Чтение онлайн

– Как ты говоришь, называются эти штуки?
– Кратко обернувшись спросил Федор капитана.

– Вымбовки.

– Отличные штуки! Еще!

Следующая цель так и мозолила глаз, - Федор запустил дубинку в шикарного предводителя пиратов. Неумолимая деревяшка сверкнула в воздухе как молния, и... Ловок был чернобородый вожак - отбил на подлете, не щитом даже, а маховым движением плоскости меча.

– Еще!
– Федор протянул руку назад, и получил очередной снаряд.

– Последняя!
– Предупредил дрожащий голос капитана.

Федор досадно фыркнул и опустил руку, уже готовую запустить дубину в полет.

– Хватит этого балагана!
– Проревел чернобородый.
– Сдавайтесь!

– Я тебя на вымбовке вертел!
– Рявкнул Федор.

Черноволосый побагровел.

– Полновесный золотой румейский солид37 из моей казны, тому, кто принесет мне голову этого клоуна - раздельно произнес предводитель Махмуд, и показал мечом на Федора.

Орда взревела. Губастый негр прекратил стонать, и пожимая левой рукой мошонку вскочил на ноги. Носатый богатырь, зажимая кровянку из носа, попытался оттолкнуть тех, кто его поддерживал, но его уже никто не поддерживал - все рванулись зарабатывать золотую монету. Пираты хлынули к корме с неодолимой силой речного разлива.

Федор схлестнул дубину с булавой какого-то египтянина, успел стукнуть по пальцам долговязому желтоволосому типу, который схватил его щит. Но щит уже вырывали откуда-то снизу. И одновременно в щит стучало чье-то длинное копье. И одновременно египтянин снова вознес булаву. А кто-то уже лез на перила в обход лестницы, и поп Окассий не успевал сбивать их посохом. Щит снизу уже буквально уходил, разгибая руку, - еще несколько секунд и его либо вырвут, либо просунут под него копье. От напряжения и отчаянья Федор закричал. И... руки, тянувшие его щит, отпустили, оружие стучавшее по щиту опустилось. Пираты отступили на шаг. И Федор даже не успел поразится волшебной силе своего вопля, как вдруг услышал нечто, что перекрыло его вопль, и понял - не он испугал пиратов - где-то над морем трубил боевой рог.

Пираты растерянно завертели головами. Батька Махмуд нахмурившись оттолкнул в сторону попавшегося на пути подчиненного ротозея, и подскочил к левому борту, где был пришвартован его собственный корабль. Федор подтянул к себе щит, и тоже посмотрел на море, пытаясь поймать направление звука. И увидел. С того же левого борта к ним на всех парусах шел корабль. Зоркий глаз Федора выхватил сидящих в ней молодцов в кольчугах и набивных рубахах. Часть из них, что еще не одела шлемы, была брита на лысо, а часть носила странные прически, где волосы были на лбу и боках, а на затылках выбриты. Момент - и лысины и странные прически сокрылись за коническими шлемами с наносниками, поднялись щиты, - молодцы готовились к бою. Один из молодцов взобрался на поднятый нос корабля, и сложив руки лодочкой, закричал.

– Я Роже де Бриуз, - младший сын барона. Ваши корабли - моя добыча. Вы все - мои пленники. Нужен ли вам бой, чтобы признать это?

– Это еще кто?
– Удивленно пробормотал Федор.

– Похоже, что нортманны38.
– Отозвался Окассий, разглядывающий чужаков, приложив ладонь ко лбу козырьком.
– Из тех, что пришли с севера, отторгли часть древних галльских земель у франков, и осели там.

– Я вижу у некоторых из них кресты, - глянул на священника Феодор.
– Они христиане?

– Они признали истинного бога.

– Может, они помогут нам, против муслимских нечестивцев?

– Сомневаюсь, - качнул головой Окассий.

– Но ты же поп по их укладу?

– Нортманны уважают священников. Но еще больше уважают трофейные трофейные корабли.

– Ясно...

Тем временем и батька Махмуд, оправившись от краткого замешательства, дал голос.

– Мы первые напали на этого купца!
– Заорал он, гневно топорща бороду на приближающийся корабль - Это наша добыча по праву!

– Важно не кто начал, а кто закончит!
– Крикнул в ответ здоровяк-нортманн.
– В море одно право: - сильный берет!

– Мальчишка!
– Разгневался бородач.
– Ты хоть знаешь, у кого пытаешься отнять добычу? Я - Махмуд Барбанигра!

