Чтение онлайн

Слухи о романе внучки Пушкина, пусть в ее роду и были герцоги Нассауские, с членом семьи Романовых дошли до России. Прекрасно понимая реакцию родственников, князь оставался непреклонным и обручился с Софьей Николаевной. В качестве свадебного подарка он заказал невесте тиару-кокошник из золота, рубинов и бриллиантов, которая могла раскладываться на три броши, ожерелье и пару серег. В городке Сан-Ремо прошла тайная церемония венчания, на которой присутствовали только гости со стороны невесты.

Великая княгиня Ольга Федоровна, не ожидавшая, что и ее родной сын заключит морганатический брак (напомню, что она была из тех княгинь, которые радели за браки с равнородными принцессами, при заключении которых не возникало препятствий для наследования престола или титула), скончалась от сердечного приступа после новости, которая застигла ее в Крыму. Отец, великий князь Михаил Николаевич, до конца жизни винил в случившемся сына и его жену. Отреагировал и император — согласно установленным законам Российской империи, он не признал брак кузена с графиней Меренберг.

Это привело к тому, что Михаила Михайловича лишили всего обеспечения, сняли с воинской службы и запретили въезд в Россию. Подобная реакция очень обидела Софью Николаевну, которая хранила письма своего дедушки-поэта к его жене. Ответной реакцией она заявила, что это наследие Россия никогда не увидит (и действительно, тексты писем были опубликованы только во Франции в 1936 году). В итоге для всей царской семьи супруги стали изгоями. Брак Михаила Михайловича и Софьи Николаевны признали только через десять лет, когда Николай II издал указ о законности брака. Несмотря на это, император оставался холоден к нарушившему традиции дяде. В годы Первой мировой войны великий князь Михаил Михайлович писал Николаю II, о своем желании вернуться на военную службу, но ответа не получил. В итоге в Россию супруги так и не приехали.

Великий князь и его любимая поселились в Великобритании, где их принял высший свет, а герцог Нассау пожаловал им титул графа и графини де Торнби. Это был счастливый брак, в котором родилось трое детей — Анастасия, Надежда и Михаил. Средняя дочь, Надежда, стала тетей герцогу Филиппу Эдинбургскому, мужу королевы Елизаветы II. Супруги де Торнби часто посещали светские мероприятия при дворе английских родственников, о чем свидетельствует множество фотографий. Софью Николаевну считали одной из самых красивых женщин своего времени. В доме графа и графини в Кенвуде часто гостили высокопоставленные члены английского общества. Великий князь во время войны служил секретарем и был председателем англо-русского комитета, который занимался снабжением армий.

Конечно, негативная реакция на их брак в России не прошла для супругов бесследно. Великий князь критиковал существующий в империи самодержавный строй, а затем и вовсе сочинил книгу «Никогда не унывай», в которой описал все минусы системы, в том числе заключение династических браков. Книга, которую он посвятил своей жене, в России не издавалась и была под запретом.

Графиня де Торнби скончалась в 1927 году, когда ей было шестьдесят лет. Михаил Михайлович пережил ее на два года. Оба похоронены в Англии на Хэмпстедском кладбище. Так как у их сына не было наследника, род графов де Торнби прервался. Удивительна и судьба их семейной реликвии. Ювелирное украшение передавалось по линии потомков. Свадебная тиара не только находилась в семье, но и демонстрировалась публике. В 2001 году она была частью российской экспозиции. Наследникам не раз предлагали выкупить украшение, однако они продавать его не хотели. В результате сотрудничества последней владелицы, маркизы Милфорд-Хевен, и российских участников акции «Возвращение реликвии» тиара была передана в Россию. В данный момент она находится в Эрмитаже.

Про взаимоотношения этой пары ходит очень много слухов. Среди них чего только не встретишь — от того, что князь не любил свою жену, до любовных треугольников и даже четырехугольников. Такие истории возникали еще при жизни четы Романовых, однако правдивых оснований под ними никогда не было, только лишь злословие из-за неоднозначности личности великого князя и его несправедливой оценки окружающими.

Великий князь Сергей Александрович решил жениться в тяжелый для всей семьи момент. Дело в том, что в 1880 году скончалась его мать, императрица Мария Александровна. Сергей и его брат, Павел, в семье Александра II родились поздно. Это делало мальчиков очень близкими к матери. У старших детей уже были свои семьи, а у самого Александра Николаевича — отношения и вторая семья с Екатериной Долгоруковой. Именно поэтому младшие великие князья, в особенности Сергей, были любимцами Марии Александровны. С отцом же, Александром II, у них сложились очень тяжелые отношения — среди детей негласно считалось, что он несправедливо относился к их матери, на фоне чего у императрицы ухудшилось здоровье, и это привело к ее преждевременной смерти. Когда Мария Александровна скончалась, Сергей Александрович был еще совсем молод — ему только-только исполнилось двадцать три года. И так очень нелюдимый, но чуткий и ранимый, князь еще больше погрузился в себя. Окружающие стали отмечать, что Сергею Александровичу нужно жениться, иначе одиночество сгубит его. Чтобы отвлечься, великий князь совершил годовое турне в Италию.

