Чтение онлайн

Самая младшая из сестер Альберта, Алиса, дожила до 1922 года. Она (так же как и лорд Натти) была одной из наиболее выдающихся индивидуальностей, порожденных Домом Ротшильдов. Алиса так и не вышла замуж (а это среди женщин Ротшильд еще большая редкость, чем среди Ротшильдов-мужчин). Возможно, причиной послужило то, что Алиса была ошеломляюще независима как финансово, так и интеллектуально и духовно и роль жены ей не подходила. Да и где было найти мужчину достаточно мужественного, чтобы совладать с женщиной, сумевшей внушить почтительный страх самой Виктории, королеве Англии?

Прежде чем представить вниманию читателей описание этого легендарного подвига Алисы, следует кратко обрисовать обстоятельства ее жизни. Алиса унаследовала от австрийских Ротшильдов огромное состояние, куда в том числе входил и Ваддесдон-Холл, принадлежавший Ферди. В этом имении Алиса содержала множество садов и парков, но, в отличие от Жюли, она создавала свои шедевры садоводческого искусства на фоне грубой природы.

Побывав однажды в гостях у Ротшильдов в Ваддесдоне, королева Виктория так полюбила это место, что каждый раз, приезжая на юг Франции, она наведывалась к Алисе. Королеву встречали по-царски. Во время приготовлений к августейшему визиту Алиса выкладывалась сама и заставляла выкладываться других. Она пребывала в состоянии тихой – а иногда и не очень тихой – ярости. Самое яркое описание этих приготовлений дала в своих мемуарах леди Баттерси (урожденная Ротшильд):

«…Алиса исходила окрестные холмы вдоль и поперек, отдавая распоряжения начальнику полиции, королевскому кучеру, лесникам и рабочим. Она была подобна Наполеону перед битвой. Она захотела сделать королеве сюрприз и приказала сравнять и расширить дорогу – и всего за три дня! Причем надо было возвести небольшие стены, убрать огромные камни, засыпать ямки щебнем…»

Алиса не знала неудач – ей всегда удавалось порадовать королеву новым, созданным специально для нее ландшафтом. Она устраивала своей августейшей подруге изящные сюрпризы – например, цветочный дождь. Когда женщины проходили мимо спрятавшейся среди зелени виллы, из потайного окна их осыпали цветами. Во время этих благословенных прогулок почтенная дама превращалась в жизнерадостную девочку-подростка, какой она была лет сорок пять тому назад. Все было прекрасно – всегда, – но однажды августейший каблук (ненароком) ступил на только что созданную клумбу.

– Немедленно уйдите оттуда! – громовым голосом скомандовала баронесса Ротшильд королеве Англии и императрице Индии.

Королева подчинилась. Дружба выдающихся женщин выдержала это испытание, но теперь Виктория называла баронессу не иначе как «Наша Всемогущая». Это прозвище сохранилось за Алисой до конца ее дней.

Но разве все Ротшильды не были, в самом деле, «всемогущи» и «вечны»? Флаги с гербами Семейства развевались на башнях самых прекрасных замков Европы. И казалось совершенно невозможным, что когда-нибудь они будут спущены.

Читатель, имеющий склонность к математике, безусловно, заметил, что в предыдущих главах речь шла о трех банках Ротшильдов – лондонском, парижском и венском, а пятеро братьев-основателей создали пять банкирских домов. Таким образом, к началу XX века мы подошли с дефицитом в два банкирских дома.

Их исчезновение не сопровождалось никакими судорожными изменениями – все шло естественным путем. Эти два здания, построенные Ротшильдами на землях, ставших враждебными, были демонтированы так же умело и эффективно, как поддерживались три оставшихся. В 1861 году армия Гарибальди подняла восстание на юге Италии. Королевство Двух Сицилии стало частью объединенной Италии. Банк Ротшильдов в Неаполе закрылся – там больше не было монарха, которого необходимо было снабжать деньгами. Адольф, сын основателя банка, Карла, не вел бизнеса с особами менее значимыми, чем монархи. Он последовал за королевской семьей во Францию, где сразу же проявились различия между двумя изгнанниками. В Париже король стал экс-королем, а Ротшильд по-прежнему был Ротшильдом. Его изгнание было не менее величественным и благородным, чем его пребывание на родине. Австрийская императрица (которая вскоре стала близкой подругой жены Адольфа, Жюли) была только одной из множества знатных особ, ставших завсегдатаями его резиденций.

Детей у Адольфа не было – у брата Вильгельма было трое, у Майера – семеро, у Адольфа – ни одного. Но все десятеро – о, ужас! – были девочками. В этом женском засилье и крылись причины исчезновения итальянской ветви, точно так же, как и германской.

Франкфуртский дом прекратил свое существование со смертью Амшеля, которому также не было дано потомства. Бразды правления он передал своей неаполитанской родне, где мальчиков было в избытке. Во главе Франкфуртского банка встали братья Адольфа, Вильгельм и Майер. Майн, на берегах которого патриарх Майер Амшель произвел на свет пятерых титанов, кажется, стал проклятием для нового поколения. У франкфуртских Ротшильдов рождались девочки, девочки и только девочки. Отсутствие сыновей иссушило души Майера и Вильгельма точно так же, как когда-то душу их дяди Амшеля. Как и он, эти двое спрятались от жизни в религии (прежде чем пожать кому-нибудь руку, Вильгельм выяснял, не прикасался ли этот человек накануне к свинине); кроме того, их страстью было коллекционирование (Майер собирал художественные изделия из серебра, а Вилли – книги. И коллекция и библиотека стали одними из самых больших частных собраний мира). Что касается обязанностей, связанных с банком, братья выполняли их чисто автоматически, из чувства долга. Зачем нужен банк, если его некому передать?

