Чтение онлайн

Поляков стал внимательно читать тексты главного православного пастыря страны. В первой телеграмме говорилось:

«Правительственное сообщение о неожиданной тяжкой болезни, постигшей Иосифа Виссарионовича Сталина, глубокой скорбью отозвалось в сердцах всех русских людей. Наш долг, долг всех верующих, прежде всего, обратиться с молитвою к Богу об исцелении дорогого для всех нас болящего.

Благословляю во всех храмах всех Епархий совершить молебствия о здравии Иосифа Виссарионовича. Церковь наша не может забыть того благожелательного к ней отношения нашего Правительства и лично Иосифа Виссарионовича, которое выразилось в целом ряде мероприятий, клонящихся ко благу и к славе нашей Православной русской церкви, и Ея долг соответственным ей образом, т. е. горячей молитвой, отозваться на постигшее наш народ испытание — болезнь дорогого всем нам Вождя и мудрого строителя народного блага».

Второе послание было написано патриархом после кончины Иосифа Сталина. В нем были такие слова:

«От лица Русской православной церкви и своего выражаю глубокое и искреннее соболезнование по случаю кончины незабвенного Иосифа Виссарионовича Сталина, великого строителя народного счастья.

Кончина его является тяжким горем для нашего Отечества, для всех народов, населяющих его. Его кончину с глубокой скорбью переживает Русская православная церковь, которая никогда не забудет его благожелательного отношения к нуждам церковным.

Светлая память о нем будет неизгладимо жить в сердцах наших.

С особым чувством не перестающей любви Церковь наша возглашает ему вечную память».

Поляков был по натуре прагматик, и сам факт смерти воспринимал как должный переход отжившего организма в свою конечную и закономерную стадию — в тлен, прах, небытие…

«Природа дала нам способность не думать о смерти, — размышлял не единожды Дмитрий Федорович, — потому что, если бы о ней думали, мир пребывал бы в неподвижности и оцепенении — просто жизнь бы остановилась! Наверное, и Сталин не думал о своей кончине. А может, думал реально, что с точки зрения милосердия смерть хороша тем, что кладет конец немощной старости. А то, что он в последние месяцы своей жизни жаловался на возраст — общеизвестно. Хотя никто об этом не говорил и не писал. Но на последнем съезде партии было видно, что он стареет».

И в то же время как человек с аналитическим складом ума и имеющий доступ к иностранным источникам информации он имел основания предположить, что смерть вождю ускорили его приближенные, среди которых на первом плане были две колоритные и одиозные фигуры — Лаврентий Берия и Никита Хрущев. Их можно было и переменить местами — истина бы не обиделась. Именно у этих двух властолюбцев были основания для обид на своего сюзерена-хозяина.

Пройдет некоторое время, и историк Николай Добрюха раскроет тайну смерти Сталина. Он доказал, что Хозяин Кремля был отравлен. Анализ крови от 5.3.1953 года дал ошеломляющие результаты. Он показал наличие яда в организме Сталина. Но было уже поздно что-либо предпринять. Вот почему к больному вождю долго не подпускали врачей, а вскрытие его тела было хоть и неполным, но сенсационным. Обнаружились не «воспалительные очаги в легких», о которых писали лечащие врачи, а поражение слизистой оболочки желудка и кишечника — несомненное свидетельство отравления какими-то ядами.

Скорее всего, после получения именно этих анализов кто-то сообщил сыну Сталина Василию, что в действительности случилось с отцом. И Василий, прибыв на дачу под приличным градусом, стал кричать:

— Отца отравили!.. Сволочи, отравили отца!..

Бывший председатель КГБ СССР Крючков В.А., комментируя это расследование историка, заметил:

«Впервые документы о последней болезни и смерти Сталина настолько значительны, что теперь от них уже никто не может отвернуться. Как человек, проработавший большую часть жизни в компетентных органах, я всегда думал, что в случившемся в ту первую весеннюю ночь 1953 года много загадочного: и врачей долго не было, и поведение тройки «Берия — Маленков — Хрущев» странное, и многое другое вызывает вопросы…

Впервые мы имеем дело не с набором воспоминаний, слухов и предположений о смерти Сталина, а с исследованием подлинных документов».

