Чтение онлайн

– Мягко стелешь, – хмыкнул капитан. – Ладно, излагай.

– Так ты сам сказал – один из этих в МГИМО учился, значит, парень непростой, – пояснил Олег. – Да и остальные на гопников не тянут, явно из нормальных семей ребята были. Даже, скорее, таких, которые в полном порядке. И если все так, то их наверняка уже ищут. Матери небось и больницы все обзвонили, и морги – но московские, не областные. Вам-то не догадаются набрать.

– Ну да, – кивнул Моисеев. – Да и заяву точно накатали, три дня прошло.

– Не думаю, – доставая из кармана сигареты, качнул головой Олег. – Если я прав, то наверняка там люди будут связи подключать, скорее всего с Лубянки. МИД с ФСБ общается теснее, чем с Петровкой. Поднимут сводки, найдут четыре искомых фамилии – и все, уедут твои жмуры вместе с делом в златоглавую. Может, даже в приказ попадешь.

– Да не уедет никто никуда, – сплюнул Пашка. – Я ж их имена-фамилии в сводку не вносил. Михалыч, зараза, мне документы только на второй день отдал. Барахло всякое сразу, а их забыл, понимаешь! Так что сообщили мы про четыре неопознанных трупа убитых зверским образом. И журналистке, которая ко мне сюда приперлась, я тоже ничего на этот счет не сказал.

– Тогда да, в каком-то смысле фигня вышла, – согласился с ним Ровнин. – Но не сильно большая, потому что помочь тебе я все равно помогу. Не ради приличия или потому что добренький, а исключительно из-за того, что мужик ты нормальный и мент правильный.

– Трогательно, – притворно шмыгнул носом Моисеев и смахнул со щеки несуществующую слезу. – И как?

– Да просто. У меня знакомый один в неплохих чинах есть, – пояснил Олег, – а у него приятель на Лубянке служит. Ну как приятель? Сам понимаешь – ты мне, я тебе.

– Ну-ну. – В голосе Пашки появилась заинтересованность.

– Если мы правы, то либо одному, либо другому эти жмурики понадобятся, потому что такой шанс перед начальством лишний засветиться они не упустят. Наверняка ведь уже надлежащую задачу перед сотрудниками поставили.

– Кто доброй волей на себя «глухарь» повесит? – фыркнул капитан. – Ты чего?

– Да какой тут «глухарь»? – хохотнул и Ровнин. – Установка идет на розыск пропавших, они это и сделали. А поиски убийцы наверняка не на них повесят. С чего бы? Тут и подследственность другая, да и спецов станут подключать покруче. Скорее всего, вообще сводную группу решат сформировать, ту, которая под личным контролем министра внутренних дел трудиться станет. Так что ты мне документы терпил отксерь, а после…

– Отксерь, – с непонятным выражением лица произнес Моисеев. – Ну да.

– Чего не так? – уставился на него Олег. – Копир сломался?

А после он недоуменно уставился на оперативника, согнувшегося во внезапном приступе хохота.

– Вот видишь, Саня, – назидательно пояснил коллеге Ровнин через полчаса, когда их «девятка», привычно стуча мотором, отъехала от ОВД, – мы еще не так и плохо живем, оказывается, у нас ксерокс для всех, подходи и печатай, если бумага есть. А тут начальник сам решает, на кого ресурс тратить, а на кого не стоит.

– Так и правильно, – подумав, ответил Ольгин. – Нам так же надо сделать. А то Баженов в том месяце чуть картридж под ноль не извел, когда для какой-то очередной подружки ее диплом ксерил. А в нем сотня страниц, на минуточку! И еще орал, что так дешевле и быстрее, чем на принтере распечатывать.

– Хм, – озадачился Олег. – Я про это не знал. Может, ты и прав. О, давай, вон у того магазина тормозни!

– Так мы же только что поели? – удивился водитель, но требуемое выполнил. – Или ты домой чего решил купить?

– Сань, мы сейчас куда едем?

– К волкодлакам.

– А они где живут?

– В лесу, – ответил Ольгин, замер на мгновение, а после хлопнул себя ладонью по лбу. – А, ну да. Не сообразил.

– Вот и плохо, – пожурил его коллега. – Причинно-следственная связь – наше все. Но ты не расстраивайся, я и сам таким умным недавно стал, а до того косячил поболе твоего. Да и умный я больше так, для красного словца.

В небольшом магазинчике Ровнин купил кругляш серого хлеба, коробку рафинада и кило самых дешевых развесных конфет под названием «Дюшес». Подумав немного, добавил к этому продуктовому набору еще килограмм мятных пряников, затвердевших от времени настолько, что некоторыми при желании можно было гвозди забивать.

– В гости собрался? – полюбопытствовала у него продавщица, давая сдачу. – Бабку с дедом проведать?

– В каком-то смысле, – сунув деньги в карман и забрав пакет с покупками, ответил ей Олег. – Как без гостинца?

– А водка? – показала на витрину, заставленную бутылками, женщина. – На могилку и без «беленькой»?

– Ну, вот так. Непьющие мы.

Что характерно – и снова он не соврал, хотя правды всей, разумеется, не сказал. Лешего, которому предназначались купленные Олегом продукты, юношей точно назвать было никак нельзя, потому слово «дед» к нему отлично подходило. И водку он совершенно не употреблял, более того – пьяных сильно не жаловал, и если те попадались ему в лесу, особенно ночью, то он их запросто мог им веселую жизнь устроить. Например, дорогу загнуть так, что поддатый мужичок в самую чащобу забредет или, того хуже, к болоту вывести, с которого бедолага вовсе живым мог и не выйти. Там владения болотника и кикиморы, а у них характеры тяжелые, и людей они не сильно жалуют.

– Будем надеяться, что свернули там, где нужно, – выбравшись из машины, остановившейся около веселой березовой опушки, пробормотал Олег, оглядываясь. – Вроде все так, километр тот, который Морозов назвал.

– И название автобусной остановки совпало, – добавил Ольгин, снимавший «дворники» со стекла. – Блин, вот как бы машину нам тут не «разули», пока мы ходить станем.

– Да не видно ее особо с дороги вроде, – успокоил приятеля Ровнин. – К тому же если все пойдет как надо, ее точно никто не тронет. Все, перекуриваем – и в лес. Там, внутри, дымить нельзя, лесной Хозяин этого не любит.

Опыта в общении с лесными хозяевами, которых в народе называли лешими, а Павла Никитична кроме как лесовиками не именовала, у Олега было не то чтобы много. В городских парках они встречались редко, так как там никакой живности, кроме всесезонных бомжей, почти не осталось, а за пределы Москвы отдельские в последние годы выбирались нечасто, ибо у них в столице головной боли хватало с избытком. Но все же, что делать и как себя вести, он знал, потому что несколько встреч с этими существами у него в активе числилось.

– Вот нужный пенек, – сообщил Ровнин напарнику через пару минут после того, как они вошли в лес. – Ты, Саня, запомни – глубоко забираться никогда не нужно, лесной Хозяин быстро решает, по нраву ему гость или нет. Если вежливость проявил, слово уважительное сказал, то бояться тебе нечего. Кто с открытым сердцем приходит, того и в лесу, и в поле их хозяева почти всегда примут если и не радушно, то без злобы. А коли и подарком поклонишься, так, может, он и вовсе приветят.

Он достал из пакета продукты, разложил их на пне, отошел от него шага на три назад, земно поклонился и громко произнес: