Чтение онлайн

Ко времени, когда начинается действие романа Лажечникова, - зима 1739-1740 годов, - болезнь императрицы, неясность при отсутствии прямых наследников вопроса о том, кто сменит ее на русском престоле, до крайности обострили обстановку в придворных и правительственных кругах. Бирон, привыкший играть роль первого человека в государстве, почувствовал угрозу своей власти и своему будущему, исходящую от многочисленных противников временщика. Среди них по положению, уму, особенностям позиции наиболее опасным представлялся кабинет-министр Артемий Петрович Волынский. Бирону в союзе с вице-канцлером Остерманом удалось добиться суда над Волынским и его осуждения. Но успех их оказался недолговечным. Победа над Волынским лишь отсрочила падение Бирона: после кратковременного регентства при младенце-императоре Иоанне Антоновиче он был отстранен от власти и сослан в Березов.

Такова историческая эпоха, образ которой встает со страниц "Ледяного дома". "...Система доносов и шпионства, утонченная до того, что взгляд и движения имеют своих ученых толмачей, сделавшая из каждого дома Тайную канцелярию, из каждого человека - движущийся гроб, где заколочены его чувства, его помыслы; расторгнутые узы приязни, родства, до того, что брат видит в брате подслушника, отец боится встретить в сыне оговорителя; народность, каждый день поруганная; Россия Петрова, широкая, державная, могучая - Россия, о боже мой! угнетенная ныне выходцем" (ч. I, гл. V) - вот каким с патриотической горечью и негодованием видит свое отечество герой Лажечникова.

Среди персонажей "Ледяного дома" немало исторических лиц и реальных событий, хотя и сложно преображенных авторской фантазией. Кроме императрицы Анны, Бирона, Волынского, на страницах "Ледяного дома" появляются вице-канцлер и фактический глава Кабинета министров Остерман, фельдмаршал Миних, поэт Тредьяковский. Имена некогда живших людей носят лица из окружения временщика и его антагониста - такие, как Липман или Эйхлер. Исторические прототипы были и у "конфидентов" Волынского, а причудливые "прозвания", данные им Лажечниковым, образованы от действительных их имен: де ла Суда стал в романе Зудой, Еропкин - Перокиным, Хрущов - Щурховым, Мусин-Пушкин - Суминым-Купшиным.

Существовал в действительности и "ледяной дом" - центральный, сквозной образ романа, образ стержневой и для его сюжета, и для поэтической его системы. Зимой 1740 года при дворе был устроен потешный праздник: императрица надумала женить своего шута - потомка древнего вельможного рода, князя М.А.Голицына, - на калмычке Бужениновой. Надо полагать, что и шутовская должность, и эта последняя царская "милость" выпали на долю Рюриковича по родству его с ненавистными царице "верховниками". Между Адмиралтейством и Зимним дворцом было выстроено дивившее современников чудо - дворец изо льда. Петербургский академик Г.В.Крафт оставил точное описание этого архитектурного курьеза, его скульптурной отделки и внутреннего убранства. Лажечников знал и использовал книжку Крафта. Чтобы сообщить празднеству особый размах и пышность, в столицу выписали по паре представителей всех народов, обитавших в России. Этнографическая пестрота костюмов, национальные песни и пляски должны были не только украсить и разнообразить забаву: они призваны были продемонстрировать императрице и ее иностранным гостям огромность могущественной империи и процветание всех разноплеменных ее жителей. Устройство праздника поручено было кабинет-министру Волынскому.

Ледяной дом - олицетворенный контраст. Дом, по самому имени своему предназначенный быть хранилищем очага, человеческого тепла, он встречает холодом, убивает все живое, что соприкасается с ним. И это главный, но не единственный символ в поэтике романа. Художник-романтик, Лажечников раскрывает противоречия эпохи в разветвленной системе символических контрастов: жизнь - смерть, любовь - ненависть, пленяющая красота отталкивающее безобразие, барские забавы - народные слезы, блистательная княжна - нищая цыганка, дворец - нечистая конурка, пламенные страсти юга северная стужа.

Система символов, пронизывающих "Ледяной дом", связывающих на свой лад исторические описания с романическим действием, способствует созданию в романе тягостной атмосферы безвременья. Эта атмосфера сгущается, охватывает самые несходные моменты повествования благодаря интенсивности лирической окраски, которая входит в роман вместе с личностью автора. Активный, прогрессивно мыслящий человек, современник декабристов (хотя и не разделявший их революционных устремлений), вдохновенный романтик и просветитель, он произносит свой суд над "неразумной" и бесчеловечной эпохой. От авторской активности не ускользает ни один, даже самый скромный, элемент рассказа: Лажечников либо клеймит презрением, осуждает и порицает, либо сочувствует, восхищается и вселяет восторг в читателя. Эта лирическая экспансия заполняет "Ледяной дом", не оставляя места для спокойной, эпической картины вещей и событий.