Нортманн на секунду замялся, переваривая такую новость.

– Я слышал о тебе, - Черная Борода!

– Так давай разминемся миром, - почуял возможность Махмуд.
– Море - не горная тропа. Умные разойдутся. Плыви своей дорогой!

– Ты такой известный, что за тебя наверняка можно стрясти хороший выкуп!
– Обрадовался сын барона Роже.
– А если я убью тебя, то стану более известным, чем ты. Ты принесешь мне деньги, или славу!

– Ах ты ссыкливый щенок!
– если черная борода Махмуда была цветом похожа на уголь, то теперь над ней вспыхнул огонь: - лицо его запунцовело от ярости, - Ну плыви сюда, огреби свою известность! Охотишься на льва - несешь завтрак льву!

– Парни, прибавьте!
– Скомандовал Роже гребцам. Он так и не слез с носа, только принял щит от одного из ближних. Корабль его помчался к двум сцепленным абордажной сцепкой судам. Пираты засуетились. Большая их часть, во главе с Махмудом побежали обратно на свой корабль, так как тот был ближе к нортманну и оставлять пустой борт под высадку было нельзя. Некоторая часть, однако, осталась блокировать кормовую надстройку Федора сотоварищи.

– Слушай Окассий, - Федор схватил священника за рукав.
– Разбойников на нашем корабле осталось не больше десятка. Мне нужно прорваться в нашу каюту на носу.

– Зачем?

– Увидишь! Удержишься здесь без меня?

– Какое-то время, - скупо улыбнулся монах.

– Добро. Держи щит!

Федор передал монаху ручку щита, и хлопнул его по плечу.

– Ну, не поминай лихом!

Федор глубоко вдохнул, резко выдохнул, и отстранив щит как коршун бросился по лестнице вниз. Брови у десятка бывших на средней палубе пиратов подскочили от удивления. Но парни они были тертые, ближний бусурман с коротким копьецом тут же выставил перо так, чтобы Федор бегущий вниз сам наскочил на него. Федор гневно крикнул, запустил в башку копьеносца последнюю дубинку-вымбовку, а сам сильно оттолкнулся от ступеньки - и воспарил. Гигантским прыжком перелетел он копьеносца, и большую часть пиратов, и приземлился ногами прямо на того самого многострадального негра, который так ужасно пострадал от него, немногим ранее. Негр даже не успел охнуть, и смялся под ногами как соломенное чучело, заодно и смягчив удар. Федор кубарем прокатился по палубе, вскочил на ноги, увернулся от удара подскочившего сбоку богатыря с разбитым носом, и помчался по палубе к носовой надстройке. Пираты, заревев от ярости бросились за ним. Но тут одного из них поразила в бедро невесть откуда упавшая стрела - не иначе, пущенная на удачу навесом с нортманского морского разбойника. Раненный пират закричал. Разбойники смешались. А с кормы из-за щита тем временем выглянул поп Окассий, и рыкнул как дикий медведь, случайно разбуженный посреди зимовки, кричит на охотников. Все эти разнонаправленные события смутили пиратов, они замялись, вертя головами, и остались у кормы. За Федором же грузно побежал один лишь горбоносый богатырь со щитом и секирой. Разбитый дубинкой Федора, нос богатыря был сворочен набок, и это подогревало его к мести.

Федор слышал за спиной топот ног в сандалиях, и сопение в сломанном носу преследователя. Природно быстрый, к тому же не отягощенный в отличие от пирата кольчугой и оружием, он оторвался, особенно на крутой лестнице, взлетел вихрем на носовую надстройку, подбежал к двери своей каюты и... дернув ручку, обнаружил, что дверь заперта на засов.

– Парфений!
– Завопил Федор во всю глотку, дергая ручку.
– Отпирай!

– Кто там?
– Испуганно отозвался глухой голос священника.

– Федор!
– Рявкнул гвардеец, видя, как по лестнице к нему быстро поднимается богатырь с секирой - Отпирай, немедля, чтоб тебя мать не рожала!..

Надо отдать Парфению должное, - хоть Федору с испугу и показалось, что прошло года три, тот отпер сразу и без лишних вопросов. Федор проскользнул внутрь каюты, мимо бледного как мел лица святого отца, развернулся схватился за ручку, захлопнул дверь, и... дверь не закрылась. В щели между дверью и косяком торчало лезвие секиры. Снаружи раздался рев мстительного богатыря.