Последнее время вождь находился на ближней даче и был, как писали потом столичные газеты, несколько замкнут, хотя охотно общался со своей охраной — Хрусталевым, Старостиным, Туковым и помощником коменданта Лозгачевым. На даче в то время находилась также кастелянша Бутусова.

В ночь с 28 февраля на 1 марта 1953 года члены Политбюро смотрели в Кремле кинокартину. После просмотра фильма Сталин на дачу в Кунцево приехал в полночь. Вскоре по его «приглашению-приказу» туда прибыла четверка самых в то время приближенных к телу вождя «учеников великого кормчего»: Л. Берия, Н. Булганин, Г. Маленков и Н. Хрущев. Находились они там, как обычно, почти до утра, без глубоких обсуждений каких-либо социально-политических вопросов. На фоне чревоугодничества и не располагающего к беседе вождя служебные проблемы вывели за скобки вечеринки. Пили якобы один виноградный сок — так решил хозяин, видно, чувствовавший себя неважно. Только в четыре часа утра «соратники» разъехались по домам. После ухода гостей Сталин направился в спальню и лег спать. Больше из своих комнат он не появлялся…

Вместе с тем страна совершенно не чувствовала конец тревожного ожидания — триллера, связанного с проблемами его здоровья. Народ знал, что Сталин вечно живой и работает в Кремле ради светлого будущего граждан его страны. А некоторые просто верили в его бессмертие, считая его почти что небожителем.

В эти дни у Полякова закралась тоже мысль: а не отравили ли его приближенные — Берия, Маленков или Хрущев?

В газете «Правда» он прочитал несколько раз «Заключение консилиума». В нем говорилось:

«5 марта в 12 часов дня.

Состояние больного на утро 5-го марта резко ухудшилось. Расстройства дыхания усилились и были особенно резко выражены во вторую половину ночи и утром 5.3.

В начале девятого у больного появилась кровавая рвота, не обильная, которая закончилась тяжелым коллапсом, из которого больного с трудом удалось вывести.

В 11 час. 30 мин. после нескольких рвотных движений вновь наступил коллапс с сильным потом, исчезновением пульса на лучевой артерии; из коллапса больной был выведен с трудом после инъекций камфоры, кофеина, кардиозола, строфантина и т. д.

Электрокардиограмма, снятая в 11 час. утра, показала острые нарушения коронарного кровообращения с очаговыми изменениями преимущественно в задней стенке сердца.

Причиной кровавой рвоты консилиум считает сосудисто-трофические поражения слизистой оболочки желудка.

21.50. Товарищ И.В. Сталин скончался.

Третьяков, Лукомский, Тареев, Коновалов, Мясников, Филимонов, Глазунов, Ткачев, Иванов».

«В этом змеюшнике кремлевских политических функционеров, а не государственных деятелей, — подумал Дмитрий Федорович, — могут быть всякие неожиданности. Из этой троицы все претендуют на роль нового вождя. Им очень хочется стать Повелителем.

Преемника ведь он так и не назначил, хотя кандидатов перебрал немало. Сталина они могли списать со счетов давно. Улыбались дежурно, а за пазухой носили камень. К тому же они боялись его болезненной подозрительности, а за ней и неотвратимой мстительности с конкретными хорошо известными им акциями. Недаром он на девятнадцатом съезде так себя повел. Просил освободить его от обязанностей Генерального секретаря партии и председателя правительства. Мол, я уже стар, бумаг не читаю, изберите другого секретаря.

Явно проверял соратников на вшивость. Помню слова, сказанные Тимошенко:

«Товарищ Сталин, народ не поймет этого. Мы все как один избираем вас своим руководителем — Генеральным секретарем ЦК КПСС. Другого решения быть не может.

После этих слов Сталин махнул рукой и сел за стол под гул одобрения и горячие аплодисменты».

В ХХ веке первый раз смута в России началась в 1917 году.

Полыхнула она в результате двух революций — Февральской и Октябрьской. Соответственно во главе с Керенским и Лениным.