Чтение онлайн

Поэтому, серьезно "прилипнув" к Шевелю, Катрин дала понять, что беременна и этим повергла его в шок. Бракосочетание состоялось незамедлительно, и вопрос был решен. А затем она сказала, что у нее был выкидыш и вопрос о ребенке само собой отпал.

Самого Шевеля это тоже устраивало, ибо ему было некогда заниматься подобными вещами и, как ни странно, он об этом никогда и не вспоминал. Может, он и догадывался о произведенном обмане, но все же никогда не сожалел и не давал никакого повода к подобному.

Что ж, в этом отношении его можно было назвать даже добропорядочным. Дело еще в том, что они сочетались в браке еще по старому законоположению, и это не накладывало на них какой-то особой обязанности. Вобщем, дело это было десятилетней давности и обсуждению не подлежало.

Их брак устраивал обоих. Катрин проводила вечера в обществе таких же подруг, а Макси находился на службе. Так он называл то, чем занимался в настоящее время.

Они редко виделись даже по утрам, отчего самому Шевелю становилось иногда грустно.

"Что за жизнь такая, собачья?"- думал он иногда, но одновременно понимал, что другой никогда и не хотел.

Таким был Максимилиан Шевель, и такой была его жена.

Но на этом, собственно говоря, их жизненное описание не заканчивается, а продолжается. Макси всегда любил бродить по вечерам где-то по городу.

Это всегда, или почти всегда, придавало ему уверенность в себе и давало те жизненные силы, которые способны поддерживать человека в течение многих лет.

Он не нуждался в друзьях и вновь обретенную странную дружбу, скорее можно было назвать случайной и ни к чему не обязывающей. Он также не поддерживал контактов и со своими бывшими однокашниками и даже собственными родителями. Весь ум его был направлен на борьбу с неизвестным все в той же науке.

От этого порой страдали все, даже сам он, когда хоть изредка вспоминал своих больных стариков.

Однажды, пострадав в автокатастрофе, Макси решил больше не ездить на автомобиле и, большей частью, ходил пешком. Благо до работы было не далеко, и он был этому весьма рад.

Жили они в том самом доме, где обитала и Люсиль Абфортак, с разницей лишь в том, что они располагались этажом выше, да еще количеством занимаемых площадей.

Сегодня у Макси не было особого настроения и, без того скрипучий голос, приобрел еще более странную интонацию.

Очнувшись от своих долгих раздумий, Шевель услышал трескотню своей жены:

– ...Я всегда знала, что это так, и почему-то всегда верила в вас, мой ангел тьмы,- так Катрин называла Ноэля, и это прозвище навсегда пристало к нему, как подтверждающее его одинокость и склонность к садомазохизму, ибо тот образ жизни, который вел Карбоцини, полностью соответствовал этому названию.

По крайней мере, так считала Катрин, а все знали, что она особо не отличалась качеством мозговых извилин.

Я вижу, дорогая, вы весьма преувеличиваете мой успех в достижении сфер высших тел.

Ни в коей мере,- ответила, Катрин и с сожалением посмотрела на Карбоцини.

БЕСЕДА

Тут вмешался в разговор и Максимилиан.

О чем это вы, что-то я прослушал,- сказал он.

И Катрин начала подробно объяснять, о чем разговор.

– Мы здесь проповедуем новую линию жизни, и, как говорит наш замечательный друг и автор многих, почти фантастических догадок, мы почти на гране краха или крушения земной цивилизации.

Как так?- немного взволнованно спросил Макси.

Да, так, мой юный друг,- отвечал сам ангел тьмы,- мы находимся сейчас в системе гидропневмонического забора статистического напряжения Земли. Но в ближайшие от нас годы, примерно лет через пятнадцать, мы войдем в другую систему и как бы катапультируемся, тоесть выбросимся из этой "личной" космической скорлупы, которая нас сейчас прикрывает и войдем в новую систему сейсмического сближения с остальными проходящими инопланетными созвездиями. А это грозит немалыми неприятностями, ибо мы не знаем сейчас, как себя поведут они при малейшем соприкосновении с нами.

Вы хотите сказать, что Земля не вечна, так я вас понял?- спросил Шевель.

Совершенно точно. И это еще не все. Дело еще в том, что всякий раз, когда какое-то инопланетное созвездие проходит или отталкивается от нашей скорлупы, то образуются, так называемые, космические ветры или особо насыщенные ультрапотоки светового тепла. Все это совместно с электромагнитными полями самой Земли дает ту иновраждебную нам бактерию, против которой приходится искать все более новые и новые средства.

Что же в таком случае предпринять?- почему-то забеспокоился, взволновавшись неизвестно от чего, Максимилиан Шевель. - А предпринимать, как раз, ничего не надо. Надо просто жить тихо, мирно и не совершать

ничего такого, идущего в разрез с основными понятиями всесейсмической цивилизации.

А это значит, надо убаюкать себя в плане злобы, оголтелого прошлого и настоящего. Кроме этого необходимо уже сейчас исследовать свое космическое дно, которым является ядро Земли и развернуть модуль его защиты в сторону, нам благоприятствующую. Что значит следующее: надо изыскать все возможности для добычи наружу или хотя бы к поверхности земной коры тех минералов и конструктивных соединений, которые бы дали приток энергетических биоединиц в среду.

Да - а, задачи огромные, но почему же тогда вы не выступите с заявлением обо всем этом и не просветите нас?
– спросил Шевель.

А, зачем?- удивился Ноэль,- да и кто в это поверит. Ведь ничего такого реального не существует. Есть лишь породы, есть металлы и прочее, а кто докажет, что есть какие-то биоединицы.

Ну, не знаю,- стушевался Макси,- наверное, как-то можно это доказать. А, что бы вы предложили по этому поводу?

Я бы сказал так, что необходимо срочно и в ближайшие сроки создать свою сейсмическую защиту в виде обоснования в общей космосфере, тоесть орбите, целой и неделимой системы противоракетного вооружения.

А что это даст?- заинтересовался Макси.

Это даст многое,- улыбнулся Ноэль,- и в первую очередь, обезопасит нас самих от своих же ракет. Таким образом, мы сможем контролировать появление любого типа ракетоносителя как снаружи, так и изнутри в той же атмосфере, стратосфере и так далее.

Но ведь у инородных цивилизаций нет ракет. Наверное, у них более современное оружие,- ответил Максимилиан.

Почему вы так считаете,- опять удивился Карбоцини.- Не все цивилизации ушли от этого, и многие находятся в примерной стадии развития нас самих. Просто их далекие технологии, в большей степени, используются внутри своих созвездий, а не вне.