Чтение онлайн

– Здорово… Ты прочитала моё письмо?

– Да.

– Что ты об этом думаешь? Я весь день не нахожу себе места в неведении…

– Как писатель могу заметить, что написано очень талантливо! Я восхищена тем, как ты можешь себя выражать, – написала Афродита, поставив смайлик в конце предложения.

– Спасибо… А что по поводу содержания? Что ты чувствуешь? Какие мысли у тебя возникают, когда ты общаешься со мной, думаешь обо мне? Что первое приходит на ум?

– Любовь, – не задумываясь, написала Афродита.

– Wow! У меня нет слов… Ты это говоришь для того, чтобы сделать мне приятное?

– Нет, ты знаешь, это действительно первая мысль, которая возникла в моей голове после твоего вопроса.

– Wow…

– Причём эта мысль абсолютно неосознанная, она вышла из сердца и ещё не дошла до ума. То есть я не понимаю, откуда она возникла, но я чувствую, что она настоящая и правильная.

– Спасибо.

– На здоровье, – опять скокетничала Афродита.

На той стороне переговорного туннеля всемирной паутины была тишина. Было ощущение, будто Дэн так растерян, что не знает, что ответить. После долгой паузы на экране высветилась новая фраза:

– Ты такая замечательная, умная, красивая – ты просто великолепна. Я боюсь, что окажусь недостойным тебя.

При этих словах к горлу Афродиты подкатила злость.

– Чёрт возьми! Я эти слова слышала сотни раз в своей жизни. Сотни мужчин говорили мне, что я великолепная и что они не достойны меня, когда они меня бросали! Какого чёрта! Я хочу быть с человеком, который, наконец, осмелится быть со мной, такой великолепной, который захочет стать достойным меня, – вырвалось у Афродиты.

– Wow! У меня ощущение, что эти слова обращены прямо ко мне, прямо в мою душу…

– Ты что, тоже боишься быть со мной?

– Нет, я не боюсь. Я сделаю всё, чтобы стать твоим единственным и чтобы ты меня всегда любила.

– Я люблю тебя.

– Я люблю тебя.

Да, Афродита была уверена, что любила. Она разрешила этому быть, нырнула в очередной раз с головой в свои чувства и открыла себя нараспашку любимому человеку. Она понимала, что рискует всем, что у неё есть – теми остатками себя самой, которые сохранились целыми после многочисленных выстрелов судьбы. После переписки с Дэном, девушка долго плакала. Плакала от счастья и страха одновременно. «Безмерно благодарна Вселенной, – шептала Афродита, глотая слёзы, – за то, что во всех этих страданиях я не утратила чувство настоящей и чистой любви. Я благодарна за то, что сердце не закрылось под ударами разочарований и неудавшихся встреч. Я благодарна за то, что душа не утратила возможность узнавать любовь и открываться ей на встречу. Вот оно, возвращение к истокам. Вот она, настоящая Вселенская любовь, о которой рассказывал Хосе, – когда с радостью открываешь своё сердце до конца любимому человеку, а он наполняет его любовью и благостью, когда нет игр и прикрытий, когда всё просто как есть. Пожалуйста, пусть мои страданья прекратятся! Молю, пусть моя любовь сбудется! Я уже достаточно пострадала, больше не выдержу! Пожалуйста!..» Ту ночь Афродита не спала, молилась и писала. Она чувствовала, словно что-то в ней меняется. Что-то тёплое раскрывалось у неё внутри. Казалось, что сердце оттаивало с последними каплями слёз, рекой льющимися из глаз. От этого прихода весны внутри становилось тепло, будто невидимое и ароматное тепло наполняло собой душу, отчего хотелось любить всё. Афродита вдруг почувствовала безграничную любовь к жизни. Она радовалась утреннему свету, зеркальному шкафу, на котором отражалось синее небо, ей нравились белые стены её комнаты, местами украшенные цветами, которые, казалось, излучали дивный аромат – всё вокруг вдруг стало прекрасным и любимым. Афродита улыбалась, когда просто шла по улице. Улыбалась просто так, просто потому, что она есть. Девушка улыбалась, подобно героям её сказок, просто от самого счастья существования.

