Чтение онлайн

Последняя воля Михаила знаменовала примирение с женой, а может быть, и прощение, если и вправду была в нем нужда. Маргарита становилась одной из богатейших женщин в России. Но она уже не смогла принять этот щедрый дар. В Московский окружной суд поступает собственноручное заявление от вдовы мануфактур-советника Михаила Морозова: «Настоящим имею честь заявить окружному суду, что я навсегда отрекаюсь от своей указанной части».

Наследство перешло к детям – Георгию (Юре), Михаилу, Елене и младшенькой Марии, родившейся уже после смерти отца. А мать осталась при них лишь в качестве опекунши-распорядительницы. Неординарный поступок вдовы вызвал множество кривотолков в обществе. Но Маргарита была уверена в своей правоте – муж слишком часто обещал лишить ее наследства, так пусть все переходит к детям, ей ничего не нужно.

Свекровь, Варвара Алексеевна, почувствовала в этом вызов. Она-то в свое время держалась за наследство собственного мужа изо всех сил, ради чего и от честного имени отказалась, и во второй брак вступить не осмелилась, и младших детей обрекла на судьбу незаконнорожденных… А невестка-вертихвостка мало того, что сына в гроб загнала, так теперь еще своим благородством всем в нос тычет – она, дескать, бессребреница, ей ничего не надо.

Отношения между свекровью и невесткой, и без того не слишком пылкие, стали просто ледяными.

Маргарите же было невыносимо оставаться в доме мужа на Смоленском бульваре, бродить по помпезным залам и любоваться на художественные коллекции, которым Михаил отдал столько души. Здесь все было напоено тоской…

Едва оправившись от родов, она решает уехать за границу – перемена обстановки, новые люди, новые места должны помочь справиться с горем. Впервые в жизни она – сама себе хозяйка и может распоряжаться своей судьбой по собственному выбору.

Но ей все еще кажется, что муж незримо присутствует где-то рядом, продолжает влиять на каждое происходящее с ней событие.

Даже в Швейцарии, где Маргарита поселилась вместе с детьми, она ощущает нити, привязывающие ее к покойному.

«С одной стороны, мое сердце и душа наполнены прошлым и мистически связаны невидимыми путами с тем, который ушел, – напишет она из Швейцарии своему близкому другу, доктору Снегиреву, тому самому, которому обязана спасением – своим и Мики. – С другой стороны, я вся полна стремления думать, узнавать, освещать и создавать мой новый путь. О, как я жажду спокойной, чистой, умозрительной жизни!»

«Когда мой муж умер, – вспоминала Маргарита Морозова, – я свободно отвергла многие соблазны, ушла и одна жила и работала».

Да, непростое замужество заставило ее мечтать о спокойной и чистой жизни, как о счастье, но о какой работе говорит молодая вдова?

Она наконец-то, уже вполне зрелой дамой, с четырьмя детьми и массой нерешенных проблем, решила заняться тем, о чем всегда мечтала, – своим образованием. Всерьез, без всяких скидок и без оглядок на чужие насмешки она начинает изучать философию. Выбор предмета для женщины странный, особенно по тем временам… Но у Маргариты было особое пристрастие именно к этой науке.

«Философия всегда была моей спасительницей и убежищем в трудные минуты», – напишет Маргарита Кирилловна несколько лет спустя в письме близкому другу, князю Трубецкому. Философские трактаты, кажущиеся многим сухим и скучным чтением, у Маргариты всегда вызывали искренний интерес, и к тому же регулярные занятия, интеллектуальное напряжение, стремление уяснить нечто новое, разобраться в сложном и непонятном отвлекали от душевной боли и страданий, захватывающих ее в минуты праздности.

В письмах знакомым из Швейцарии она не могла удержаться от наивного хвастовства: «Тружусь сейчас над Сократом, приближаюсь к Платону. Конспект мне дается с трудом. Зато предвкушаю радость, когда мне конспект будет нипочем. Стараюсь о личной жизни не думать. Да она как-то исчезла в занятиях, так мне интересно все узнавать, и в детях».

Маргарита и вправду старается занять чем-нибудь каждую минуту, чтобы не оставалось времени предаваться страданиям, – в этом она видит свое спасение: ежедневно два часа занятий по философии, полтора часа – на чтение других книг, три часа упражнений на рояле.

Уроки музыки ей в Швейцарии дает Александр Скрябин, в то время – небогатый и еще не слишком известный музыкант, масштаб таланта которого Маргарита, со свойственной ей в подобных делах прозорливостью, смогла оценить одной из первых. Она сама искала дружбы этого человека, восхищавшего ее своей музыкой. Скрябин со своей стороны настаивал на углубленном изучении Маргаритой философских трудов, полагая, что через философию она придет к более глубокому восприятию его музыки.

Скрябин советует «как можно скорее усвоить Канта и познакомиться немного с Фихте, Шеллингом и Гегелем. <…> Когда Вы все это усвоите, мне будет легко заниматься с Вами и Вы скоро воспримете мое учение».

Маргарита – весьма прилежная ученица и добросовестно исполняет все указания маэстро.

Может быть, сама того не осознавая, она надеялась на родство душ, на некую платоническую влюбленность и на особые отношения, которые могли бы завязаться при более близком знакомстве?

Еще в ноябре 1903 года, вскоре после похорон мужа, она написала в Петербург, где жил тогда Скрябин, предлагая композитору материальную помощь, чтобы он, освободившись от унизительных житейских проблем, смог уехать за границу и свободно заняться творчеством. История с Серовым научила ее, что нельзя стесняться, предлагая денежную поддержку, она может быть очень нужна творческим людям.

Без сомнения, кому-то подобное предложение, даже высказанное самым деликатным образом, могло бы показаться унизительным. Но Скрябин не нашел в нем ничего для себя обидного. «А Морозова-то действительно милый человек! – написал он жене, словно до предложения материальной помощи в этом сомневался. – Дай Бог ей здоровья…»

Уже 5 декабря Маргарита посылает композитору «первый залог дружбы» в денежном эквиваленте, и с тех пор вплоть до конца 1908 года композитор был, по его словам, обеспечен пенсией, составлявшей 2400 рублей в год (для сравнения – примерно на такое жалованье мог рассчитывать дирижер в преуспевающем театре).

В феврале 1904 года Скрябин, воспользовавшись помощью Маргариты Морозовой, уезжает в Швейцарию. Жена с детьми, а их у Скрябиных четверо, остается в Москве. Он объясняет знакомым, что Вера Ивановна вскоре его догонит, но на самом деле он еще не решил, нужно ли перевозить семейство за границу или наступил момент избавиться от пут, – композитор переживает страстное увлечение, у него роман с Татьяной Шлецер, а жена и дети тут только помеха.

Покинув Россию 19 февраля, он уже 1 марта вызывает к себе возлюбленную, сообщая ей подробный маршрут своего путешествия из Москвы в Женеву. Предполагается, что госпожа Шлецер догонит Скрябина в пути и присоединится к нему. «Страшно хочу тебя как можно скорее видеть», – пишет он Татьяне Федоровне. Но его жена Вера Ивановна, стараясь сохранить семью, тоже покидает Россию и отправляется следом за мужем.