Чтение онлайн

– Его отец должен был прежде спасать сына, а не свою заначку с наркотой.

– Я обязана была учесть, как он поступит. Я должна была лучше думать. Как можно подвергать такой опасности ребенка… Мне никогда такого не понять.

– Сочувствую, что это случилось с тобой. Сердце кровью обливалось, когда читал.

Сэм обнаружила, что не в силах отвести взгляд.

– Мне, э… Нужно идти.

– Прежде чем уйдешь, мне нужно узнать одну вещь.

– Что? – прошептала она.

Ник отпустил ее руку, взял в ладони лицо и наклонился, чтобы поцеловать.

Когда его губы накрыли ее рот, Сэм собрала все силы и прервала поцелуй.

– Я не могу, Ник. Только не во время расследования.

Но как же ей хотелось продолжить поцелуй!

– Мне необходимо было знать, так ли будет, как мне запомнилось.

От избытка чувств она закрыла глаза.

– Ну и как?

– Даже лучше, - признался он и попытался продолжить.

– Погоди, Ник. Погоди.
– Она прижала ладонь к его груди, чтобы он не приближался. – Мы не можем. Не сейчас. Только не когда я по уши в расследовании убийства, к которому ты причастен.

– Я этого не делал.

И он расстегнул заколку, державшую ее "хвост", и пропустил пальцы по всей длине освободившихся волос.

Лишившись силы от такого интимного жеста, Сэм отступила от Ника.

– Я знаю, что ты не убивал. Но ты все равно причастен. У меня и так полно проблем даже без неуместных кувырканий со свидетелем.

– Так вот что это было бы?
– Глаза загорелись яростью и уставились на нее. – Неуместное кувыркание?

– Нет, - тихо произнесла она. – И это еще одна причина, почему ничего хорошего не выйдет, если что-то начать сейчас.

Он придвинулся ближе.

– Уже началось, Сэм. Началось шесть лет назад, и мы ничего не закончили. На этот раз я хочу закончить. Может, не прямо сейчас, но со временем. Я буду глупцом, если позволю тебе выскользнуть из рук, как первый раз. Ошибки я не повторю.

Пораженная его горячностью, Сэм отступила на шаг.

– Признательна за предупреждение, но, возможно, такие дела лучше оставить незавершенными. У нас обоих много чего происходит…

– Увидимся завтра, - прервал ее Ник и вручил заколку.

Идя к двери, выходя из дома, Сэм чувствовала спиной его взгляд. И всю дорогу домой на губах горел поцелуй.

Глава 8

На следующее утро, рано, стоя над бренными останками сенатора Джона Томаса О’Коннора, возраст тридцать три года, Сэм думала, что смерть - великий уравнитель. Мы выходим из ничего и уходим в ничто. И в смерти то, что мы достигли - или чего не достигли, - ничто не имеет значения. Сенатор или каменщик, миллионер или мать на пособии, - все выглядят более-менее одинаково, лежа на столе патологоанатома.

– Я определила время смерти, приблизительно одиннадцать часов вечера, - сообщила доктор Линдси Макнамара, главный районный судмедэксперт, стягивая резинку с длинных рыжих волос, забранных на время аутопсии в «конский хвост».

– Почти сразу, как он пришел домой. Убийца, возможно, ждал его.

– Обед включал филе-миньон, картофель, смесь зелени и то, что выглядит как две кружки пива.

– Лекарства?

– Я еще жду отчет по токсикологии.

– Причина смерти?

– Ранение в горло, нанесенное острым предметом. Рассечена яремная вена. Он очень быстро истек до смерти.

– Что было первым? Шея или гениталии?

– Гениталии.

Сэм поморщилась:

– Жуткий конец.

– Для мужчины, наверно, самый тяжелый.

– Он был жив и осознавал, что кто-то, кого он знал, отсек ему член, - проговорила Сэм, скорее для себя, чем для Линдси.

– Ты уверена, что это был знакомый?

– Ничего определенного, но я склоняюсь к этому, потому что никаких следов борьбы и взлома.

– Также никаких частиц кожи под ногтями или оборонительных травм на руках.

– Он не оборонялся.

– Все случилось быстро.

Линдси показала рукой на пенис О’Конора, плавающий в какой-то жидкости.

Сэм подавила необычный для нее приступ тошноты. Обычно такие вещи ее никак не впечатляли, но ведь она никогда прежде не видела отрезанный пенис.

– Чистый четкий разрез, - прокомментировала Линдси.

– Потому убийца сумел вонзить кинжал в шею сенатора, пока тот еще сидел в кровати.

– Точно. Он дернулся бы при кастрировании. Возможно, потерял сознание от болевого шока.

– Поэтому он не увидел момент наступления смерти.

– Наверно, нет.

– Спасибо, док. Пошлешь отчет, когда будет готово?

– Ты его получишь, - пообещала Линдси. – Сэм?

Сэм, которая потянулась за сотовым, чтобы проверить сообщения, взглянула на коллегу.

– Хочу, чтобы ты знала, как я переживаю из-за того случая с мальчиком, - сказала Линдси с состраданием в глазах. – Что с тобой творила пресса… ну, все, кто с тобою знаком, знают правду.

– Спасибо, - поблагодарила Сэм вполголоса. – Я это ценю.

К семи часам Сэм сидела в своем кабинете и просматривала четыре распечатки записей телефонных звонков из дома сенатора, офиса и двух мобильников. В глазах плыло от недосыпа, в котором Сэм обвиняла поцелуй Ника и воспоминания, воскрешавшие этот поцелуй. Она выискивала схему и подкреплялась второй за день диетической содовой. Большинство звонков шло на номера в Дистрикте и Вирджинии, но она заметила несколько звонков на неделе в Чикаго, причем длились они по часу и более. Сэм взяла на заметку проверить номер.

Достаточно регулярно, чтобы их проследить, всплывало несколько номеров. Она составила список и переадресовала одному из детективов, прикрепленных к ней в помощники.

Схватив еще содовой и черствый бублик, оставшийся со вчерашнего дня, Сэм решила заехать перемолвиться словечком с шефом Фарнсуортом, перед тем как встретиться с Фредди на Капитолийских холмах. У здания национальной безопасности на нее обрушились поджидавшие репортеры. Увидев, сколько их, она на секунду подумала было вернуться и попросить пару дежурных помочь ей пробраться сквозь толпу. Однако отмела эту идею как трусливую и вступила в драку.