Чтение онлайн

— Почему боги должны бояться Маму? Она велела мне пойти к брату Джону и передать ему послание! Это же всё, что она сделала, да и брат Джон ни капли не выглядел обеспокоенным!

— А из-за чего ему беспокоиться? Поскольку ты действительно прав, Ласка. Она сделала не так много. За все годы, что она здесь, она заботилась только о детях гавани. Кроме одного раза. Когда выбрала того, кто станет её священником.

— Ты имеешь в виду меня? — Ласка просто ошеломлённо смотрел на неё. — Ты же меня знаешь! Кто-то вроде меня не предназначен для священства! — Он больше не смог удержаться на стуле, вскочил и шагнул к окну, чтобы посмотреть на гавань. Один из новых, больших кораблей выводили из канала верфи охотничьи лодки, и после вчерашнего дождя всё выглядело свежевымытым. Он оглянулся на Марлу, которая по-прежнему спокойно и тихо сидела. — Ты, должно быть, ошиблась!

— Но ты знаешь, что она богиня? — спросила она.

— Она говорила что-то в этом роде. Я не воспринял это всерьез. Кроме того, кем она может быть? Я никогда не слышала о ней раньше!

— Потому что знаешь имена всех богов? — насмешливо спросила Марла. — Значит, этого не может быть? Прекрасная логика. Жаль только, что она споткнулась на первом же шаге.

— Но боги не разгуливают просто так по улицам! — запротестовал Ласка.

— И откуда ты это знаешь? — насмешливо спросила Марла. — Ты знаешь хоть одну причину, почему они не могут? Они же боги!

— Но Мама…

— Ты заметил, что она отличается от других? — немного язвительно спросила Марла.

— Да, заметил, — признался Ласка, снова взъерошивая свои волосы. — Но даже если бы она была богиней, разве я не должен верить в неё, чтобы быть её священником?

Марла кивнула.

— Да. Так и есть. Это первый шаг. И если теперь скажешь, что это не так, я уйду, будучи уверенной, что мой бог ошибается на твой счёт. — Она насмешливо улыбнулась. — Итак, Ласка, скажи мне, что ты не веришь в неё, и тут же избавишься от меня.

— Я не верю, что она богиня, — непоколебимо ответил Ласка. — Это была просто её шутка. Трюк.

Марла молча смотрела на него мгновение, затем подобрала юбки и встала.

— Свобода воли, — прошептала она, повернулась и пошла к двери. Там она отодвинула засов, отчего зазвенел маленький колокольчик. Ласка кое-что вспомнил, размытое воспоминание, словно из сна.

— Подожди, — тихо попросил он.

Она замерла и вопросительно посмотрела на него.

— Вернись и сядь, — вздохнул он, снова проводя рукой по волосам. — Скажем так, я не уверен, — признался он. — Скажем, что это возможно, я верю в неё. Что тогда? Это само по себе не делает меня её священником, не так ли?

Марла старательно задвинула задвижку и коснулась маленького колокольчика, заставив его замолчать.

— Я ничего не говорила о том, что ты решил стать её священником. Я только упомянула, что она сама выбрала его. Тебя. Потому что ты прав, — добавила она, садясь обратно на стул и принимая ту же позу, что и раньше. — Ты не будешь её священником, пока сам не решишь стать им.

— Хорошо, — сказал Ласка, прекратив борьбу со своими волосами. Они так запутались, что он, должно быть, всю ночь ворочался во сне. Он подошёл к буфету и достал расчёску.

— Мне сделать это за тебя? — тихо спросила она, но Ласка покачал головой и начал расчёсывать волосы.

— Ну хорошо. Допустим она богиня. Почему троица должна бояться её?

— Потому что она древняя.

— И что?

— Посмотри, Ласка, — промолвила она, следя взглядом за каждым движением расчёски.

— Боги обретают свою силу благодаря вере в них. Но что произойдёт, если они потеряют своих верующих? Мир продолжает вращаться даже для богов. Что, если те, кто когда-то верил в них, исчезли, потеряны, завоеваны, соблазнены другими верованиями? Что тогда от них останется?

— Не так много, — ответил Ласка, отложил расчёску и заново завязал волосы. Он взял кубок и встав спиной к окну, окинул Марлу задумчивым взглядом. — Тогда они потеряют своё могущество. Это то, что случилось с Мамой?

Марла склонила голову.

— Возможно. Но что у неё осталось?

— Не знаю, а что?

— Знания, Ласка. Очень много информации было забыто, и только она одна ещё знает её. Подумай, некоторые боги исчезали потому, что сами того хотели. А что, если она снова появится, захочет собрать вокруг себя новых последователей, чтобы снова обрести могущество?

— Именно так поступает этот мёртвый бог, верно? — догадался Ласка. — Вот каким образом он хочет снова обрести силу!

— С ним всё немного иначе. Он мёртв. Он должен полностью воссоздать себя. Но да, Ласка. Именно этого хочет добиться Коларон Малорбиан, император-некромант: чтобы Омагор появился вновь и передал ему свою мантию.

— А Маэрбеллина? Я знаю, что она уважает троицу. Она не ведет здесь войну!

— Да. Кажется, она не ищет раздоров. Но боги ревниво следят друг за другом и не хотят быть приниженными. Они торгуются за каждую душу, которую могут получить. Они — наши боги и не терпят других рядом с собой. Но даже если Маэрбеллина уже не так могущественна, как прежде, она сохранила свою божественность. И то, что ты веришь в неё, уже говорит о том, что она приобрела здесь влияние, на которое другие боги смотрят с подозрением.

— Ты думаешь, что троица пойдёт против неё? — удивлённо спросил Ласка. — Я не могу себе этого представить!

Марла сдержанно рассмеялась.

— О Ласка, — ухмыльнулась она. — Даже у богов есть свои правила. Пока она их соблюдает, они должны позволить Маэрбеллине идти своим путём. Малорбиан — тот, кто нарушил правила, таким образом развязав битву богов. И это случилось не только что, Ласка, а давным-давно. — Она поправила свои юбки. — Мир стар, Ласка. В нём мало что нового. А некоторые вещи повторялись много раз. Это не первая война богов, и не последняя. Но на этот раз именно мы должны сражаться за наших богов. И здесь в игру вступает мой господин. Он видит всё в другом свете.

— И как?

— Есть и другие, кто когда-то сражался в похожей битве, которая сейчас предстоит нашим богам. Но троица хочет сражаться в одиночку. — Она в недоумении пожала плечами. — Возможно, потому что полагает, что другой помощи не требуется? Я не знаю. Только мой господин считает, что помочь могут и другие. Древние силы. Например, Маэрбеллина. Мой господин думает наперёд. Он хочет, чтобы эта тьма, которая является наследием Омагора, была уничтожена навсегда! Он говорит, что это и наша битва, и у нас, людей, должен быть выбор, кого звать на помощь, а кого нет.

— Ты думаешь, я поверю в это? — вскричал Ласка. — Твой господин — тот самый, кто наслал на нас проклятый дар! Это он разрешил осёдлывать души! И теперь ты говоришь, что он на нашей стороне? — Он с такой силой поставил кубок на стол, что остатки вина расплескались. — Я сражался с теми, кто служит ему, кто во имя его осёдлывает души! Я видел тени, Марла, те самые, которыми ты мне угрожала! Также я видел, как он забирает тех, кто принадлежит ему. Если спросишь меня, то я не вижу разницы между ним и этим мёртвым богом! И теперь я должен просто поверить, что он хочет для нас лучшего?