Чтение онлайн

В дверь постучали.

– Можно войти? – Молоденькая служанка неслышно проскользнула в комнату.

– Конечно. – Меган прислушивалась к собственным ощущениям. Вроде бы все в порядке: силы, энергия, настроение. – Возможно, Сури, дело в моем образе жизни? – Продолжила она прерванный на ночь разговор.

Служанка скептически поджала губы.

– Почему бы и нет, – девушка равнодушно пожала плечами, – ты же знаешь, что меня считают взбалмошной.

– Да, но мне не нравится, что вы это знаете.

– Это же Лондон. Мне тоже не нравятся непрерывные потоки глупостей, но прекратить их значит оказаться в изоляции. А это… – Меган вскочила с кровати. – … мне совершенно не нужно.

– Может быть вы и правда чуть-чуть переутомились. Может быть на время заняться чем-то более спокойным. – Сури повела плечами в сторону комода, где хранились останки вышивки, акварели и нескольких других провальных проектов молодой хозяйки.

– Ну брось, Сури, не будь как моя мама. Даже она не настаивает уже, чтобы я училась вышивать. К тому же, кому какое дело, в конце концов, что музыке и живописи я предпочитаю лошадей. Неужели я должна демонстрировать, на сколько у меня нет способностей ни к тому ни к другому, чтобы публика удовлетворилась этим отказом? Ты помнишь, как я пела на Рождество?

Сури усмехнулась

– Никогда не забуду, мисс. Подать вам амазонку?

– Да, будь добра. Вот лошади, это совершенно другое. Тут мои способности никто не отрицает.

Хотя, это всего лишь толика успеха. Девушка прекрасно понимала, как ей повезло с родителями, которые при всей своей к ней любви, позволяли подобные увлечения и не впихивали в нее навыки по вышиванию крестиком. Они вообще были к ней удивительно лояльны. Возможно тому поспособствовал откровенный разговор, состоявшийся полтора месяца назад. С подачи сестры, как подозревала девушка.

Да и весь свет, что удивительно, смотрел на странности девицы Силтон как-то сквозь пальцы. Последние три сезона были щедры на скандалы и поводы для сплетен. Просто очередная маленькая девчонка, которая все время проводит на конюшне и иногда, очень тихо, с кем-нибудь соревнуется, не могла уже привлечь ни чье внимание. По этому поводу Меган была счастлива. Периодически, в салонах, матроны с вершины своего положения журили ее. Особенно часто теперь, когда она вовсе уже не дебютантка. Они даже вроде как сокрушались ее судьбой и пугали маячившим призраком старой девы. Это в двадцать один год…

Хотя да, еще пару лет и призрак подойдет вплотную, пытаясь нацепить на Меган кружевной чепец. Но пока что… Общество впало в анабиоз. После всех скандалов, после аферистов и авантюристов всех мастей, после странных браков по любви и скандальных разводов последнего года, сплетники, казалось, вообще потеряли интерес к мелким происшествиям. Концентрация скандалов в Лондоне разрядила воздух настолько, что дышать этими событиями как раньше люди уже не могли. Кто-то от пресыщения даже занялся собственной жизнью.

Главное же, никто не трогал Меган Силтон.

Девушка быстро привела себя в порядок, облачилась в темно-синюю амазонку, и направилась к двери, чтобы спуститься к завтраку.

– Сури – служанка, уже заканчивала уборку,– скажи старшему конюху, чтобы запрягал Ветерка, я приду через тридцать минут.

– Да, мисс.

– Надеюсь, не свалюсь в обмороке при виде лошади.

Сури прыснула.

– Что вы, мисс, это наверняка от духоты.

– Думаю, ты права, спасибо.

Спускаясь в столовую, Меган обдумывала ее слова.

В зале действительно было очень душно. Народу, человек триста, в помещении, едва пригодном для двухсот. Пламя многочисленных свечей еще больше накаляло воздух. Из открытых дверей сада не доносилось ни дуновения ветерка. Она стоит в толпе в тесном платье. Пышные юбки плавят ноги. Толпа возле центральной лестницы разглядывает вновь прибывших. В руках у Меган стакан теплого, довольно противного лимонада. Рядом родители. Шум и гам такой, что она не слышит собственных мыслей.

На секунду все замолкает, и камердинер объявляет имя нового гостя. Это граф Чертон. Он сенсация бала, блудная овца, прощенная обществом и вернувшаяся после четырехлетнего изгнания.

Вот он спускается по лестнице, не касаясь перил. На нем темно-синий смокинг, белоснежная сорочка, темные волосы аккуратно причесаны. Он смотрит на всех с непроницаемым выражением лица и вдруг усмехается, глядя немного в сторону. Лицо его от этой усмешки делается совершенно по – мальчишески очаровательным. Меган поворачивается в ту же сторону и видит, как огромный белый бант оседает на гигантский бордовый бант. «Дженнифер, – думает она, – уже третий раз за вечер. Как не оригинально».

Граф идет дальше.

Оглядывает толпу.

Слышится ропот.

Это номером два, падает Элиза, в чью сторону он, наверняка случайно, посмотрел. Мужчина продолжает спускаться по мучительно длинной лестнице. Меган отпивает глоток лимонада, поднимает голову и видит устремленный на нее взгляд пронзительных синих глаз.

«Удивительный мужчина» – думает она. Грудь стягивает, словно в тисках. Снизу, у самых ног, слышится оглушительный звон. Единственный теперь звук во всем зале. Это ее, Меган, стакан почему-то упал на пол и разбился. А в следующее мгновение уже сама она падает в объятья перепуганного отца, не в силах справиться со слабостью во всем теле. Еще секунда и мир погружается во тьму. В эту секунду она видит только очень серьезный взгляд графа Чертона, устремленный прямо на нее.

Такова история о том, как мисс Меган Силтон впервые в жизни упала в обморок.

Несколько плотных газетных листков с мягким шелестом опустились на стол прямо перед носом графа Чертона.

Было раннее утро. С бала у Хайнстов прошла неделя, но по ощущениям это была целая вечность. Вечность, проведенная в праздности и светских визитах.

Солнечный свет заливал библиотеку Генри, выхватывая изящную мебель красного дерева, длинные стеллажи книг и глобусы. В библиотеке царил тот самый дух безмятежного английского консерватизма, уверенного в своем величии и великого в этой непоколебимой уверенности, который скрупулезно воссоздают декораторы в наименее подходящих для такой цели помещениях. Мельчайшие частицы пыли хаотично кружились в лучах света, аккуратно нарезанного квадратами окон, и вся комната от этого напоминала шахматную доску.

Генри мирно пил чай с финансовыми новостями «Таймс», когда перед самым его носом, о чем уже упоминалось, прошелестели несколько плотных газетных листков.

– «Лондонский сплетник». – Констатировал он, присмотревшись. – Хотел бы я знать, Майлз, как ты проникаешь в мой дом без доклада, без приглашения и, судя по всему, без причины.

Виконт усмехнулся, усаживаясь в удобное кресло напротив друга.

– Не без причины!

– Чудно. Ты принес, сейчас посчитаю, – Генри быстро перебрал газетные выпуски, – пять номеров самого бесполезного чтива во всей Англии. Ты вообще хоть представляешь для чего моя экономка использует эту газетенку, случись им встретиться?