Чтение онлайн

Точного определения социалистической ориентации в документах не было, но все они сходились на том, что это переходная форма от докапиталистических обществ к социалистическому. В энциклопедическом справочнике «Африка» говорилось, например, что «социалистическая ориентация, некапиталистический путь развития – это начальный этап общественного прогресса в направлении к социализму в странах, где народ отвергает капитализм как систему, но условия для социалистической революции и строительства социализма еще отсутствуют» [31] .

С течением времени советские исследователи стали различать страны социалистической ориентации первого поколения (Гана, Гвинея, ДРК, Танзания и т. д.) и второго (Эфиопия, Ангола, Мозамбик). В странах социалистической ориентации второго поколения у власти должны были стоять лидеры, считавшие основой своей политики научный социализм [32] .

Совещание коммунистических и рабочих партий 1960 г. определило, что классовой основой некапиталистического развития является «единый национальный демократический фронт всех патриотических сил нации». Основа такого фронта – союз рабочего класса и крестьянства [33] . Руководить фронтом должен «блок всех прогрессивных, патриотических сил, борющихся за полную национальную независимость, за широкую демократию, за доведение до конца антиимпериалистической, антифеодальной, демократической революций», но победа его обеспечивалась «активным участием рабочего класса в национально-освободительной революции» [34] . Такой блок был назван «революционной демократией».

Сами революционные демократы называли себя так далеко не всегда. В 1972 г. издававшийся в Праге теоретический журнал «Проблемы мира и социализма» организовал дискуссию о некапиталистическом пути развития, в ходе которой представители правящих режимов тогдашних стран социалистической ориентации называли свои правительства «прогрессивными», «национально-патриотическими», «национально-демократическими» и т. д. [35] Авторы коллективной монографии «Африка: проблемы социалистической ориентации» писали, что революционная демократия – это прослойка, которая «выражает антиимпериалистические, антифеодальные, демократические и социалистические идеалы и устремления различных слоев трудящихся» в странах, «находящихся на докапиталистической или раннекапиталистической стадиях развития» [36] .

В документах Совещания коммунистических и рабочих партий 1960 г. утверждалось, что политической формой деятельности революционной демократии является государство национальной демократии. Государство национальной демократии – это «государство, последовательно отстаивающее свою политическую и экономическую независимость, борющееся против империализма и его военных блоков, против военных баз на своей территории; государство, борющееся против новых форм колониализма и проникновения империалистического капитала; государство, отвергающее диктаторские и деспотические методы правления; государство, в котором народу обеспечены широкие демократические права и свободы (свобода слова, печати, собраний, демонстраций, создания политических партий и общественных организаций), возможность добиваться проведения аграрной реформы и осуществления других требований в области демократических и социальных преобразований, участия в определении государственной политики» [37] .

Авторы монографии «Африка: проблемы социалистической ориентации» писали более определенно: «национально-демократическое государство – государство переходное к социалистическому типу». Они считали такое государство единственной политической формой социалистической ориентации [38] . В других случаях его называли «наиболее распространенной» политической формой социалистической ориентации (другой считалась, например, ливийская джамахерия) [39] .

Из приведенных определений очевидно, что по сути единственным осязаемым критерием «революционной демократичности» того или иного режима было его стремление проводить социалистическую ориентацию в жизнь. На практике признание того или иного государства страной социалистической ориентации зачастую определялось близостью его внешнеполитического курса к политике СССР и социалистического лагеря.

Определить классовое содержание революционной демократии оказалось сложно. Африканист Г. Б. Старушенко писал, например, что «в начальный период некапиталистического развития национальное демократическое государство выражает и интересы национальной буржуазии, во всяком случае антиимпериалистической ее части» [40] . «Революционные элементы национальной буржуазии» были названы – вместе с пролетариатом и крестьянством – среди демократических и патриотических сил, составляющих основу национально-демократического государства, и в коллективной монографии «Африка: проблемы социалистической ориентации» [41] . Р. А. Ульяновский придерживался сходного мнения. «Государство национальной демократии, – писал он, – … правильно определять как политическую власть широкого социального блока трудящихся, в том числе и растущего пролетариата, мелкобуржуазных слоев города и деревни и элементов национальной буржуазии, выступающих за прогрессивное социальное развитие с антиимпериалистических позиций» [42] .

