Чтение онлайн

«Тьфу мерзавцы. А благородного господина жалко. Да и девка та тоже видать сама виновата. На концерте на этом митал слушала. Вот и чего еще ожидать?».

Да, уж.

Буду надеяться, что версия действительно основная для полиции. Пускай бы, на этом, все и закончилось.

Бабье лето прошло, зарядили дожди. Наступил октябрь. В последнюю неделю сентября, когда все отправлялись на физподготовку, или осваивать управление Мощью, я оставался предоставлен сам себе. Однажды, я даже успел сгонять к Киру в больницу. Повидал и Настю в тот день. Девушке стало лучше. Она уже не напоминала бледную тень с затравленным взглядом. Вела себя, как прежде, даже шутила. Просто, время от времени, ее взгляд становился пугающим.

Кир все так же ходил, словно старик. Боль не отпускала, хорошо ему досталось.

— Даже не знаю, как я остался жив. Возможно, негодяи испугались бить Мощью во всю силу или торопились, и не смогли подчерпнуть достаточно силы. Или их отвлек тот бедолага на мотоцикле.

Тяжело видеть, как полный сил молодой человек, в одно мгновение превратился в развалину. От всей души я желал Киру вернуться в прежнюю форму.

Первого октября, не успел я позавтракать, как меня вызвали к директору. Не понимая в чем дело, явился к Савельеву.

— Проходи, — директор пригласил меня в кабинет.

Он был встревожен больше обычного. Даже руки тряслись.

— Подожди здесь, Миша.

Директор вышел, оставив меня в одиночестве. «Миша». За месяц проведенный в Техническом колледже Савельев ни разу меня так не называл. А куда делось «Шелестов»? В ожидании, я принялся рассматривать кабинет. Белые стены, деревянный пол. У окна большой стол. Сразу видно, директорский. На столе компьютер и какие-то бумаги, сложенные аккуратными стопками.

Сейчас, я собственно, и сидел за этим столом, только с другой стороны, на стуле. Напротив, где положено находиться хозяину кабинета, возвышалось кресло с высокой спинкой. На вид очень удобное. Пара шкафов у стены, кулер с водой, небольшой столик с чайником и коробкой печенья довершали интерьер.

Так зачем Савельев вызвал меня? Не для того же, чтобы пить чай с печеньками, или вместе написать очередной никому ненужный реферат. А ждать пришлось долго. Целый час. Наконец, за дверью послышались шаги. Судя по звукам, к кабинету подходили несколько человек.

— Он здесь, — услышал я голос Савельева.

— Немов, будешь у дверей, Смирнов, дежуришь под окном, — отдавал распоряжения незнакомый мне голос.

Дверь отворилась, и в кабинет вошел незнакомый мне человек. Молодой, невысокий, с короткой стрижкой черных волос. Весь прилизанный, какой-то. В сером костюме. Под мышкой он нес ноутбук.

— Здрасте, — сказал я.

Не отвечая, мужчина сел в кресло Петра Сергеевича, поставил ноутбук на стол, откинул на нем крышку и нажал запуск. Затем, вынув, из внутреннего кармана пиджака, блокнот в темной обложке и ручку, положил их на стол. Взглянул на меня. Тонкие губы, острый нос, нарочито непроницаемое выражение в серых глазах. Он словно всеми силами пытался не увидеть во мне такого же, как он, человека.

— Добрый день, — ответил он. — Минуточку.

Когда ноут загрузился, он достал из другого кармана флэшку, воткнул ее в ноутбук. Посмотрел на экран, ткнул несколько клавиш и откинулся на спинку стула.

— Меня зовут Кадлаев Аркадий Владимирович, — холодно произнес он. — Я лейтенант полиции, младший следователь Отдела по расследованию тяжких преступлений города Москвы.

— Понятно, — мрачно ответил я.

— Вы Шелестов Михаил, студент первого курса Технологического колледжа ауксилариев, так?

— Да. Но я уже разговаривал со следствием.

Следователь кивнул:

— Нам надо уточнить кое-какие детали. Скажите, в каких отношениях вы находитесь с Кириллом Новиковым и Анастасией Сухомлиновой?

— Соседи и хорошие знакомые. В смысле, соседи по комнате с Новиковым и хорошие знакомые с Сухомлиновой.

— Последний раз вы их видели на концерте группы «Оркестр Тьмы», расскажите, что было дальше.

— Мы пошли домой. Но только Кирилл с Настей отдельно, я не стал им мешать, они вроде, как дружат.

— Дружат, в том смысле, что у них отношения?

Нет, помогают мебель друг другу переносить и в гараже бухают.

— Да.

— Куда вы направились?

— Домой, но сначала решил прогуляться. Зашел в сквер, а там споткнулся и упал с лестницы, потерял сознание, головой ударился. Пришел в себя, добрался до общаги. Все.

Глупо как-то все звучало, если честно. Шел, упал, потерял сознание. Не хватает только «очнулся — гипс».

— Хорошо.

Он опять нажал клавиши на ноутбуке, что-то прочитал на экране и спросил:

— Карпов Александр, Кнехт Антон и Лазарев Алексей, вы их знаете?

— Сталкивался.

— Какие отношения у вас были с этими тремя студентами?

— Нууу, они цеплялись ко мне, бывало.

Может быть, зря сказал? Да, скорее всего, он уже все знает. Опрашивали-то всех.

— Поясните.

— Они как-то раз ворвались ко мне в комнату, чтобы избить меня.

— Они прямо так и сказали: «сейчас мы тебя изобьем»?

— Сказали он по-другому, но смысл был такой.

— Еще подобные случаи были?

— Да вроде нет, а ну еще на построение, в самом начале учебного года.

— А там, что было?

— Мне плохо стало, я упал в обморок, а Карпов решил, что я это специально, чтобы подставить его перед директором.

В улыбке лейтенанта прочиталось легкое презрение.

— Все?

— Да, вроде, все.

— А чем закончился тот инцидент, в комнате, вас избили, вы писали заявление в правоохранительные органы?

— Нет, дело закончилось…ммм…дракой.

— Дракой? Вы дрались сразу с тремя?

— Ну, скорее, отбивался.

Я решил не втягивать в это дело Кира.

Лейтенант оглядел меня, его взгляд стал ироничным. Он снова откинулся на спинку кресла. Выбил пальцами дробь по крышке стола и произнес, понизав голос:

— Хорошая сказочка, парень, для мамочки или сердобольных старушек, но твои слова не бьются с фактами.

Его глаза блеснули превосходством. А уголки губ изобразили нечто вроде улыбки.