Чтение онлайн

«ТУУ!».

И снова шаг.

– «Давай!».

«ТУУ!».

Хрипя от напряжения, мы вместе, в едином порыве, навалились на наши щиты. Огромные красные корыта, укрывавшие впередистоящих щитоносцев по самую бровку шлема, затрещали, и вновь оттолкнули, раздвинули сгрудившихся за ними противников.

– «Пошла, пошла, родимая!» – радостно заорала я, чувствуя, как отступают навалившиеся на меня тела легионеров, как пятится назад обессиливший Хай, как становится легче дышать. Едва стоя на трясущихся от напряжения и усталости задних ногах, я с трудом держала огромный, тяжелый щит, чувствуя, как медленно но верно поддается противостоящий нам строй – «Давай, еще один шаг!».

«ТУУ!».

Внезапно, сопротивление, камнем давящее на мой щит, исчезло, и я испуганно вскрикнула, чувствуя, как огромное красное корыто проваливается куда-то вперед, руша весь строй. Стоило лишь щиту наклониться, как в его верхнюю часть вцепилось не меньше пяти копыт, изо всех сил пытающихся наклонить, вывернуть его из общего ряда, словно прогнившее бревно частокола. Впившись, как клещ, в рукоятки скутума, я чувствовала, как проваливаюсь вместе с ним куда-то вперед и вниз, представая перед своими противниками как выложенная на блюде поджаристая свинка. Заметив блеск деревянных шаров, я лишь успела зажмурить глаза, увидев сразу четыре устремившихся в мою голову копья, но в следующий момент я уже летела, как камень из пращи, катапультированная назад, в ряды своих солдат, резко распрямившимся щитом, подхваченным множеством дружественных ног.

– «Уф! Вот ты где, кентурион!» – послышался подо мной глуховатый голос тубицена, на которого приземлилась моя пищащая, дрыгающая в полете всеми четырьмя ногами тушка – «А мы уж думали, что потеряли тебя! Ты чего вперед полезла, а?!».

– «Я должна личным примером…» – начала оправдываться я, с трудом поднимаясь с земли. Кажется, этот полет не отбил мне ничего, кроме желания так же глупо лезть вперед и подставляться под чужие копья – «…чтобы все видели, что командир не просто…».

– «Да видели все уже, видели!» – проорал мне на ухо Грим Стоун, поправляя свою трубу и весело глядя на меня из-под колышущегося над его головой знаменем кентурии – «Хватит уже геройствовать, Раг, дай и другим совершить хоть что-нибудь!».

– «Да, как же. Небось смотрели на меня и ржали, делая ставки, как долго я смогу трахаться с этим корытом!» – сердито прохрипела я – «А ты чего тут стоишь без дела, как памятник будущему величию Легиона? Труби давай, пусть сделают еще шаг вперед, после чего будем готовить клин!».

«ТУУУУУУУУууууууу!».

– «Вряд ли такое забудешь» – повторила я, вновь мрачнея при взгляде на зажатый под бабкой листок. Похоже, я сама не осознавая того, до сих пор стискивала его в своей взмокшей ноге – «Но то, что будет происходить сегодня вечером – это явно не то протокольное мероприятие, которое было запланировано неделю назад. Кто-то очень сильно ненавидит еще не созданный Легион, и готов приложить все силы, чтобы нам помешать. Сперва – ссоря нас с окружающими и пытаясь отрезать от любой поддержки. Наш рекрутский пункт пока единственный во всей Эквестрии, но даже он далеко не ломится от наплыва желающих, а уж с этой пропагандистской компанией, развернутой против нас…».

– «А как же принцесса Селестия?» – удивленно спросил кто-то – «Почему она или ее сестра не вмешаются? Я вот, например, до сих пор помню, как газеты поливали тебя грязью еще год назад! Разве ей сложно повелеть, и…».

– «Ага. Взмахнуть белоснежным крылом – и все наши проблемы мгновенно разрешаться!» – ядовито фыркнула я – «Боюсь, жеребцы и кобылы, мы остались с вами одни. Самим фактом создания Легиона мы пошли наперекор традициям и костной, замшелой системе, сложившейся в эквестрийских войсках, и теперь пожинаем плоды. Я чувствую, что кому-то очень нравится то, как медленно слабеет гвардия, не способная разобраться даже с отдельными бандами грифонов, как безуспешно бьются дипломаты, пытаясь напугать наших врагов голой задницей, но если мы с вами сдадимся, если бросим все и не выступим вперед – боюсь, Эквестрия недолго протянет в том виде, в котором она оставалась уже сотни лет. Что же до принцесс… Мне кажется, что даже богиням нужна помощь простых пони, и именно поэтому одни из главных ударов наносится по мне. Кому-то очень нужно, чтобы Повелительница и Госпожа потеряли веру в нас, и лучше всего это сделать, лишив меня доверия их возлюбленных подданных, носительниц элементов гармонии».