Исторический Волынский был фигурой сложной и противоречивой. Лажечникову, без сомнения, были известны источники, по-разному оценивавшие личность кабинет-министра, его достоинства и недостатки как государственного деятеля. Но из письменных свидетельств и из устного предания автор "Ледяного дома" выбрал лишь то, что соответствовало его общественному и эстетическому идеалу. При этом особое значение приобрела для Лажечникова трактовка образа Волынского, которая содержалась в "Думах" Рылеева.

В изображении поэта-декабриста Волынский предстает как "отчизны верный сын", а борьба его с "пришлецом иноплеменным", виновником "народных бедствий" Бироном - как "пламенный порыв // Души прекрасной и свободной"*. К словам Рылеева - устойчивой формуле декабристской идейности непосредственно восходит у Лажечникова выражение "истинный сын отечества".

______________

* Рылеев К.Ф. Стихотворения. Статьи. Очерки. Докладные записки. Письма. М., 1956, с. 141-143, 145.

Характерная коллизия декабристской поэзии и прозы - противоречие между долгом гражданина-патриота, требующим от героя полного самоотречения, вплоть до отказа от личного счастья, и естественными влечениями души и сердца. Эта коллизия присутствует и в "Ледяном доме". Не один Волынский, но и императрица Анна, и Мариорица, и Перокин рано или поздно должны выбрать между верностью долгу (как понимает его каждый из этих столь несходных персонажей) и человеческими, земными привязанностями своими. Однако наиболее сюжетно действенным и разветвленным предстает этот мотив в рассказе о Волынском, контрапунктически связывая обе сюжетные линии "Ледяного дома" любовную и политическую. "Беззаконная" страсть к молдаванской княжне не только отвлекает душевные силы героя от дела гражданского служения и обезоруживает его перед лицом холодного, расчетливого врага. Страсть эта делает Волынского жертвой внутреннего разлада. Душа его трагически смятена сознанием вины перед прекрасной, любящей женой. Мучительна для него и мысль о том, что он губит преданную ему, обольстительную Мариорицу. И вместе с тем борьба чувств гражданина, любящего мужа и отца и страстного любовника сообщает образу Волынского особую привлекательность, а его роковой судьбе жизненную объемность.

В Волынском есть нечто от романтического поэта-творца. Пусть человеческая его натура несовершенна, пусть в повседневности он подвержен неуемным страстям, вовлекающим героя в роковые заблуждения; все это - "Пока не требует поэта // К священной жертве Аполлон". Стоит Волынскому услышать зов отчизны - и он превращается в героя-борца, который, отряхнув с плеч своих все земные привязанности, не взвешивает и не расчисляет ни собственных сил, ни возможностей Бирона и его сторонников, со свойственной ему прямотой и горячностью идет в борьбе за благо народное до конца, непокоренный всходит на эшафот, чтобы стать в потомстве нетленным образцом гражданского служения. А страсть его к Мариорице! Беззаконная любовь Волынского - тоже акт борьбы, борьбы за свободу человеческого чувства, стремящегося сквозь все преграды и становящегося жертвой холодного механического расчета тех, для кого и самая страсть - всего лишь средство политической интриги.

В любви к Мариорице раскрывается широта русской натуры Волынского, ее удаль и размах, в ней звучит та поэтическая струна, которая роднит Волынского-любовника с Волынским-патриотом. Лажечников приобщает своего любимого героя к русской национальной стихии, и недаром в одном из самых поэтических и освященных русской литературной традицией эпизодов романа - в сцене святочного гаданья - Волынский предстает удалым русским молодцем, кучером с лирической и разгульной песней на устах. "Это природа чисто русская, это русский барин, русский вельможа старых времен"*, - восторгался Белинский.

______________

* Белинский В.Г. Полн. собр. соч., т. III. M., 1953, с. 13/

Пламенный романтик и в любви и в политике, Волынский - прямой антипод трезвого и бездушного прагматика Бирона. По тем же, уже знакомым нам, законам романтической поэтики контрастов в "Ледяном доме" противостоят друг другу немощная, "тучная и мрачная" Анна Иоанновна и "настоящая русская дева, кровь с молоком, и взгляд и привет царицы [...] дочь Петра Великого, Елисавета" (ч. IV, гл. V), "писачка" педант Тредьяковский и вдохновенный певец взятия Хотина Ломоносов. Ни Елизавета Петровна, ни Ломоносов не действуют в романе, они лишь всплывают в размышлениях автора и его персонажей как своеобразная "точка отсчета" - знак, указывающий на существование здоровых национальных сил, которым суждено рассеять мрак "неразумной" эпохи, теснящей и убивающей все живое и человеческое.