Рождение музыканта
Шрифт:
– Где злодей Кюхельбекер? – на ломаном русском языке вопросил его светлость. – Не пытайтесь укрыть злодея и родственника вашего, правительству все известно!
Неведомо почему, Глинка отвечал по-французски. Он объяснил, что никакого родства у него с Кюхельбекером нет. Очевидное недоразумение. Названный его светлостью Кюхельбекер действительно состоит в свойстве, но совсем с другими Глинками… Титулярный советник проявил при этом особую смелость и говорил охотно, потому что у тех Глинок, с которыми действительно был в свойстве Кюхельбекер, глава семьи состоял придворным кавалером.
Полуподозрительный, холодный кивок его светлости – и возвращенная свобода…
– Едем, Корсак, немедленно едем!..
В предотъездных хлопотах Глинка еще прочитал в газете «Русский инвалид» первое правительственное оповещение о злоумышленниках; потом по городу расклеили особое объявление о розыске «злодея Кюхельбекера». После событий прошло уже несколько дней, значит Кюхли не нашли…
При растерянности, в которой пребывало Главное управление путей сообщения, Глинке удалось получить отпуск сравнительно легко.
Он наспех укладывался. Брать или не брать с собой сонату для альта с фортепиано? Поглядел на нотные листы, на которых так и не прибавилось ни одной новой строчки, и. отложил в сторону. Он жил одной единственной мыслью – только бы скорее вон из этого города.
Может быть, и никогда не завершит своей первой сонаты сочинитель. Может быть, потерпит он поражение, но что из того? Бывают такие поражения, что стоят иной победы.
Вольная стая песенных голосов уже простерла свои крылья над миром. В ней, артельной песне, жив великий народ. Она, русская песня, зарей всходит на востоке и обогреет все царства. От нее родится вся русская музыка – придет час!..
1942–1948