Чтение онлайн

– Моя супруга, кажется, опять отяжелела, Ермила, – улыбнулся Роман, – потому она так пострашнела…Что ж, такая у всех женок судьба…Думаю, что к зиме она разрешится. Не стоит об этом беспокоиться. Моя маменька, как я помню, ходила последним Юрием до самых родов, не отлеживалась…И ничего…Значит, так и должно быть!

– Я не вправе тебя учить, княже, – покачал головой Ермила. – Ты нынче для меня как бы великий князь, а твое слово, стало быть, закон! Сейчас мое дело – дать тебе полезный совет, а уже сам тогда решай, слушать меня или нет!

– Значит, ты советуешь не спешить с отъездом?

– Воистину, так, княже!

– Ну, что ж, – кивнул головой Роман и направился к своей лошади, – пусть так и будет!

Через несколько дней ранним утром молодой князь Роман со своими сверстниками-дружинниками, женой Анной и Ермилой, попрощавшись с Михаилом Всеволодовичем и матерью, отправился в Чернигов. Ехали верхом по большой, хорошо просохшей после таяния снегов, дороге. Было тепло, солнечно. Сначала следовали берегом Днепра, затем Десны, а потом резко повернули на север и поскакали прямо через большие лиственные леса по заросшим молодой травой лесным тропам, местами заваленным большими и малыми древесными стволами.

– Вот, княже, тебе причина, почему татары не пошли на Великий Новгород, – сказал как-то Ермила, вскочив на коня после очередной очистки завала. – Не крепко-то наездишься с нашими дорогами и болотами! А татарам нужен стремительный набег! А какая тут быстрота с нашими лесами? Успевай лишь слезать да деревья оттаскивать!

– Да, татары немало повоевали еще до Чернигова, – добавил, подумав, молодой князь. – Ну-ка же, разорили все рязанские и суздальские земли! Да народу уймищу поубивали! Их проклятые мечи затупились от людской крови!

– Да, княже, они хорошо воюют! Мы были неготовые к этому татарскому вторжению. Это могучие воины! – промолвил Ермила. – Ну, ничего, мы, русские люди, скоро научимся их побеждать. Научились же громить поганых печенегов и половцев, как говорил славный отец Игнатий!

– Я помню отца Игнатия! – воскликнул Роман Михайлович. – Он был когда-то наставником моего брата Ростислава. Ласковый такой и очень грамотный священник! Он еще был не старым, когда черниговский владыка отослал его в отдаленную лесную усадьбу, Брянск, как ты мне как-то напомнил. Да вот усадьба эта в город превратилась…Не знаю, отчего тогда владыка обиделся на отца Игнатия…Говорили, что того мудрого Игнатия уважали больше, чем самого владыку. Вот и позавидовал якобы епископ его заслуженной славе…

– А как же тогда великий князь? – удивился Ермила. – Что же он не оставил при себе отца Игнатия? Хороший наставник и советник – это очень важное дело!

– Что тебе сказать? – пробормотал молодой князь. – Мой батюшка очень набожный и верит каждому слову старшего священника. Он особенно верил своему духовнику, тому покойному греку! Из-за него мой батюшка покинул Киев перед нашествием татар, прислушавшись к словам премудрого грека о конце света и Божьей каре от татар…Думаю, что отец Игнатий не стал бы проповедовать непротивление поганым!

– Вот и сидит он сейчас в Брянске, – кивнул головой Ермила, – пребывая в почете и уважении. Сам Ефим Добрынич, воевода и управляющий, с ним советуется!

– Воевода и управляющий, – повторил Роман Михайлович. – Думаю, что он заслужил эти громкие звания! Ну-ка, возвел новый город!