«Он сделал меня абсолютно счастливой на один месяц, когда всё моё тело буквально дышало любовью ко всему существу, глаза светились, и на лице была постоянная улыбка. Ощущение, будто он действительно вернул мне любовь, утерянную очень давно. Интересно, кто он. Как бы я хотела узнать правду о его появлении в моей жизни. Какова была его настоящая цель? Узнаю ли я когда-нибудь об этом. Вор ли он, который пытался завоевать отчаянную любовь одинокого сердца, чтобы украсть деньги и скрыться? А может, он правда отчаянный влюблённый с искренним и невинным сердцем, который верит в нашу любовь настолько, что осмелился просить денежный перевод, спустя две недели виртуального знакомства? Смешно… А впрочем, кто он – это не важно. важно, кто я и что я чувствую. Я чувствую боль и любовь – две неотделимые крайности. Боль – с этим чувством я подружилась за последние годы, падая и поднимаясь от неудавшихся отношений, которые ноют открытыми ранами на моей душе. Страшно подумать! С появлением Дэна я чувствовала, что огромная настоящая любовь затягивает их, что разрушительная энергия переходит в созидательную зеленую энергию сердца, как говорил Хосе. Я ощущала, как одна за другой эти ранки затухают и как тепло и счастливо становится от нарастающего горения анахаты. Счастье, тепло, гармония, глубина и подлинность чувств – вот что я испытала за месяц общения с ним. Ушёл ли он насовсем из моей жизни? Унёс ли он эту любовь с собой? Откроются ли раны опять? Возникнет ли теперь на месте сердца огромная рана, которая по силе боли перекроет всё, что было до этого? Что я чувствую теперь? Эти вопросы я задаю себе второй день. И можно ли унести чувства, если они мои, если они живут в моём сердце? Что я чувствую теперь?… Пока не понимаю. Как же я была счастлива! Это было или есть то самое настоящее вселенское счастье, возникшее через любовь к мужчине. Или, скорее, через ощущение того, что я безгранично и по-настоящему любима. Именно эта любовь и давала мне силы, наполняла жизнь смыслом. Что же опять произошло? Может, я скатилась под воздействием разума, усомнившись в этой любви? Что же получается, что надо было перечислить деньги? Глупости! Или надо было откликнуться на его слова о невиновности? В тот момент я закрылась, меня было не пробить, я была уверена, что он мошенник. Слишком всё это неправдоподобно. С другой стороны, вся наша история с начала и до конца была неправдоподобно прекрасна и идеальна. Он был слишком милым, слишком внимательным, слишком понимающим и говорил фразами, подобными тем, что мы читаем в книжках по психологии взаимоотношений. А это письмо! Оно не вписывается ни в одни границы разумного. В письме были и слёзы, и радость, и решительность – всё, что описывают в книгах о безумной любви. А эти разговоры о детях, у которых будут мои глаза! Я до последнего не хотела в это верить. Моё сознание считало эти заявления отнюдь не рациональными и не реалистичными, поэтому занималось жесткой фильтрацией по признаку реалистичности и возможности быть. В конце концов я решила отпустить фильтр и позволить этому быть. Позволила быть, потому что были посылы интуиции о том, что это истинно, что это настоящее, что это – любовь. Как себя чувствует моя чертова интуиция теперь, которая, по-моему, так и не открыла глаза вместе с моим появлением на свет? Думаю, что я умудрилась заблокировать восприятие интуиции по отношению к любви вместе с блокировкой любви в принципе, поместив себя в полнейший вакуум. В то же время у меня есть ощущение, что всё сделано верно. Не надо было давать деньги ни в коем случае, надо было проявить себя соответствующе и достойно, когда он начинал оправдываться. Сейчас же самое время выяснить истину. Если ответит на моё письмо, значит, он правда любит, нет – мошенник», – так рассуждала Афродита обо всём происходящим с ней и Дэном, пытаясь найти рациональное звено. Звено же, однако, не находилось. События не поддавались никакому логическому объяснению. Сколько ни рассуждала Афродита, не могла понять, как можно перевести деньги человеку, которого она никогда не видела. Ну, есть же родители, друзья – кто угодно, но не она. С другой же стороны, кто другой, как не она, если они самые близкие люди на свете. Тем боже, что средства ему были нужны на какой-то рабочий проект. В общем, в голове полная каша, и чем больше Афродита думала и анализировала, тем меньше она понимала. В то же время ощущение счастья, любви и гармонии осталось. Любовь по-прежнему жила и расцветала, открывая новые грани и краски. Причём Афродите казалось, что эта любовь не имела к Дэну прямого отношения, а исходила из какого-то другого источника и распространялась повсюду. Ощущение правильности происходящего не покидало девушку до тех пор, пока она не начинала мутить эту правильность своими «думками». Через некоторое время Афродита решила рискнуть и отключить разум, и тогда… Тогда она испытала чёткое желание помочь любимому человеку. Причём было абсолютно неважно, вернёт он деньги или нет. Она хотела это сделать скорее для себя или для чего-то другого, нежели для него. Может быть, с помощью избавления от денег Афродита избавлялась от своих сомнений. А может быть, просто осознанно опять шла на потери и страдания, чтобы до конца раскрыть своё сердце и вместить в него всё по указанию Хосе.

