Чтение онлайн

Однако египетский паша не решился вступить в войну с императором Всероссийским, {192} да и турецкий султан не очень хотел надолго задерживать своих русских гостей в Константинополе, и потому он поспешил заключить мир со своим непокорным египетским вассалом (уступив ему Сирию во временное владение). В это время (летом 1833 года) имп. Николай прислал в Константинополь в качестве своего "чрезвычайного и полномочного посла" ген. Орлова, который заключил с султаном Ункиар-Искелесский союзный договор (названный так по имени долины, в которой был расположен лагерь русских войск под Константинополем).

Согласно этому договору (заключенному на 8 лет) Турция обязывалась закрыть Дарданелльский пролив для иностранных военных кораблей и ненарушимо исполнять все постановления прежних мирных трактатов, а Россия обязывалась, по просьбе Султана, оказывать ему помощь морскими и сухопутными силами. Через два дня по заключении договора русский флот и транспорты с войсками вышли из Босфора в Черное море. ("Его Величество Султан Турецкий, в воспоминание пребывания в Босфоре вспомогательного отряда Российских войск, прибытием коего отвращена была чрезвычайная опасность, угрожавшая Порте", пожаловал, "в ознаменование сего события", особые медали всем чинам русского отряда, офицерам золотые а нижним чинам - серебряные (11 ПСЗ, VIII, 6325).).

Ункиар-Искелесский договор вызвал, конечно, неудовольствие, зависть и недоверие в европейских столицах, особенно в Париже и Лондоне, и "морские державы" (т. е. Англия и Франция) немедленно заявили протест против договора, а их дипломатические представители в Константинополе принялись работать изо всех сил, чтобы парализовать, или хотя бы ослабить русское влияние в Турции, что им в значительной мере и удалось.
– В 1839-м году, между Турцией и Египтом снова началась война. Однако теперь дело Турции взяли в свои руки уже все главные европейские державы: летом 1840 года в Лондоне между Англией, Австрией, Россией и Пруссией с одной стороны, и Турцией - с другой, была заключена конвенция, по которой европейские державы согласились совместно поддерживать "целость и независимость Оттоманской империи в интересах упрочения европейского {193} мира" и, в случае надобности, силой принудить Мегмета Али к примирению с султаном; конвенция постановляла далее, что проход через Босфор и Дарданеллы должен быть запрещен военным судам всех иностранных держав.

Франция, которая сначала стояла на стороне египетского паши, в следующем году присоединилась к "концерту" великих держав и летом 1841 года в Лондоне была подписана вторая конвенция, того же содержания, но уже всеми пятью великими европейскими державами.
– Таким образом Россия утеряла свое преобладающее влияние в Турции, и "концерт" великих европейских держав принял на себя гарантию целости и независимости Турецкой империи, - а "первую скрипку" в европейским концерте играла теперь Англия.

Революционные события в Европе в 1848-49 гг. и позиция, занятая Николаем I в качестве защитника старого порядка, еще более углубили пропасть между Россией и западными державами.

В связи с общим революционным движением в Европе, в Дунайских княжествах в 1848-49 гг. также происходили волнения. По соглашению русского императора с турецким султаном, в княжества вступили для восстановления "порядка и спокойствия" русские и турецкие войска (которые очистили княжества в 1851 году).

В 1849 году Николай послал русские войска для подавления венгерской революции и восстановил готовую распасться Австро-Венгерскую монархию. Результатом его чрезмерного легитимизма было то, что Австрия через четыре года "удивила весь мир своей неблагодарностью" (по тогдашнему выражению), а Россия заслужила себе славу "европейского жандарма" и ненависть не только революционных, но и либеральных европейских кругов.

Во Франции из революции 1848 года вырастал новый император (сначала избранный президентом республики) - Людовик-Наполеон (племянник Наполеона I), превратившийся в декабре 1852 года в императора Наполеона III. Николай I встретил своего нового коллегу по императорству весьма неприязненно, и никак не соглашался называть его в дипломатической переписке своим "братом", что весьма его обижало.
– С другой стороны, новоиспеченный французский император {194} стремился как можно скорее осветить и укрепить свою империю блеском военно-дипломатических успехов; он вспомнил, в частности, о том, что прежние французские ("христианнейшие") короли пользовались правом покровительства римско-католическому исповеданию во владениях Оттоманской империи, - и решил снова выступить покровителем католиков на Востоке.