– Да, княже, и как возвел! – улыбнулся Ермила. – Теперь, я думаю, что Брянск будет позначительней, чем Киев и Чернигов! Пусть невелик город, но богат и многолюден! Вот куда бы тебе пойти княжить, а не на это страшное пепелище! – С этими словами разговор внезапно прервался. Лес кончился, и перед взором молодого князя предстал в сумерках и речном тумане большой, черный, лежавший в руинах город. Зрелище было такое печальное, что князь Роман взялся рукой за грудь в том месте, где билось сердце, и с горечью произнес: – Вот какое у меня теперь княжение! Да еще стольный город!

На огромной серой поляне, окруженной лишь черными следами от некогда возвышавшихся крепостных стен, стояли большие, потемневшие и посуровевшие, одинокие без изб горожан, православные церкви. Даже травы, которая в изобилии произрастала по берегам протекавшей рядом Десны, не было видно на пепелище.

– Вот уже прошло два года после татарского погрома, – подумал Роман Михайлович, – однако зрелище такое, как-будто город был сожжен только вчера!

– Увы, княже, – громко сказал ехавший рядом Ермила, когда отряд вошел в город, – не радостно твое назначение!

– Послушай, Ермила, – приостановил ход своего коня Роман Михайлович. – А может, мне лучше пойти отсюда на славный Брянск? Тут, как я вижу, делать нечего. Батюшка насмеялся надо мной!

– Не спеши, княже, – молвил с озабоченным видом Ермила. – Сначала исполни волю своего батюшки, а потом уже поступишь так, как посчитаешь нужным. Оно конечно, разве это княжение, когда твой стольный город лежит в руинах? А вот Брянск…Он достоин быть столицей всей черниговской земли!

– Ох, уж эта воля батюшки! – махнул рукой рассерженный князь. – Разве он даст мне хорошее назначение? А там я еще виновным во всех делах стану! Этому не быть: я здесь не останусь и, без лишних слов, пойду в Брянск!

– Погоди, княже, – заволновался Ермила. – Не думай, что это я посоветовал тебе перечить отцу! Отцовская воля – закон!

В это время неподалеку раздалось пение, и из большой краснокирпичной церкви навстречу всадникам вышли священники, монахи и немногочисленные прихожане.

– Слава вам, русские воины! – громко произнес, как пропел, красивым звонким голосом высокий молодой священник. – Кто вы и куда путь держите?

– Славный князь Роман Михалыч, сын великого князя Михаила, со своей супругой идут в стольный город…, – начал говорить выехавший вперед Ермила, но молодой князь перебил его. – Брянск! – сказал он вдруг громко и сам изумился своей решимости и твердости.

– Да благословит вас Господь! – промолвил священник. – Просим в наш святой храм и на скромную трапезу!

Вечером, сидя за столом в небольшом, только что построенном домике отца Аристарха, Роман наставлял своего дружинника.

– Завтра поутру, Дарко, поедешь с посланием к моему батюшке! – говорил молодой князь. – Поведаешь ему, что мы благополучно добрались до Чернигова, но нашли здесь одни развалины…Ну, а потом, – Роман немного подумал и с улыбкой посмотрел на Ермилу, – скажешь батюшке, что я поехал оттуда дальше вверх по Десне, к Брянску. Там, скажешь, я и буду княжить! Пусть невелик город, но зато настоящий! Понимаешь?

– Понимаю, княже, и скажу все так, как ты мне велишь, не упущу ни одного слова! – с готовностью ответил Дарко.

– Ну, а теперь иди, готовься к поездке. А потом приедешь ко мне уже в Брянск…Однако же, подожди, – Роман о чем-то вновь подумал. – Да возьмешь с собой еще трех молодцев. Одному в дороге опасно. А вчетвером вы спокойно доберетесь до Киева или до руин того славного города…Ну, а потом…сами найдете Брянск. Он там подальше, вверх по Десне!

– Слушаюсь, княже!

В это время в избу вошла своей плавной походкой княгиня Анна. Молодой супруг уже сообщил ей о своем решении, и она пришла поддержать его в трудный момент.