К. Н. Брутенц, однако, полагал иначе. Он писал, что революционные демократы зачастую учитывают «устремления определенных кругов национального предпринимательства», а некоторые даже вводят представителей этих кругов в состав своей «социально-коалиционной базы и в ее политическое представительство». По его мнению, это могло повести к тому, что они сами начинали проводить политику, отвечавшую интересам буржуазии [43] .

Не внесли в эту проблему ясности и основополагающие партийные документы. На Совещании коммунистических и рабочих партий 1969 г. говорилось, например, что в освободившихся странах идет процесс внутреннего социального размежевания, причем характеризует его противоречие между «трудящимися массами» и «верхушкой национальной буржуазии» [44] . Остальная часть буржуазии при этом не упоминалась.

Конкретное содержание некапиталистического развития тоже было предметом оживленной дискуссии, и подход советских теоретиков к этому вопросу менялся с течением времени. «Содержание некапиталистического развития состоит в создании ускоренным, революционным путем материальных, научно-технических, социальных и политических предпосылок для строительства социализма», – говорилось в коллективной монографии «Африка: проблемы социалистической ориентации» [45] . Однако список реформ, которые должны были проводиться в странах социалистической ориентации, постоянно уточнялся. Авторы энциклопедического справочника «Африка» считали, например, что в странах социалистической ориентации «проводится курс на ликвидацию экономического и политического господства империалистических монополий и транснациональных корпораций, а также внутренней реакции – феодалов, племенной знати и проимпериалистической буржуазии; укрепляется государственный сектор – экономическая основа социалистической ориентации; поощряется кооперативное движение в деревне; осуществляются прогрессивные аграрные реформы, направленные на ликвидацию феодальной собственности, на создание условий для развития общественного сектора в деревне… Постепенно вводится планирование, внедряются другие институты социалистической экономики» [46] .

Другие авторы добавляли к этим признакам «систематическое повышение жизненного уровня трудового народа» и «создание надежного аппарата защиты революционных завоеваний от внутренних и внешних врагов» [47] . Важными признаками социалистической ориентации считались, с одной стороны, «независимая» внешняя политика, с другой – «экономическое, политическое и культурное сотрудничество с социалистическими странами» [48] . Во всех теоретических работах о соцориентации, как и в документах КПСС, подчеркивалось, что для ее успешного осуществления важны руководящая роль пролетариата, как своего, так и международного, и союз с социалистическими странами [49] .

Анализ конкретной ситуации в разных странах социалистической ориентации показывал, однако, что далеко не весь набор этих признаков существовал в каждой из них. Некоторые лишь декларировали намерение проведения социалистически ориентированных преобразований, другие не делали и этого, но проводили дружественную по отношению к СССР политику. По словам авторов коллективной монографии «Африка: проблемы социалистической ориентации», «… признание государства страной социалистической ориентации» было «подобно дипломатическому признанию» [50] , т. е. зависело от того, захочет ли Советский Союз признать его таковым. Практику же или подгоняли под теорию, выдавая желаемое за действительное, или попросту игнорировали.

Последние труды по соцориентации были опубликованы в середине 80-х годов прошлого века, но разочарование в ней началось в конце 1970-х. Даже создатели этой теории не могли не видеть, что, придя к власти, «национальные демократы» отнюдь не всегда спешили строить социализм в своих странах и, более того, иногда расправлялись с коммунистами, пытавшимися вести свою линию (как это произошло в Ираке и Египте, например). Те же, кто пытался следовать теории, делали это иногда такими методами, которые только компрометировали советскую пропаганду их «достижений». К тому же к концу 1970-х годов стало очевидно, что поддержка национально-освободительных движений, особенно военная, ставит под удар политику разрядки и возможность мирного сосуществования с Западом, а к большой войне СССР был не готов.