чтение онлайн

— Ну, ежели сама система поощрила и одобрила… — поднял я руки, типа капитулируя. Про себя же реально радуясь случившемуся невероятному совпадению, благодаря которому теперь можно стало со спокойной душой не рассказывать союзникам-игрокам о рогатой пленнице и об отобранных у нее ценных артефактных кольцах. Так-то добытых не без помощи толпы низкоуровневых игроков, дополнительно отвлекших от меня минотавров своей атакой. Но раз дурацкое объяснение с удачливым броском кирпича уже всех устраивает, то, как говорится, не стоит будить лихо, пока тихо…

— Думаю, я мог бы попытаться все это спалить огнем, — вернул нас к насущной проблеме дядя Яша, когда, получив щедрую порцию похвалы от начальства, счастливый «герой» Федор Страйк уковылял обратно к своим корефанам. — Но с одного раза весь огромный массив паутинника огнем точно не охвачу. Придется не единожды отдыхать и восстанавливаться. А тамошние пауки, уверен, спокойно переводить дух мне не позволят. И как прочухают, кто их вотчину сжечь пытается, устроят на меня охоту.

— Не беспокойся, дед, мы с ребятами надежно тебя прикроем, — заверил родственника Давид.

— Я проконтролирую, — кивнул я хмурому взору старика и ободряюще ему подмигнул.

— Так-то, и без контроля твоего как-нибудь обойдемся, — задрал нос Давид.

— Да уж куда мне до ваших страйков-то, — хмыкнул я в ответ.

— Чё, чужая слава покоя не дает? — парировал Давид.

— Прекратите вы оба уже! — шикнул на нас дядя Яша. — Значит так. Я формирую огненный поток. А с тебя, Давид, стандартная поддержка.

— Сделаю, — кивнул мигом собравшийся и прекративший кривляться паренек.

— Ну а ты, Денис, уж будь добр, организуй обещанный контроль.

— Есть, сэр! — лихо козырнул я.

— Посерьезней пожалуйста, — не оценил моей шутки дядя Яша.

— Да начинайте уже, — в тон старику раздраженно пробурчал я. — Сказал прикрою — значит, прикрою.

— С богом! — кивнул старый еврей, и в следующее мгновенье из его раскрытых лодочкой ладоней, как из ствола огнемета, рванула к паутинной стене струя гудящего пламени.

Глава 6

Удар огня в заснеженную ватную стену сопровождался зловещим шипеньем, клубами дыма вперемешку с паром и вонью жженых волос.

Сопротивление паутинника огню, ожидаемо, продлилось не долго. И вот уже, проделав в препятствии многометровую брешь, огненная струя испепеляет серую вату густо переплетенных паутинных нитей не снаружи, а внутри паутинник — в появившемся подобии пещеры с опаленными ватными краями.

Повторяя движения сцепленных рук решительно зашагавшего вперед старика, гудящая огненная струя, воспламенив паутинную преграду, начала плавно смещаться по окружности вглубь, жадно пожирая белесую вату паучьей вотчины, попутно весьма зрелищно испаряя попадающиеся периодически провисы из наметенных внутри внушительных снежных наносов. Положивший руки на плечи деду Давид двинулся, соответственно, следом за стариком, не отставая от живого огнемета ни на шаг. И все остальные игроки, полукольцом с тыла окружив пару первопроходцев, стали старательно изображать из себя толпу секьюрити. Всем своим суровым видом демонстрируя, что их топоры и копья, выставленные в сторону свисающих сверху и по бокам опаленных клочьев ваты, легко удержат любую возможную волну паучьей контратаки.

— Ну-ну, — хмыкнул я вслед углубляющегося в паутинник отряда. — Сейчас и поглядим: какие вы там удальцы.

