Чтение онлайн

Н. Н. Зинин (открывший в 1842 г. анилин).

В области русской живописи при Александре I {151} наиболее выдающимся художником был Венецианов (ум. в 1847 г.), "отец русской бытовой живописи". При Николае I выдающимися художниками "классической" или "академической" школы были К. П. Брюлов (1799-1852) (его известные картины: "Последний день Помпеи" и "Нашествие Гензериха") и Ф. А. Бруни (1800-75) ("Медный змий"). Отклоняется от классической традиции А. А. Иванов (1806-58) в картине: "Явление Христа народу", над которой он работал 20 лет (1836-57). В стиле свободного бытового и юмористического жанра пишет свои картины

П. А. Федотов ("Сватовство майора" и др.).

В области духовной музыки в первой половине XIX в. является ряд видных композиторов: Д. С. Бортнянский (1751-1825),

П. И. Турчанинов (1779-1856), А. Ф. Львов (1798-1870). В области светской музыки далеко возвышается над всеми Мих. Ив. Глинка

(1804-57), творец опер "Жизнь за царя" (1836) и "Руслан и Людмила" (1842). В это время начинает свою творческую деятельность

А. С. Даргомыжский (1813-69) (его опера "Эсмеральда" была поставлена в 1847 г., "Русалка" в 1856 г.).

{152}

6. Церковь.

Со времени Петра Великого русская церковь находилась под управлением "Святейшего Синода" (коллегии из нескольких епископов), а сам Синод находился под наблюдением обер-прокурора, назначаемого царем в качестве "ока государева". Власть и влияние обер-прокурора св. Синода в церковном управлении постепенно возрастали и из наблюдателя "дабы Синод в своем звании праведно и нелицемерно поступал" (как предписывала ему инструкция Петра Великого), обер-прокурор становится как бы министром церковных дел. При этом государи первой половины XIX в. (и Александр I и его преемник), не довольствуясь наблюдением обер-прокурорского ока, весьма внимательно наблюдали за церковной жизнью своими собственными очами, и в результате имело место постоянное вмешательство правительственной власти в церковные дела - правительство стремилось регулировать и контролировать все стороны церковной жизни и церковного управления, - начиная с архитектурного стиля православных храмов. В начале николаевского царствования министерством внутренних дел была издана книга "Собрание планов, фасадов и профилей для строения каменных церквей", которая должна была служить обязательным образцом и руководством при постройке новых церквей.

Царское око в это время оценивало "благовидность церковных зданий", а царский слух оценивал благолепие церковного пения, и по этому поводу следовал ряд соответствующих указов и распоряжений, регулировавших вокальную сторону богослужения (14-го февраля 1816 г. был издан синодский указ (вследствие "именного", т. е. царского указа) "о неупотреблении в церквах для пения рукописных нот и о печатании нотных книг известных сочинителей с одобрения директора придворного певческого хора, действительного статского советника Бортнянского".
– В 1833 последовал синодский указ "о введении в церквах круга церковного пения, употребляемого в придворных церквах": "Г. министр императорского двора сообщил г. синодальному обер-прокурору, что Государь Император, желая чтобы церковное пение везде согласовалось с придворным напевом, высочайше повелеть соизволил: предложить святейшему Синоду о предписании епархиальным архиереям снабдить сими нотными книгами вверенные им епархию.).

{153} Император был верховным покровителем церкви, светское правительство следило за целостью церковной паствы и за исполнением православными обывателями их религиозных обязанностей. Отпадение от православия было запрещено законом, исполнение религиозных таинств и обрядов было обязательным - традиционной формулой письменных показаний было выражение "...имярек, вероисповедания православного, у исповеди и св. Причастия бываю ежегодно".

Полиции предписывалось следить за соблюдением в церквах, во время богослужений, должного порядка, благочиния и тишины, за нарушение которых полагался штраф или арест (от 3 до 7 дней).

