Чтение онлайн

Из окна в крыше на них взирали две луны: серебристая и кроваво-красная. Их зловещее сияние освещало высокую фигуру.

– Спешу разочаровать, но я не местный, - отозвался незнакомец.
– Малис и Миллис Затровские... Во имя Отца, Сына и Святого Духа вы арестованы по обвинению в убийстве двадцати двух человек, а также кровопитии в деревне Конавле, - продолжил он.

– Священник!
– прорычала Миллис.

Высокий мужчина был одет в сутану и чёрное пальто. На груди висело золотистое распятье.

– Ватиканец!
– вскрикнула Миллис.

– Позвольте представиться, - вежливо произнёс он.
– Меня послало Министерство по делам Святой Церкви Ватикана...

Однако его прервал звук ломающихся костей.

Крест на чётках, которым проткнуло вампиршу, теперь торчал из спины священника. Миллис в мгновение ока вспрыгнула позади мужчины и закричала:

– Да как ты посмел увечить меня, грязный терринин! Сдохни, ватиканская шавка!

Она с силой вонзила крест ещё глубже в тело священника.

Сердце его забилось с невероятной силой, он упал на колени. Кровь хлынула из раны, забрызгав красивое лицо Миллис, однако та лишь довольно улыбалась.

– Проще простого. Что местный священник, что ватиканский пёс - оба слабаки, не находишь, Малис?

– Да без разницы, - отозвалась та.
– Пол не запачкай, Миллис. И о его крови не забудь, хорошо?

Малис взглянула на обмякшую в её руках девушку. Отважная девушка потеряла сознание при виде происходящего ужаса.

– Ну, тогда я позабочусь о нашей пташке, - засмеялась Малис, убирая волосы с бледного лица девушки.

"Красивая для терранки. Кровь должна быть вкусной", - подумала она.

Тишину в церкви нарушали лишь звуки зубов, вгрызающихся в кожу, глотание крови и вздохи удовольствия.

– Если его кровь и правда так хороша, оставь мне половину, - сказала Малис, откидывая волосы уже с шеи Саши.
– А я оставлю тебе половину крови маленькой пташки.

– Сожалею, но я вам этого не позволю, - отозвался голос.

И говорила вовсе не её сестра.

– Я на особой диете, мне нельзя пить кровь этой девушки, - продолжал голос.

Малис растерялась. Обернувшись, она увидела широко распахнутые глаза своей сестры, как у какого-нибудь терранина. С её синих губ слетел слабый вздох, лицо было бледнее обычного. Однако не сестра её взволновала, а высокая фигура, нависшая над ней.

– Ч-что? Как же так! Кто ты такой?!
– поражённо воскликнула Малис, глядя, как мужчина губами дотрагивается до горла её сестры.

Кровь потекла по шее Миллис. Малис, конечно, привыкла к виду крови, однако...

– Не может быть! Т-ты же пьёшь её кровь!
– выплюнула она.

Мужчина отбросил обессиленную от страха и потери крови Миллис и печально произнёс:

– А ты не задумывалась: люди питаются коровами и курами, вампиры - людьми, а кто же тогда питается вами?

Его слабая улыбка обнажила длинные клыки.

– Ох, я слышала что наш враг Ватикан держит какое-то чудовище, которое пьёт нашу кровь, - произнесла Малис.

Мужчина медленно приблизился к перепуганной вампирше.

– Да. Я Кресник. Вампир, пьющий кровь других вампиров.

Город кровей

"Горе городу кровей! весь он полон обмана и убийства,

не прекращается в нём грабительство". 

Наум 3:1

I

Закат алел сквозь окна в крыше. Кроваво-красное солнце было холодным и неприветливым, словно поцелуй ведьмы.

Авель Найтроуд ступил на утонувший в дыме перрон. Изо рта вырвалось белое облако пара.

– Ого! Ну, и холодина, - заметил он.

Авель надвинул на переносицу очки с толстыми линзами и оглядел своими пронзительно-голубыми глазами перрон.

Вокзал с окнами от края до края по размером не уступал дворцу, однако людей практически не было. Лишь группка путников с чемоданами, да несколько работников вокзала, устало плетущиеся с несчастными лицами.

При ближайшем рассмотрении оказалось, что за вокзалом не особо-то следили. Плитка на полу кое-где поломалась, несколько окон потрескалось.

– Вот дыра. Может, ну его - махнуть стразу в Рим, - пробормотал Авель.

– Эй, долговязый!
– машинист, высунувшись из поезда, крикнул мямлившему священнику.
– Ты чего там торчишь? Двигай поскорее! Тут опасно стоять!

– Ой, простите. Гм, а... можно вопрос? Это и правда конечная станция?
– усомнился он.

– Конечно. Даже на табличке написано, - ответил машинист, указывая на знак поверх Авеля.

Авель взглянул на указатель. Надпись была на местном венгерском и официальном римском.

– Иштван, свободный город, - прочитал машинист.
– Центральный вокзал.

– Ясно. Жаль, что это не ошибка, - заметил священник, пробегая рукой по растрёпанным серебристого цвета волосам.
– Памятуя о знаменитой "жемчужине Дуная" я ожидал шика, а на деле деревня деревней. Не думаете?

– Да плевать! Уйди с дороги!
– рявкнул машинист.
– Мне сегодня ещё в Вену возвращаться!

Странно, ведь поезд только пришёл.

– Ох! Уже отправляетесь?
– удивился Авель.
– Гм, не могли бы вы подождать минуту, уважаемый? Я пытаюсь решить: возвращаться ли мне в Рим... меня, конечно, отлучат от церкви... или всё же остаться...

– Идиот, скоро стемнеет!
– фыркнул машинист.
– Я не хочу оставаться здесь дольше положенного!

– Ась?
– вопросил Авель.
– Гм, что вы имеете в виду? Ой!

Двигатель громко засвистел и пыхнул паром. Огромные колеса скрипнули, и поезд тронулся мимо стоявшего в своём длинном пальто священника.

– В-вы что творите! Чуть не сожгли меня заживо!
– возмутился Авель.

– Увидимся, приятель! Советую найти ночлег и спрятаться там, а то...
– предупредил машинист.