Чтение онлайн

Но прискорбно то, что эту немудрящую побасёнку всерьез восприняли даже солидные советские академики от истории, утверждавшие, что мысль о вступлении в войну на стороне Антанты возникла у американского капитала лишь в ходе самой войны, неблагоприятно складывавшейся для Антанты, и что президент Вильсон, мол, тоже лишь постепенно проникался этой идеей...

Вильсон был доверенным лицом непосредственно промышленно-финансовых магнатов, а доверенным лицом Вильсона (хотя, впрочем, и магнатов тоже) считался полков ник Эдвард М. Хауз - личный эмиссар президента в Европе в 1914-1916 годах.

Вильсон отправил Хауза за рубеж весной предвоенного года с миссией ответственной и деликатной. Официально провозглашалось, что задача Хауза предупредить вооруженное столкновение. Фактически он должен был провести инспекцию готовности европейских держав к войне. Начать ее в случае их готовности было делом техники.

Уже в мае 1914 года Хауз писал Вильсону: "Наибольшие шансы для мира это достижение согласия между Англией и Германией, с другой стороны, для нас было бы несколько хуже, если бы обе эти державы слишком сблизились". Впоследствии архив Хауза был издан, но все самое существенное осталось, конечно, лишь в "архиве" всеведущего Господа Бога.

Первое издание Большой советской энциклопедии называет Хауза "Гаузом" и пишет о нем, как об "одном из интереснейших деятелей США во время президентства Вильсона".

Техасский помещик, родившийся в 1858 году, полковник техасской милиции, он начинал как железнодорожный деятель, подобно Витте. "Сам Гауз не стремился к занятию каких-либо официальных должностей, довольствуясь ролью организатора и закулисного советчика... При непосредственном участии Гауза составляется кабинет нового президента и проводится в жизнь ряд важных финансовых законопроектов. Основные интересы Гауза лежали, однако, в области внешней политики"...
– на писано в 1-м издании БСЭ.

БСЭ сообщает также, что Хауз выступил "негласным по средником" в деле обеспечения нефтяных интересов США и Англии в Мексике, что он "заявил себя сторонником активного вступления США в мировую политику" и что "его называли негласным компаньоном ("silent partner") Вильсона".

Не знаю как вам, а мне эта характеристика кого-то до боли напоминает. Не барона ли Гольштейна? И случайным ли было такое сходство? Что до меня, то я убежден - нет, не случайным...

И Гольштейн, и Грей, и Хауз были схожи личностно. И поэтому их хозяева отводили им схожую - в силу их "серокар-динальских" черт натуры - роль.

Весной 1914 года, занимаясь негласной подготовкой войны, Хауз навестил Старый Свет. Порой задерживаясь в Пари же, он курсировал между Берлином и Лондоном, потому что без Лондона (это в Штатах понимали хорошо) войны не было бы. Так что тут нужен был глаз да глаз.

Добираться до России нужды не ощущалось - с ней проблем не было.

В Берлине же Хауз помогал английским партнерам американского капитала вводить в заблуждение кайзера относительно нежелания Англии ввязываться в европейскую континентальную распрю.

Между прочим, позже в своих якобы дневниках Хауз поведал, что, мол, в разговоре с ним 1 июня кайзер доверительно предлагал США и Англии объединиться против "русских полуварваров" и воевать их аж до Сибири... И ведь что обидно - даже у нас нашлись люди, готовые Хаузу поверить!

В Лондоне Эдуард Хауз действовал в активном согласии с сэром Эдуардом Греем. Обычно нелюдимый и мрачный, Грей с Хаузом был внимателен и, по признанию последнего, неизменно "очаровывал" его.

Близкий одно время к Вильсону, Уильям Буллит сообщает, что Эдуард Хауз питал к Эдуарду Грею "почти сыновнее доверие". Если учесть, читатель, что Грей был на четыре года младше Хауза, факт подобной "любви" оказывается странным. Впрочем, оба были людьми "голубой крови", так что и "голу бая" родственность натур не исключалась.

Странным выглядело и другое. 1 июня 1914 года Хауз действительно имел беседу с кайзером о желательности европейского взаимопонимания и мира.

Кайзер проект одобрил, и полковник отправился в Англию. Путь недлинный, но с Греем личный представитель президента могущественнейшей державы встретился (официально, во всяком случае) лишь 17 июня, причем "безрезультатно". 28 июня в Сараево убит Франц-Фердинанд. А 3 июля Грей якобы передает Хаузу - почему-то через молодого дипломата Тиррела, что собирается сообщить кайзеру о мирных намерениях Англии.

В Лондоне был нормально аккредитован посол Германии князь Лихновски, имевший, естественно, шифрованную телеграфную связь с Берлином. В Европе начинает "пахнуть грозой", и заокеанскому "миротворцу" нужно бы торопиться. Однако вместо того чтобы быстро известить кайзера о настроениях Англии через Лихновски, Хауз лишь... 7 июля пишет в Берлин письмо, попадающее в руки Вильгельма уже после австрийского ультиматума Белграду, то есть после 23 июля.

А через неделю начинается война. "Миротворческая" миссия себя оправдала. Через три дня после начала европейской бури - 4 августа - Вильсон провозглашает нейтралитет Соединенных Штатов и начинается прогрессирующее "объединение кошельков". Причем, вопреки принципу со общающихся сосудов, по ту сторону атлантических вод они наполняются, а по эту - опустошаются.

За время войны Хауз побывал в Европе еще несколько раз, и каждый раз с "посредническими" миссиями, а вернее с новыми инспекциями теперь уже хода войны.

"Посредничал" полковник между англо-французами и немцами по тому же принципу, по которому сам сэр Эдуард Грей "посредничал" между немцами и русскими накануне 1 августа 1914 года. То есть вначале Вильсон через Хауза предлагал созвать мирную конференцию, угрожая в случае отказа Германии вступлением в войну США, а потом прикидывался колеблющимся и заявлял: "Мы, вероятно, посту пим именно так, но...".

Подстегнутые этими "вероятно" и "но...", немцы войну продолжали, а англичане стремились добиться военной победы, до того как США смогут рассчитывать на свою долю не только в качестве кредитора и военного поставщика Антанты, но и в качестве прямого ее союзника.

Америку это устраивало - опоздать она не очень-то боялась. США уже достаточно хорошо контролировали Европу, а Хауз здесь играл роль полномочного папского легата, соединяющего частные усилия посольств, миссий и агентств в одно целое.

Собственно, никогда не нюхавший армии "полковник" от носился, повторяю, к "бойцам" той же "когорты", в рядах ко торой служили и Гольштейн, и тезка Хауза - Грей. Второе имя голубоглазого блондина голландско-британского происхождения было "Мандель", а получил он его в честь ближайшего друга отца - еврея-коммерсанта из Хьюстона. Итак, проеврейские симпатии были обеспечены мальчику с колыбели.

Существенно и то, что зятем и советником Эдуарда-Манделя стал именно еврей доктор Сидней Мезес - автор ранних планов создания мирового сверхправительства и директор организации "Исследование", готовившей материалы для Вильсона и американской делегации на будущих "мирных" переговорах.