В это время в Дармштадте гостили принцессы Гессенские, в том числе любимые внучки королевы Виктории Элла и Алиса. Первая стала супругой Сергея Александровича, а вторая вышла замуж за наследника престола Николая Александровича и стала последней российской императрицей. Так две гессенские принцессы навсегда связали свою жизнь с Россией. Свою невесту Эллу великий князь впервые увидел, когда та была новорожденной крошкой. Ему было семь лет, когда он присутствовал на крещении девочки. Встретившись с ней спустя годы, Сергей отметил, что она выросла в обворожительную красавицу. Действительно, молодая принцесса считалась одной из первых красавиц Европы. Ее величественная бабушка рассматривала нескольких кандидатов в женихи, среди которых был герцог Баденский и прусский принц, будущий кайзер Вильгельм II. Вообще королева Виктория имела на гессенских внучек большое влияние. Они воспитывались согласно английским традициям, а после смерти матери, герцогини Алисы, и повторной свадьбы отца так вообще переехали в Англию. Там их обучали религии, ведению домашнего хозяйства, экономии, языкам, а также учили быть скромными и бережливыми. Разумеется, что российских претендентов на сердце Эллы английская королева не рассматривала из-за своих личных взглядов. Но встреча принцессы и великого князя спутала все планы — они друг другу понравились. Сергей Александрович полюбился не только самой девушке, но и герцогу Гессенскому, а также ее брату. Так великий князь решил жениться на Элле и сделал ей предложение.

Однако все было не так просто. Переезд в Россию (да еще какую, по словам английской бабушки) пугал принцессу, равно как и необходимость поменять свою веру и перейти в православие. Несмотря на то что Элле объяснили, что ей вовсе необязательно это делать, так как Сергей Александрович находился далеко в линии наследования престола, она целый год думала над его предложением. В это время английская разведка следила за потенциальным женихом и его контактами, однако ничего не отметила, кроме сильной религиозности. Наконец принцесса приняла предложение, и в 1883 году Сергей Александрович и Элла обручились. Спустя год в Зимнем дворце состоялась свадьба. В России княгиня получила имя Елизаветы Федоровны.

Пара поселилась сразу напротив Аничкова дворца, купив особняк Белосельских-Белозерских. Такой выбор был связан не только с удобным расположением в центре столицы, но и с тем, что император Александр III и императрица Мария Федоровна очень дружили с князем и княгиней (правда, позднее их дружба испортилась из-за влияния последних на брак сына императорской четы Николая и его возлюбленной Аликс, сестры Елизаветы). Летние же месяцы они проводили в имении Ильинском (впоследствии именно там произошла трагедия с женой брата Сергея, Павла Александровича, княгиней Александрой Георгиевной, которые были еще одними друзьями супругов). Но, где бы ни проживали Сергей и Елизавета, они были радушными хозяевами, устраивали званые ужины, интересовались искусством. Несмотря на то что великой княгине не нужно было переходить в православную веру, она заинтересовалась ею по примеру религиозного супруга, который к моменту свадьбы уже совершил паломничество в Святую землю. В новой стране Элла и изучала все традиции и обычаи, а также занялась изучением русского языка. Им она овладела в совершенстве, говорила без акцента.

Большое внимание супруги уделяли благотворительности. Опять же, несмотря на сложившееся в обществе мнение о князе как о грубом и холодном человеке, он первым стал заниматься меценатством, подключив к этому свою молодую жену. В ведении великого князя находилось не только Православное Палестинское общество, благодаря которому детей обучали русскому языку и строили школы, но и около 90 различных комитетов и организаций. Доподлинно известно, что Сергей Александрович лично занимался многими делами в их составе, а не был номинальным членом. Вполне логично, что Елизавета Федоровна не могла остаться в стороне. Увидев, что в их загородной резиденции нет крестьянской больницы, она распорядилась ее построить, а затем сама устраивала благотворительные ярмарки. Позднее, во время двух войн — Русско-японской и Первой мировой — Элла лично помогала раненым, а также собирала посылки с необходимым для фронта. Когда великого князя Сергея Александровича назначили генерал-губернатором Москвы и паре пришлось переехать, они продолжили заниматься благотворительностью и на новом месте. Так, к примеру, княгиня посещала самые злачные и преступные места города для помощи детям, бродягам и старикам. Удивительно, но даже отъявленные преступники ее не трогали, а боготворили за заботу о нуждающихся.