Чтение онлайн

Вместо этого я была в джинсах с коричневым ремнем ручной работы и большой серебряной пряжкой, дизайн которой представлял нечто похожее на миниатюрную веревку, в коричневых ковбойских сапогах и шоколадно-коричневой облегающей футболке с желто-красными буквами на груди «Я сама выполняю трюки».

— Я не интересуюсь спортом, — сказала я ему, а затем села на подлокотник его кресла, заглядывая в журнал. Все его тело напряглось, и он повернул голову, чтобы посмотреть на меня, и я одарила его мегаваттной улыбкой. — Хотя мне нравится ходить на игры и все такое, ты ходишь на игры?

Я прижалась грудью к его руке, все еще притворяясь, что пытаюсь заглянуть в журнал.

— Что ты делаешь? — спросил он.

Я бросила на него невинный взгляд.

— Кто, я? — Затем подмигнула.

Парень побледнел, и тут раздался звонок сотового. Он приподнялся, чтобы вытащить его из джинсов, и так быстро встал, что чуть не сбил меня с подлокотника кресла.

Я села прямо, когда он сказал:

— Слушаю.

Затем его взгляд упал на меня, и он протянул телефон мне. Я изумленно уставилась на него, затем взяла и приложила к уху.

— Оставь Мэтта в покое, он просто делает свою работу, — сказал Ли.

Я была несколько шокирована этим звонком, я всего лишь хотела заставить Мэтта немного поволноваться.

Как он…?

Гребаный, гребаный, Ли.

— И в чем же заключается его работа? — поинтересовалась я, мое давление подскочило на новый уровень.

— Удостовериться, что тебя не похитят или не пристрелят.

— Или что я не сделаю какую-нибудь глупость?

— И это тоже.

— Как ты узнал, что я с ним играю?

— Коммерческая тайна.

— Скажи или я уеду в Венесуэлу, затеряюсь в джунглях и буду спать с аборигенами.

Тишина, затем вздох.

— «Фортнум» на прослушке, и в нем установлены камеры. Мы сделали это прошлой ночью.

— Что? Зачем?

— Помнишь наш вчерашний разговор на кухне?

Я помнила каждую встречу с Ли, с тех пор, как мне исполнилось пять. Наиболее ярко мне запомнились те, что произошли за последние двадцать четыре часа, и не только потому, что они были самыми последними.

— Да.

— Ты на прицеле у Терри Уилкокса. Это плохо. Я стараюсь уберечь тебя.

— Прослушивая мой магазин?

— И всеми другими способами, что могу придумать.

Я стояла, уставившись на Мэтта, который начинал выглядеть удивленным.

— Помнишь ту часть разговора сегодня утром, где ты сказал, что заедешь за мной в «Фортнум» после закрытия? — Тишина, но я не собиралась дожидаться ответа. — Так вот, забудь об этом.

Мы с Элли подошли к дому Рози.

Мэтт последовал за нами и теперь сидел в своем внедорожнике, наблюдая, но мы его игнорировали.

Джейн вернулась, сообщив, что никаких признаков Дюка или Долорес не обнаружилось, но она воспользовалась возможностью, как она выразилась, «прочесать окрестности» (поскольку Дюк жил в бревенчатой хижине, окруженной четырьмя акрами вечнозеленых деревьев, мне стало интересно, о каких окрестностях шла речь). Тем не менее, она набрала несколько очков, узнав, что в последний день или около того, на грунтовой дороге к хижине Дюка наблюдалось оживление, в том числе, вчера утром, и это мог бы быть Рози. Никаких признаков возвращения Дюка ни до, ни после Рози.

Это означало, что Рози тоже искал Дюка или же искал его вчера утром. Нашел он его или нет, оставалось только гадать.

Мы стояли на крыльце Рози и стучали в дверь. Рози жил один в бунгало, нуждавшемся в серьезном ремонте. Раньше я удивлялась, как он мог позволить себе бунгало, я не платила ему целое состояние. Оно располагалось на окраине Платт-парка, но достаточно близко к парковой зоне и Перл-стрит, чтобы считаться первоклассным жильем.

Теперь я знала, как он мог себе его позволить.

На стук никто не ответил, поэтому мы заглянули в окна. Я бывала у Рози десятки раз, и все выглядело, как обычно.

— Было бы обидно потерять первоклассную травку. Как думаешь, кто-нибудь заботится о его растениях? — спросила я.

Элли пожала плечами, а затем радостно повернулась ко мне.

— Держу пари, я знаю, кто может быть в курсе!

— Кто?

— Ли.

Я пихнула ее в плечо.

— Не умничай.

Решив последовать примеру Джейн, мы «прочесали окрестности», стучась в двери и спрашивая людей, знали ли они или видели Рози.

Нам не повезло, большинство были на работе, а те, кто оставался дома, едва знал его, и никто не видел. Он не ходил в любимчиках, как и мы с Элли, за то, что стучали в соседские двери.

Где-то между ударом электрошокера и нашим нынешним приключением Элли напечатала визитные карточки, на которых были указаны ее и мои имена и номера телефонов.

Когда она отдала первую, я чуть не подавилась.

— Где ты ее взяла? — спросила я, когда мы уходили от дома.

— Позвонила Броуди. Он наваял их прошлой ночью. Оставил их в моем почтовом ящике. Разве они не шикарны?

Боже милостивый.

Мы дружили с Броуди еще со средней школы. Он был компьютерным задротом, работал дома, создавая компьютерные игры, почти никогда не выходил из дома и зарабатывал кучу денег. И почти никогда не спал. Питался энергетиками и сырными слойками и покупал продукты исключительно в круглосуточных магазинах.

Мы направились к экстренному контакту Рози, которого еще не искали, к тому, чей чудесный сон я потревожила накануне. Рози записал его в анкете как Кевин «Кевстер» Джеймс.

Кевстер открыл дверь, одетый в грязные джинсы, черную футболку «Хендрикс», выцветшую настолько, что теперь казалась серой, поверх теплой рубашки с длинным рукавом, хотя на улице стояла тридцатиградусная жара. Волосы неописуемого цвета были растрепаны, и стало совершенно ясно, что мы выяснили, кто ухаживал за растениями Рози, щедро снимая пробу с каждого.

— Привет, чувихи, — было его приветствие.

Мы представились, и он улыбнулся.

— Очуметь! Я слышал о вас. — Он повернулся ко мне. — Рози все время говорит о тебе, думает, ты полный отпад. Лучшая работа в его жизни, чувиха, — работать на рок-цыпочку.