Она перечислила деньги. Дэн невероятно обрадовался. Сердце Афродиты воссияло с новой силой. Они стали ещё больше разговаривать.

– Я понимаю твои сомнения. Моя просьба абсолютно нелогична. Но пойми, я всегда чувствую, как должен поступить. У меня нет рассуждений и анализа, я просто чувствую, – написал Дэн.

– Милый, я должна слушать тебя впредь, потому что у меня, как раз таки с чувствами проблема. Я всё привыкла анализировать, а моя интуиция, похоже, не проснулась с рождения и не планирует этого делать. Прости меня, что я сомневалась. Ты даже не представляешь, какую лёгкость и освобождение я сейчас чувствую. Будто выросли крылья.

– Верь мне, бейби, я обещаю, что мы будем невероятно счастливы и богаты благодаря тебе. Я тебе теперь всю жизнь буду благодарен за твоё доверие. Сейчас я вложу деньги, запущу проект, и через полгода мы будем миллионерами. Я так счастлив, и это только благодаря тебе.

Хосе неподвижно сидел на белом песке, глядя на море. Вокруг ни души, слышен только шум океана и далёкая каркающая птица. Вокруг было гораздо тише, чем в прошлый раз. Море и небо казались уравновешенней и глубже. Казалось, они разговаривали и дарили свою бесконечную мудрость. Афродита села рядом на песок, не смея нарушить тишину ни единым словом. Она слушала море, и оно с ней разговаривало. Наполненная тишина длилась и длилась, слова боялись появляться. «Кра-кра-кра!» – доносилось издалека. Почему-то от этого карканья ком подкатил к горлу девушки, и часто забилось сердце. «Кра-кра-кра!» – без устали кричала чёрная птица. «Что это? – думала Афродита. – Это карканье будто сотрясает всё моё существо, будто оно рвётся изнутри, пытаясь вырваться наружу, разорвав мою измученную душу на клочки. Как хочется разорвать и выпустить эту страдающую птицу на свободу!»

– Ты изменилась, – вдруг прервал её мысли Хосе.

– Привет! Прости, я не хотела тебя беспокоить. Тут так тихо и спокойно, что…

– Привет-привет, – ответил Хосе.

– Эх, Хосе, ты даже не представляешь, как ты мне нужен, – сказала Афродита, и её глаза стали мокрыми от слёз.

В голубых глазах Афродиты отражалось и солнце, и море, и небо, и буря, и штиль – в них было всё, вся Вселенная.

– Хммм! Правда? А зачем?