Сам же я, как не сложно догадаться, остался стоять в проулке на месте. Прочие же игроки моего исчезновения не заметили из-за наложенной отводящей взгляд иллюзорной техники Дыханье пепла. Стойку которой я исполнил аккурат в момент удара огненной струи старика в белесую стену паутинника, когда все окружающие бойцы невольно уставились на открывшееся взору потрясающее фаер-шоу.

Разумеется кидать с защитой союзников в мои намерения не входило. Просто, биться в тесном строю — это не про меня. Я — герой одиночка, и для успешной реализации своих возможностей мне нужен оперативный простор.

Скастовав помимо иллюзорного скрыта на себя еще и восьмую стойку Стального вепря, я зашагал следом за удалившимся отрядом, выдерживая дистанцию примерно в тридцать шагов.

Пока старик выпускал из ладоней смертельно-опасную огненную струю, на неспешно пробивающийся вглубь паутинника отряд благоразумно никто не пытался нападать. Однако Резерва маны дяде Яше, даже с подпиткой от внука, хватило всего на примерно полминуты непрерывного действия «огнемета». А как только поток гудящего пламени из рук старика иссяк, на незваных гостей, проделавших стометровую широкую брешь внизу паутинника, ожидаемо, со всех сторон накинулись паучьи полчища.

— Да отвали ты, ублюдище мохноногое! — истерил бедолага Давид, пытаясь стряхнуть паука размером с кошку, мертвой хваткой вцепившегося в кожаный рукав его и бег того уже основательно потрепанной куртки. — Ааа!.. СУКА! Дед, он меня, кажись, укусил!

— Дубина-то тебе для чего?! Не рукой монстра сбивай, а ей! — откликнулся вымотанный до крайности старик, сидящий прямо на мерзлой земле внутри кольца телохранителей, самоотверженно защищающих переводящего дух лидера от сонма атакующих от всех сторон здоровенных паукообразных тварей изнанки.

— Черт, точно! — осознавший свою промашку парнишка, из-за паники позабывший о зажатой в атакованной пауком руке бейсбольной бите, перебросил колотушку в левую и едва тут же ее позорным образом не выронил, зашипев от прострелившей ладонь вспышке боли из-за свежего паучьего укуса в кулак. Возле укуса пальцы левой опухали на глазах и долго стискивать рукоять биты в подобном плачевном состоянии были точно не способны, но на один точный и сильный удар этой отчаянной хватки через лютую боль хватило.

Расколотый в вонючую слизь хитиновый панцирь паука вынудил оглушенного монстра разжать тиски лап и попытаться сбежать с опасного места. Однако стоило пауку дернуться вверх по рукаву, как очередной отчаянный взмах правой руки сбросил-таки жуткого прилипалу под ноги, где опасную тварь мгновенно втоптали в землю тяжелые берцы Давида.

Перед внутренним взором парня полыхнула очередная строка системного оповещения о заслуженной награде за убитую тварь изнанки, но времени вчитываться сейчас у парня не было от слова совсем. Сморгнув игровую инфу, Давид едва успел перехватить из неуклюжих пальцев-сосисок левой биту в здоровую правую руку, и тут же пришлось пускать ее в ход, практически без замаха тычком отшвыривая от себя очередного восьмилапого монстра, как чертик из табакерки, выпрыгнувшего в его сторону из ближайшей закопченой паутинной стены.

Рядом точно так же самоотверженно отмахивались самодельными копьями, топорами и просто дубинами остальные игроки. Исчерпав, увы, все свои убойные техники еще при отражении первого паучьего навала, теперь низкоуровневым игрокам приходилось биться с тварями врукопашную. Поступающую же в опустевшие Резервы ману, по примеру Давида, все дружно переправляли теперь дяде Яше, для ускорения запуска его огненной абилки — единственной реально действенной против паутинника. Многих, как и Давида, пауки уже цапнули ядовитыми жвалами — кого в руку, кого в ногу. Но укусы эти, хоть и жутко болючие, оказались, к счастью, не смертельными. И все ужаленные бойцы пока что, стоически преодолевая отек и боль, держались на ногах.