По его настоянию, турецкое правительство отняло у православных ключи от Вифлеемского храма и отдало их католикам. Эта победа "латинян" вызвала возмущение и протесты православного населения и духовенства, которое обратилось с жалобами к русскому императору, как покровителю и защитнику православия в турецких владениях. Этот знаменитый "спор о ключах", при своей кажущейся незначительности, был, однако, "каплей, переполнившей чашу", ибо обладание Вифлеемской святыней имело в глазах Востока большое символически-религиозное значение, и потеря "ключей" была ущербом для значения православия в Турции и умалением престижа и влияния его верховного покровителя - императора Всероссийского.

Николай решил восстановить и укрепить свое право покровительства православной церкви и православному населению в Оттоманской империи и в начале 1853 года послал в Константинополь своего чрезвычайного посла князя Меньшикова для заключения соответственного договора с султаном. Однако турецкое правительство, опираясь на советы и обещания послов западных держав (особенно английского посла, игравшего в Константинополе роль главного советника по делам внешней политики), отказалось удовлетворить требования русского правительства, и Меньшиков, объявив дипломатические отношения прерванными, покинул Константинополь.

В мае 1853 года Николай приказал русским войскам вступить в Дунайские княжества, заявляя при этом, что он не намерен начинать войну с Турцией, а хочет лишь "иметь в руках наших такой залог, который бы во всяком случае ручался нам в восстановлении наших прав".
– Турция потребовала вывода русских войск из Дунайских княжеств и обратилась к западным державам с просьбой о помощи; в октябре английская и французская {195} эскадры пришли в Мраморное море, и Турция объявила войну России.

В ноябре 1853 года русская черноморская эскадра (под командой адм. Нахимова) уничтожила турецкий флот в битве у Синопа, а кавказская армия одержала победу над турками под Башкадыкларом. Теперь война с западными державами становилась неизбежной. В феврале 1854 года английский и французский флоты вошли в Черное море, а в марте английское и французское правительства объявили России войну, для защиты их союзника, султана турецкого, от русской агрессии.

– Николай, с своей стороны, заявил: "Мы не искали и не ищем завоеваний, ни преобладающего в Турции влияния, сверх того, которое по существующим договорам принадлежит России -... Россия сражается за веру христианскую и защиту единоверных своих братии, терзаемых неистовыми врагами" (В английском парламенте при обсуждении ответного адреса на послание королевы об объявлении войны (31 марта 1854 г.) лорд Кларендон, в декларации от имени правительства, заявил в палате лордов, что Россия стремится к захвату Константинополя и что осуществление ее планов означало бы не только гибель Турции, но и потерю независимости многими странами Западной Европы, и потому эта борьба "есть борьба за независимость Европы, борьба цивилизации против варварства".
– При обсуждении вопроса в Палате общин депутат от Манчестера Брайт подверг восточную политику правительства обстоятельной критике; он вообще не усматривал надобности в том, чтобы клонящаяся к упадку магометанская империя поддерживалась силою французских штыков и английского флота; по его мнению, было бы гораздо более желательно, чтобы христианское население Турции, далеко превосходящее турок по числу, могло бы образовать на Балканском полуострове свободное христианское государство.
– С резкими возражениями Брайту выступил, от имени правительства, виконт Пальмерстон, который заявил, в частности, что разрозненное и разноплеменное христианское население Балканского полуострова не способно образовать порядочное государство, и что турецкая власть необходима для сохранения единства и независимости этих земель. В 1821 году, во время греческого восстания, Меттерних призывал русского царя спасать европейско-турецкую цивилизацию от греков. Теперь английские лорды призывали всех спасать европейско-турецкую цивилизацию от русско-славянского "варварства"...).

{196} Величайшим разочарованием для Николая I было то, что к врагам России - Турции, Англии, Франции (и королевству Сардинскому) присоединилась и Австрия, только что спасенная им от распадения на куски. Австрийское правительство ультимативно потребовало от Николая гарантии неприкосновенности турецких владений и очищения занятых русскими дунайских княжеств. Николай вынужден был уступить, - Молдавия и Валахия были очищены русскими войсками и заняты австрийцами и турками. Кроме того, Австрия сосредоточила на русских границах стотысячную "обсервационную" армию; в виду угрожающего положения, занятого Австрией, Николай должен был также оставить на австрийских границах большую армию, которая таким образом не могла принимать участия в военных действиях против западных союзников.