Чтение онлайн

— А сейчас? — я накрыла его руку своей, наслаждаясь теплом его прикосновения.

— А сейчас я понимаю, что был идиотом, — он рассмеялся. — Ты — женщина, которая каждый день удивляет и восхищает меня.

— Звучит как строчка из любовного романа, — поддразнила я, хотя его слова тронули меня до глубины души.

— Может быть, я его и пишу, — он подмигнул.

— С очень счастливым концом, надеюсь?

— Самым счастливым из всех возможных, — он притянул меня ближе. — Потанцуешь со мной?

Я удивленно моргнула.

— Здесь? Сейчас? Без музыки?

— А зачем нам музыка? — он начал медленно раскачиваться, увлекая меня за собой.

И мы начали танцевать — медленно, плавно, в такт только нам слышимой мелодии. Его рука на моей талии, моя рука на его плече, наши пальцы переплетены. Мы двигались среди роз и под звездами, и это было волшебно.

— Ты счастлива, Лара? — спросил он тихо, глядя мне в глаза с такой нежностью, что у меня перехватило дыхание.

— Более чем, — ответила я искренне. — А ты?

— Я чувствую себя так, словно выиграл в лотерею, о существовании которой даже не подозревал, — он улыбнулся, закружив меня в танце.

Когда он закончил поворот, я обнаружила, что он опустился на одно колено, держа в руке маленькую бархатную коробочку. Мое сердце, кажется, забыло, как биться.

— Лара, — его голос, обычно уверенный, слегка дрожал. — Я знаю, что мы уже вместе, знаю, что мы уже живем как семья. Но я хочу, чтобы весь мир знал, что ты — моя жизнь, моя любовь, моё всё. Что каждое утро я просыпаюсь с мыслью о том, как мне повезло, и каждый вечер засыпаю с благодарностью за то, что ты выбрала меня. Ты выйдешь за меня замуж?

Он открыл коробочку, и внутри сверкнуло кольцо — простое, элегантное, с одним большим бриллиантом, который, казалось, поймал все звезды неба в своей глубине.

— Это… Это действительно происходит? — прошептала я, чувствуя, как слезы наворачиваются на глаза.

— Если только ты не скажешь “нет”, — он нервно улыбнулся. — Тогда мы сделаем вид, что я просто уронил контактную линзу и искал ее.

Я рассмеялась сквозь слезы, чувствуя, как счастье переполняет меня до краев:

— Да! Да, конечно, да! Тысячу раз да!

Он надел кольцо мне на палец — оно подошло идеально, словно было создано для меня. А потом поднялся и крепко обнял меня, поднимая над землей и кружа среди цветов.

— Я люблю тебя, Лара, — прошептал он, когда наконец поставил меня на землю.

— И я люблю тебя, Энзо, — ответила я, прижимаясь к нему всем телом, всей душой. — Больше, чем могу выразить словами.

— Тогда выразишь красками, — он поцеловал меня, и в этом поцелуе было обещание целой жизни впереди. — У тебя теперь вечность для этого.

В этот момент, под звездным небом Мадрида, я знала, что наконец-то нашла свой дом. Не место, а человека. Моего человека. И впереди нас ждала целая жизнь — вместе.

Пять лет спустя

Солнце Марбелья заливало наш сад золотым светом, играя в густой зелени апельсиновых деревьев и рассыпаясь бликами на поверхности небольшого бассейна. Я стояла на террасе, наблюдая, как Энзо осторожно поправляет огромный розовый бант на голове нашей дочери. София, только что разменявшая свой третий год, терпеливо ждала, пока папа закончит со своим «шедевром», как он любил называть любую прическу, которую ей делал.

— Папа, я похожа на принцессу? — спросила она, запрокинув голову и глядя на него своими огромными карими глазами — точной копией его глаз.

— Ты похожа на самую красивую принцессу в мире, — ответил Энзо, целуя её в лоб. — Даже прекраснее, чем те, что живут в Диснейленде.

— Мамочка! — воскликнула она, заметив меня. — Смотри, что папа сделал!

Я подошла, восхищенно оглядывая её наряд и прическу.

— Вау! Ты выглядишь потрясающе, mi pequena artista.

— Я не маленькая! Мне уже три! — возмутилась она, показывая три пальчика.

— Прошу прощения, мадам, — я присела в шуточном реверансе. — Вы абсолютно правы, три года — это почти взрослая жизнь.

Энзо подмигнул мне поверх головы дочери.

— Не думаю, что нам стоит торопить время. Пусть еще немного побудет маленькой, — в его глазах мелькнуло то особое выражение, которое появлялось в последнее время всё чаще. Намек был более чем прозрачным.

Я улыбнулась, качая головой. Разговор о втором ребенке возникал, между нами, всё чаще, особенно после того, как Карла, моя драгоценная подруга, объявила о своей беременности. Энзо был готов. А я… я всё еще думала. Не потому, что не хотела ещё детей, а потому что боялась потерять баланс, который мы с таким трудом построили — между семьей, моей галереей, его бизнесом.

— Мама, я могу пойти нарисовать до прихода гостей? — София дернула меня за платье.

— Конечно, только не испачкай свой наряд, ладно?

— Я буду осторожна, как настоящий художник! — торжественно пообещала она, убегая в свой маленький уголок на террасе, где у неё стоял миниатюрный мольберт — точная копия моего рабочего, только в детском масштабе.

Энзо обнял меня со спины, положив подбородок на моё плечо.

— Она так похожа на тебя, когда рисует. Такая же сосредоточенность, такой же огонь в глазах.

— А во всём остальном — твоя миниатюрная копия, — я повернулась в его объятиях. — Включая абсолютную уверенность в том, что весь мир должен крутиться вокруг неё.

— Это не от меня, — он сделал вид, что оскорблен. — Это всё гены Гарсия.

Я шутливо ударила его по плечу.

— Вот как? Значит, всё хорошее от тебя, а всё… проблемное от меня?

— Именно так, — он наклонился, целуя меня. — И именно поэтому я так сильно вас обеих люблю.

Звонок в дверь прервал наш момент.

— Гости прибывают, — я отстранилась, поправляя причёску. — Это, должно быть, Карла с Пабло. Она обещала прийти пораньше, чтобы помочь с последними приготовлениями.

— А я встречу Диего в аэропорту через час, — Энзо глянул на часы. — Он настоял, чтобы его не встречали, хотел взять такси, но я отказался оставлять сына на произвол судьбы в его первый день дома за полгода.

Я улыбнулась, вспоминая, как изменились их отношения за эти годы. После истории с моей матерью, после всего, что произошло, Энзо и Диего постепенно нашли общий язык. Не сразу, не без трудностей, но сейчас они работали вместе над грандиозным проектом в Мадриде — театральным комплексом, который мог стать визитной карточкой их архитектурного бюро.