Чтение онлайн

Хотя у Гари была своя холостяцкая квартира, где он писал и принимал любовниц, он тем не менее попросил Роми разрешения приходить работать над очередной книгой в ее отсутствие. Когда она возвращалась, Ромен всякий раз встречал ее на пороге, крепко обнимал, и с его длинных темных ресниц капали настоящие слезы. Однажды он пришел без предупреждения и, увидев, что дверь заперта, в слезах уселся на ступеньки. Он боялся, что Роми уехала насовсем, не предупредив его. В таком виде она и нашла его, вернувшись. Гари просил родить ему ребенка. «Я хочу, чтобы он был похож на тебя — такой же прямой, честный, простой и умный».

Они несколько дней провели вместе в Аризоне, где Гари наряду с другими консулами принимал участие в деловой встрече.

В 1958 году Роми серьезно пострадала в автокатастрофе в Канзасе. Последствия оказались серьезные — она была вынуждена вернуться в Бельгию, где ей сделали две операции на мозге, и потом уединенно поселилась в Ницце. После этих событий она порвала с Гари, который не раз тщетно пытался с ней связаться. Наравне с Илоной Гешмаи Роми стала одним из прототипов Марины фон Лейден/Эрики, героини романа «Европа», которая попала в автокатастрофу и осталась прикованной к инвалидному креслу{439}.

Восьмого января 1957 года Гари вернулся к исполнению обязанностей генерального консула и начал одновременно два романа: «Человек с голубкой» и «Леди Л.», второй был его первым литературным опытом на английском языке. В обеих книгах есть место тайне и обману.

Роман «Человек с голубкой», написанный в бунтарском порыве, остался почти незамеченным критиками, тогда как автор воображал, что он вызовет настоящий скандал. Это была сатира на Организацию Объединенных Наций, о посещении которой у писателя осталось самое неблагоприятное впечатление. Галлимару удалось продать лишь несколько десятков экземпляров. Около двадцати лет спустя в книге «Ночь будет спокойной» Гари признал, что его памфлет был «слишком легковесным, слишком беззубым»{440}.

Действие романа происходит в стеклянном здании ООН. Персонал организации и дипломатов всего мира волнует и тревожит леденящий душу слух: в коридорах ООН несколько раз видели призрак ковбоя с голубкой. На самом деле это не призрак, а человек из плоти и крови по имени Джонни, который вместе с приятелем, чистильщиком обуви, и его подружкой поселился в одном из нигде не учтенных кабинетов, где нет ни одного окна. Попытка Джонни выставить ООН на посмешище не увенчалась успехом. Гари задавался вопросом, не стоит ли ему оставить дипломатическую службу, чтобы опубликовать «Человека с голубкой», не заботясь о последствиях. А вот Рене Ажид и Лесли полагали, что это далеко не лучшее его творение. Лесли посоветовала Ромену отложить публикацию. «Отложить?! Чего мне ждать, смерти?»

И он принял решение взять второй псевдоним — Фоско Синибальди [55] , причем не только по причине цензуры или санкций министерства. В действительности планы Гари шли дальше, но никто в литературных кругах о том не знал, за исключением его издателей Мишеля и Клода Галлимаров. Это были наметки мистификации, которую двадцать лет спустя Гари, в своем желании начать литературную карьеру с нуля, поставив в известность лишь несколько необходимых сообщников, доведет до конца, создав несуществующего писателя Эмиля Ажара.

Сначала Гари попросил у Александра Кардо Сысоева разрешения опубликовать от его имени несколько детективов. Сысоев отказался, и тогда Гари обратился к Петру Увальеву, известному в Англии как Пьер Рув, с проектом соглашения, аналогичного тому, которое заключит в конце жизни со своим племянником Полем Павловичем. Как позже Павлович, Пьер Рув должен был, согласно этому соглашению, не только подписывать контракты с издательством вместо Гари, но и выступать в качестве вымышленного автора Фоско Синибальди. Рув согласился поставить свою подпись под договором с «Галлимаром», но отказался играть роль Фоско Синибальди и не стал подписывать бумагу, подготовленную Гари{442}.

Пьер Рув согласился стать Фоско Синибальди только при условии, что никому не будет показываться на глаза. Возможно, он просто не хотел впутываться в авантюру. Кроме того, он был слишком занят — продюсировал фильмы вместе с Карло Понти, — чтобы лить воду на мельницу Гари, который, похоже, уже мечтал повторить подвиг знаменитого Магарала из Праги. Согласно легенде, раввин Иегуда Лоэв бен Бецалель [56] , наделенный сверхъестественной силой, сумел сотворить Голема — немое существо из глины, имеющее человеческий облик и всецело повинующееся своему создателю [57] . Великий раввин Моравии, Познани и Праги, которого считают предшественником хасидизма, последователь учения Каббалы, моралист и математик, был знатоком иудаизма. Начертав на лбу глиняного человека священный тетраграмматон и произнеся несколько заклинаний, он оживил его. Но однажды Голем вырвался из Альтнеушуля, где держал его Магарал, и начал сеять хаос на улицах пражского гетто. Тогда Магарал решил уничтожить свое творение и для этого стер у него со лба слово «эмет» — «истина». В тот же миг Голем обратился в прах, из которого был сотворен. Впрочем, по некоторым вариантам легенды, Голем до сих пор прячется под кровлей пражской синагоги, ожидая, пока придет новый раввин, который пробудит его ото сна.

Первая попытка литературной мистификации Гари опровергает общепринятое мнение о том, что Эмиль Ажар был создан исключительно в стремлении стареющего писателя обрести второе дыхание. Нет, он преследовал куда более масштабные цели. Войдя в роль демиурга, Гари не только тешил себя мыслью о возможности заново сотворить себя самого, — он мечтал стать кукловодом, который будет дергать за ниточки не марионеток, а живых людей.