Правительство в Берлине создавало разнообразные стимулы для активизации банка. Кайзер только что образованного рейха жаждал получать от процветающего Банка Ротшильдов такие же выгоды, как и другие европейские державы. Майера сделали членом германской палаты лордов. Бисмарк забыл об унижениях, которым его подверг дворецкий Ротшильдов в Ферье, и сделал несколько попыток привлечь молодых Ротшильдов из других столиц. Но Семейство трудно было ввести в заблуждение. Зачем обещать луну тому, у кого она уже есть? У франкфуртских Ротшильдов по-прежнему не было мужского потомства, заграничные Ротшильды по-прежнему не желали приезжать в Германию. Неизбежное свершилось.

В 1886 году Майера нашли мертвым – он сидел за столом, уронив голову на сводки счетов. В январе 1901 года предали земле Вильгельма. Через три месяца Эдмонд (зять Вильгельма) и Натти (зять Майера) разослали всем друзьям и клиентам историческое уведомление:

«В соответствии с возложенными на нас обязанностями мы с глубоким сожалением сообщаем, что в связи с кончиной барона Вильгельма Карла фон Ротшильда Банкирский дом «М.А. фон Ротшильд и сыновья» подлежит ликвидации. Ликвидаторами являются 1) досточтимый Натан Майер, лорд Ротшильд, Лондон и 2) барон Эдмонд де Ротшильд, Париж».

Вот и все.

Правда, к рассказу о Франкфуртском доме можно добавить еще два факта.

Первый касается фамилии Ротшильд, которая сохранилась во Франкфурте вплоть до прихода Гитлера к власти. Минна, младшая дочь Вильгельма, вышла замуж за Максимилиана фон Гольдшмидта и в качестве приданого принесла своему супругу не только огромное состояние, но и магическое имя. Вплоть до своей кончины Максимилиан носил фамилию Ротшильд-Гольдшмидт.

Второй связан с кайзером. Посол Франции в Берлине записал в своем дневнике, что в апреле 1908 года среди лазурных вод Средиземного моря произошла любопытная встреча. В бухте Палермо стали на якорь две яхты, огромный и величественный «Гогенцоллерн», принадлежащий кайзеру Вильгельму, и яхта «молодого Ротшильда» (скорее всего, это был Эдуард, сын Альфонса). С яхты кайзера раздался приветственный сигнал, и вскоре после этого молодой барон ступил на палубу «Гогенцоллерна». Кайзер его тепло приветствовал и сразу перешел к делу. Он предложил одному из Ротшильдов вернуться в «фатерланд». Кайзер говорил о величии Семейства и о том, какую пользу оно приносит странам, в которых обосновалось. Он уверял молодого Ротшильда в полном отсутствии у него каких-либо расовых или религиозных предубеждений. Он обещал также не допускать проявлений расовой или религиозной непримиримости в парламенте. Он уверял, что возрожденный банкирский дом будет пользоваться в Германии всеми возможными преимуществами и далеко превзойдет банкирские дома Лондона, Парижа и Вены.

Несмотря на благоприятный случай и искреннюю доброжелательность кайзера, его предложение имело не больший успех, чем предложение Бисмарка. Члены лондонской, парижской и венской ветвей Семейства были слишком увлечены собственным блеском и наслаждениями, которые им дарил уходящий век. И так продолжалось до тех пор, пока не грянула война 1914 года.

Но никакие балы и приемы не могли задушить основной инстинкт Ротшильдов. Бисмарк называл его «абсурдным желанием оставить каждому из своих детей (обычно многочисленных) такое же состояние, как и то, которое они унаследовали сами».

Бизнес оставался бизнесом, и его продолжали вести оставшиеся три дома. В Англии банк «Н.М. Ротшильд и сыновья» инвестировал огромные суммы в индийские шахты, финансировал алмазный доминион Сесила Родеса в Южной Африке. Все банковские и кредитные операции в Южной Африке осуществлялись с помощью Дома Ротшильдов. Гигантский необработанный алмаз до сих пор лежит на каминной полке в Партнерской комнате в Нью-Корте, а банк по-прежнему поддерживает тесные контакты с «Де Бирс». Во Франции банк «Братья Ротшильд» инвестировал средства в производство электроэнергии, в строительство и эксплуатацию Средиземноморской железной дороги, открыли филиалы в Северной Африке. Банк «Братья Ротшильд» контролировал добычу нефти в Баку и в течение ряда лет был главным конкурентом рокфеллеровского треста. В Австрии банк «Ротшильд и сыновья» при помощи знаменитого 6 %-го «золотого» займа расширил сферу своего влияния на Венгрию. Банк «Кредитанстальт», созданный для борьбы с банком «Кредит Мобилье», превратился в гигантский филиал семейного банка и серьезную финансовую силу, действующую во всех уголках империи Габсбургов.