– Я так страдала эти пять лет. Мне так многое хотелось у тебя спросить. Иногда я проклинала тебя и нашу встречу. Понимаешь?! Иногда мне казалось, что ты надо мной издевался во время наших бесед, специально толкая меня на новые и новые страдания. А так ведь и было, как ты сказал: было ощущение, что я сама искала страдания, из одной боли поспешно перебираясь в новую, ещё более глубокую. Если бы ты знал, как я кричала ночами, как молила Вселенную и все силы природы мне помочь, избавить меня от страданий! – в этот момент из глаз Афродиты бесконечными ручьями полились тёплые слёзы. – Как я орала не своим голосом, когда невозможно было больше терпеть! С наступлением нового утра я нарочно снова отправлялась на поиски новых страданий. Мазохистка какая-то. С другой стороны, были не только страдания, конечно же. Ещё я очень много любила. Да, я действительно любила искренне, по-настоящему, с полной отдачей себя каждому, кто был со мной. Каждая новая любовь казалась настоящей и не такой, как предыдущая, – сильнее, ярче, шире, чище. Это были прекрасные моменты. В это время я любила не только своего мужчину, но и весь мир, всё живое и неживое. Ради этих моментов я готова была страдать снова и снова. – Афродита на несколько минут замолчала, задумчиво глядя вдаль. – Знаешь что, я только сейчас понимаю, что однозначно прошлась бы по этой спирали, состоящей из витков любви и боли ещё раз, то есть если бы была возможность изменить эти пять лет, я однозначно сделала бы то же самое. Я бы снова взлетала до небес от невыразимой любви, зная заранее, что потом обязательно ударюсь со всей силой о землю. Слишком прекрасна любовь, ради неё можно и пострадать, – слёзы продолжали литься тёплым солнечным потоком. – Знаешь, я много думала о нашей встрече, о том, какая она будет. Иногда я думала, что захочу убить тебя, – Афродита рассмеялась сквозь слёзы. – Иногда мне невероятно хотелось с тобой поговорить, как тогда, задать тебе вопросы и понять, вернее, почувствовать. Сейчас я глубоко понимаю всё то, о чём ты мне рассказывал. Твой блокнот всегда со мной разговаривал твоим голосом. Я вспоминаю себя при нашей первой встрече, когда каждая твоя фраза казалась принесённой с другой планеты. Тогда я лишь слегка приоткрыла дверцы шкафа, впустив в него свет, отчего испытала настоящую эйфорию… За эти годы я выстрадала, перелюбила и прожила каждую твою фразу.

Каждое слово стало частью меня, моей плотью и кровью – я это точно знаю. – Афродита опять замолчала на несколько секунд, спокойно глядя на воду. – Вот теперь я сижу, ты здесь, казалось бы, надо действовать, спрашивать, трясти, обнимать или убивать, а мне не хочется. Мне хочется просто смотреть на море и слушать его.

Девушка закончила свою речь, чувствуя, что слова нарушают наполненность и значимость момента. Всё понятно без слов. Слова не нужны – энергия чувствуется в аромате воздуха и ощущении тепла и одновременно свежести на коже. Последняя фраза Афродиты эхом отразилась о воду и растворилась в бесконечном пространстве. Девушка недвижно сидела, глядя на море, вся мокрая от собственных слёз, которые, омыв её глаза, лицо и тело, явили на свет совершенно иную Афродиту. Слова Хосе громом разорвали тишину.

– Ну наконец-то ты закончила! Уф! Я слышу твой голос, чувствую привкус мяты и верю! Верю! – прокричал Хосе, и его крик также растворился в пространстве, отразившись от моря.

Хосе повеселел, сладко потянулся на белом песочке и начал что-то задорно напевать, хохотать, а потом и приплясывать вокруг Афродиты.

Хосе задорно подпрыгивал, кувыркался и напевал, наматывая круги вокруг Афродиты, которую, казалось, нисколько не смущало странное поведение друга. Она оставалась недвижимой и спокойно смотрела на море. Намотав изрядное количество кругов, Хосе остановился перед девушкой, загородив ей пейзаж.

– Хосе, – подняв глаза, сказала Афродита, – я вот сейчас сижу и понимаю, что я пуста, что я устала и кончилась.

– Когда старое кончается, новое непременно начинается, – крутясь вокруг своей оси, пропел Хосе.