Местное церковное управление в XIX в. было организовано на тех же бюрократических началах, как и светское. Каждая епархия соответствовала губернии. Государь назначал епархиальных архиереев (по представлению Синода), а с конца XVIII в. стал награждать их орденами (наравне со своими министрами, губернаторами и генералами). Архиерей назначал приходских священников и управлял "вверенной ему" епархией посредством "духовной консистории", церковно-бюрократического учреждения, ведавшего всё "духовное сословие", а по некоторым делам (брачным и бракоразводным) и мирян. Высочайше утвержденный (27 марта 1841 г.) устав духовных консисторий подробнейшим образом регулировал их судебно-административную деятельность. Старые традиции общественно-приходской жизни и выбора мирянами приходских священников были в эту эпоху совершенно забыты, и духовенство в синодский период превращается в замкнутое "духовное сословие".

{154} Должно отметить, что в конце XVIII и в начале XIX в. правительство принимает серьезные меры для поднятия образовательного уровня православного духовенства. В конце XVIII в. были открыты четыре духовных академии - в Петербурге, под Москвой (в Троице-Сергиевой лавре), в Киеве и в Казани.

30 авг. 1814 года были изданы уставы духовных школ, организовавшие систему духовных школ, параллельную системе светских учебных заведений: духовные академии соответствовали университетам, духовные семинарии в губернских городах соответствовали гимназиям, в уездных городах были (уездные) духовные училища.
– Получение специального духовного образования было сделано обязательным для приходского духовенства.

В 1840 году в России было около 31 тыс. православных церквей и 53 тыс. священников и диаконов (состав всего "духовного сословия" был, конечно, значительно больше). В то же время числилось 547 монастырей с 15 тыс. монашествующих (и послушников) обоего пола (Милюков, Очерки, II, 169).

Тогда как образовательный уровень приходского духовенства, несомненно, поднялся, его материальное положение, в большинстве случаев, было недостаточно обеспечено; это вынуждало священников повышать плату за требы, что возбуждало, конечно, недовольство населения, особенно крестьянского. В помещичьих селениях священники находились в полной зависимости от помещиков, которые, зачастую, обращались с ними пренебрежительно и грубо, и тем подрывали их авторитет в глазах крестьянского населения.

Великая община русской православной церкви, соприкасаясь с другими религиозными организациями, имела в первой половине XIX в. успехи в некоторых областях, испытывала потери в других. Число православных в Сибири и на Дальнем Востоке увеличивалось благодаря деятельности православных миссионеров среди туземного населения.

Далее, среди части старообрядцев обнаружилось стремление к соглашению с "синодальной" церковью, и около 1800 г. возникло т. наз. "единоверие": старообрядцы "единоверцы" признавали иерархию и догматы синодальной церкви, а взамен получали {155} священников, обязанных служить согласно со старыми книгами и обрядами.

– Наибольшим успехом для православной церкви было совершившееся в 1839 году воссоединение с православием западнорусских униатов; собор униатских епископов, во главе с митрополитом Литовским Иосифом Семашко, состоявшийся в Полоцке в 1839 г., постановил просить о присоединении "к прародительской православной всероссийской церкви", и Синод, с дозволения государя, принял униатскую церковь в "полное и совершенное общение" с православною церковью и "в нераздельный состав церкви Всероссийския".

С другой стороны, некоторая часть православного населения отпадает от церкви в старообрядчество или в разные секты (каковыми были хлысты, скопцы, молокане, духоборы, меннониты). Определить, хотя бы с некоторою точностью, количество отпавших от церкви в сектантство не представляется никакой возможности, ибо сотни и тысячи сектантов, опасаясь репрессий, сохраняли свою новую веру в тайне, оставаясь, по внешности, членами господствующей православной церкви.

Отношение к сектантству со стороны власти, светской и церковной, было совершенно различным при Александре I и при Николае. При Александре правительство проявляло полную религиозную терпимость, и никаких преследований сектанты не испытывали (Глава скопческой секты Кондратий Селиванов в начале XIX в. проживал в Петербурге, виделся с самим царем, принимал у себя знатных вельмож.