Чтение онлайн

– Да-да, оно самое. Что вы скажете на этот раз?

– Я…пр…пони…Вы не поду…Я же…эээ…Простите!

И только последнее слово удалось ей выговорить. Нет, даже выкрикнуть без ропота.

– Мдааа…миледи, извините, но вы не оставляете мне выбора.

– Товар…капитан… «Так, соберись! Хватит млеть как грёбаная овечка».

Она сделала глубокий вдох, выдохнула и попыталась снова:

– Товарищ капитан, понимаете тут такое дело. Я знаю, что в прошлой раз вы меня пожалели. И я такая дура попалась снова. Просто поймите: мою маму на скорой привезли в больницу, меня не пустили во внутрь и выгнали на улицу. Я так разнервничалась, что не нашла любого другого способа успокоиться, как этот, – она подняла кисть, где между пальцев была зажата сигареты, – я не прошу вас отпускать меня снова, но давайте разрешим как-нибудь без родителей, пожалуйста! Им сейчас и так не до этого.

– Без родителей, говорите? Хм…они сейчас оба здесь?

«Чёрт!»

– Нет, мама без сознания, врачи пытаются вывести её из этого состояния, а папу с работы не отпустили ещё. Но поймите, если сейчас они ещё и об этом узнают, то это будет вообще конец. Пожалуйста, войдите в положение! Прошу Вас!

– Так-так, барышня. Вы хотите, чтобы я вслепую поверил вам и вновь отпустил – несовершеннолетнюю, раскуривающую на территории больницы? Уж извините, но это слишком! И да, я знаю, что вам нет 18 лет – спасибо приводу в полицейский участок, – договорив, он ухмыльнулся.

– Нет, нет, нет! Я не прошу вас закрывать глаза или отпускать меня, а лишь не привлекать внимания родителей и не ввязывать их.

– Вы понимаете, о чем просите? В смысле «не ввязывать»? Вы несовершеннолетняя, ответственность по закону за вас несут родители, и как же вы мне предлагаете наказать вас, не привлекая их внимания? А?

– Ну не знаю, дяденька! Может я могу как-то отработать у вас или помочь в поимке каких-нибудь преступников?

– Ха-ха-ха-ха! – мужчина рассмеялся во весь голос, – вы меня простите, но прозвучало это немного двусмысленно! Ха-ха-ха-ха, – полицейский вновь рассмеялся, – в поимке преступников? И как вы себе это представляете? Насмотрелись фильмов и айда? Нееет, это так не работает. У меня не остается другого выбора, как…

– Пожалуйста! Я вас умоляю! Может есть возможность загладить вину и помочь вам навести порядок в этом городе? Пожалуйста, – Майя прервала офицера, а потом разрыдалась.

Вот что-что, а играть на публику или вызывать сострадание к себе она умела не хуже матери. Или везение, или актёрская игра – что-то из этого помогло ей. Она так думала. Мужчина в погонах проникнулся жалостью и смилостивился:

– Девушка, прекратите. Не нужно так плакать! Вас же не к смерти приговорили и не в тюрьму сажают, – он пытался утешить Майю, – давайте сделаем так: я второй, но последний раз закрываю глаза, а вы мне, думаю сможете помочь. Знаете, в чём заключаются обязанности нештатного помощника?

– Эээм, не совсем… – девушка прекратила лить слёзы и вытирала намокшие щёки и глаза.

– Ох, хорошо. Сейчас в двух словах…

Товарищ капитан примерно объяснил, что будет входить в обязанности юной помощницы, попутно отвечая на её вопросы, касающиеся определенного рода действий.

– Вот вроде и всё. Когда мне понадобится помощь, я выйду на вас. А сегодня, если вы сказали правду, у вас и так найдётся чем заняться.

Нарушительница закона облегченно вздохнула и выразила благодарность. Они попрощались, и она услышала, как её зовут:

– Мааайяяя!!! Где ты? Мааайяяя!

Этот душераздирающий вопль, который разрезал напополам, наша героиня ни с чем не могла спутать – так кричала только её мама.

«Чёрт! Жвачка! Где она?» Она быстро нащупала маскирующий запах продукт в кармане джинсов. Как следует разжевала и только потом выбежала на голос:

– Мама! Мамочка! Я просто отошла…

– Майя, где тебя носит? Мы с матерью обыскались тебя уже.

– Я просто отошла, – продолжила она, – пройтись. Мне стало дурно. Что уже нельзя?

– Господи, она опять чем-то недовольна. За что мне это? – принялась причитать Елизавета Михайловна.

Девушка, словно не слыша её, обратилась к отцу:

– Ну что, пап? Как обследование, что это было?

– Да пока неизвестно. МРТ назначили через две недели, так как места забиты, а на весь город аппарат один. Но мы надеемся, что ничего серьезного – может просто давление подскочило…

– Я дома! Мам?

– Я очень рада, как прошёл учебный день?

Рома заулыбался:

– На удивление…быстро! – он попытался пошутить, но Анна Вячеславовна этого не оценила.

– Я смотрю у вас, молодой человек, чувство юмора сохранилось. Хорошо, поберегите его до приезда вашего отца.

Рома позеленел:

– Отца?

– Да, отца. Игорь поехал за ним в больницу. Гляди ж, скоро явятся.

«Сука!» – Рома возмутился. Страх вперемешку со злостью завертелись внутри. Пока он разувался, услышал еле угадываемый шепот матери:

– Не волнуйся, сыночек, я ненавижу его ничуть не меньше твоего и с превеликой радостью растерла бы этого гнусного мерзавца по полу…

– Ого, мам! Ну ты даешь!

– Что я даю?

– Эээ, как же что? Ты же только что сказала…

– Мой маленький мальчик, видимо, муженек неплохо по голове тебе настучал, ибо сейчас я молчала.

– Мааам, ну прекрати разыгрывать меня.

Удивленный и укоризненный взгляд женщины мог сразить наповал, ввести в оцепенение, заставить подступить ком к горлу, вызвать подавленный гнев, очаровать, вывести из себя – и всё это одновременно. И сейчас этот взгляд говорил лишь о том, что Анна Вячеславовна не шутит.

«Ухты, наверно, мне почудилось. Папаша должно быть действительно неплохо зарядил мне», – размышлял юноша.

– А если не секрет, что именно тебе показалось или послышалось?

– Ой, мам! Да ничего.

– Роман Максимович, спрашиваю в последний раз!

– Ооох. Ладно. Мне показалось, что ты сказала, как будто ненавидишь отца не меньше моего и так далее.

Женщина была слегка шокирована:

– Дело в том, Ромочка, что я правда этого не говорила…А только подумала…

Теперь оба члена семьи находились в недоумении. Может они и дальше пребывали бы в таком состоянии, если бы не звук колес автомобиля, подъезжающего к дому.

– Вспомнишь солнце, вот и лучик, – проговорила женщина и прошла на улицу.

– Да, мам, но есть и другая поговорка – сжато выдавил парень и вышел во двор.

«Тыщ!!!» – раздался очень громки звук, означающий соприкосновение ладони с чьей-то щекой. Рома и Игорь стояли, разинув рот. Их мать только что со всего маху дала знатную пощёчину своему мужу, после молча развернулась и с гордо задранной головой, покачивая бёдрами словно на подиуме, зашла в дом. Двое сыновей не проронили ни слова и вошли в след за ней. Максим Витальевич открыл гараж, уселся в машину и заехал во внутрь.