– «Да ладно тебе так переживать, кентурион!» – вскочила с места оранжевая, как апельсин, пегаска – «Политика, заговоры, гармония… Эта радужнохвостая решила отвернуться от тебя? Ну и овес с ней, раз у нее репа вместо головы! Зато у тебя есть мы, правда? Видела, как мы отделали этих зазнаек, а? Теперь никто не скажет, что пегас не способен к работе земнопони!».

– «Только если это пегас из Легиона» – поправил ее Хай, перекрикивая радостные голоса. Частокол ног радостно поднялся над дожевывающими свой завтрак пони, и множество копыт радостно грохнуло о поверхность столов, подтверждая слова оранжевой пони – «Из Легиона Скраппи Раг!».

Подняв голову, я робко улыбнулась, ошарашенная столь безоглядной поддержкой. Разноцветные пони, такие разные – и такие одинаковые в своих сегментарных доспехах, дружно колотили копытами и кружками по столам. Они верили, верили мне – еще два года назад никому неизвестной пегаске с востока страны, и я почувствовала, как на глаза наворачивается непрошеная влага. Я почувствовала, что не могу, не имею права предавать этих пони, доверивших мне свои жизни, но что еще важнее – доверивших мне свое будущее.

«Ну что ж, Вондерболты, да? Отлично. Попробуем сыграть в вашу игру!».

– «Ииииитак, дорогие леди и джентельпони, меня зовут Мадден, и сегодня мне выпала честь организовать и комментировать одно из самых необычных соревнований, которые когда-либо видел Клаудизей! А помогать мне в этом будут самые знаменитые, самые неординарные, и чего уж греха таить – самые интригующие пегасы Эквестрии! Итак, справа от меня находится Сорин – повсеместно известный, харизматичный пегас, бессменный помощник капитана Вандерболтов!

– «Спасибо, Мадден. Думаю, это будет интересный турнир, несмотря на громкие заявления этих новичков. Капитан Спитфайр обещала присоединиться к нам чуть позже, а пока, я надеюсь, что все закончится до того, как остынет мой любимый вишневый пирог».

– «Слева от меня сидит… Ууууууу, вы не захотите его увидеть, вы побоитесь его услышать, и уж если он пролетит рядом с вами, то… Встречайте – лидер восстановленной тройки Шедоуболтов, Десцент!

– «Нда-да, я крайне возбужден этим милым зрелищем. Сколько пони пришли посмотреть, как задиристых новичков втопчут в грязь, фигурально выражаясь, конечно. Видимо, еще не все потеряно для нашего рода, правда?».

– «Ну что ж, теперь, когда мы должным образом представлены, а участники сегодняшних событий готовятся к своему выходу на облачный стадион, давайте поговорим о составе сегодняшних команд!».

Познакомившись с регламентом «соревнований», я только и могла, что долго и злобно материться, угрожая пустить кишки тому, кто придумал эту ахинею, пока Хай тащил меня в сторону нашей раздевалки. Я-то, глупая, надеялась быстренько отмучатся, слив бой сраной кучке профессионалов, которых, без сомнения, выставит против нас Вайт Шилд, после чего, с чистой совестью, покинуть этот необычный, красивый, но столь неприветливый ко мне город, чтобы уже никогда не возвращаться на родину всех пегасов Эквестрии. Однако тем, кто задумал все это представление, было мало добиться нашего поражения – их планы простирались гораздо дальше, но в тот момент мне было плевать на все и вся, и лишь присутствие моего опциона заставляло меня держать себя более или менее сдержано.

Более или менее.

– «Кентурион!» – всунувшаяся в дверь раздевалки, где я отводила душу, пиная ни в чем не повинный стол, всунулась голова Хая, впрочем, тут же исчезнувшая обратно за дверь, дабы избежать близкого знакомства с низкой скамейкой, которую я запулила в первый же попавшийся внешний раздражитель – «Тут кое-то хотел с тобой поговорить, и просит подняться к ним на трибуны. Пойдешь, или послать?».

– «А сам как думаешь?!» – злобно прохрипела я, ища глазами, что бы еще такого в этой комнатке разломать – «Может, мне еще станцевать перед ними? Пошли их naher!».