Рожденные лихорадкой
Шрифт:
– Союз, мать вашу, – огрызнулся Риодан.
– Она права, – сказал я. – Мы можем быть либо союзниками, либо врагами. Выбирай тщательно.
Бэрронс посмотрел на Риодана.
– Он может оказаться полезным.
Я фыркнул.
– Если я и соглашусь на то, чтобы стать союзниками, то у меня будет ряд условий. И первое из них – верните останки моего дяди.
В моих руках Мак вздохнула и расслабилась.
– Говорила же, что ты должен рассказать ему.
Я повернул голову так, чтобы видеть её.
– Рассказать мне что?
– Я говорила им, что они должны тебе довериться. Что ты имеешь право знать.
Правда. Я ослабил свою хватку, и она выпрямилась в моих руках, но высвободиться не попыталась.
– Ты бы не стал делать то, что сделал, – многозначительно сказала Мак Риодану, – если бы не был готов иметь дело с этой неотъемлемой составляющей жизни того, с кем ты это проделал. И это больше, чем чтобы то ни было, свидетельствует о твоём отношении к клану Келтаров. Доверься Кристиану. Сделай из него союзника. Врагов у нас и без того хватает.
Риодан долго смотрел на Мак, а потом усмехнулся.
– Ах, Мак, иногда ты удивляешь меня.
– Приму это за тот ещё комплимент, – с иронией ответила она. – Я веду к тому, что вы можете и дальше пытаться задать Кристиану жару. Можете начать на него охоту и однажды, возможно, даже сможете поймать его и убить. Но при этом вы проведёте маленькую вечность как накачанные тестостероном дикари, какими время от времени все вы бываете.
Бэрронс и Риодан окинули её идентично неодобрительным взглядом, и я тихо рассмеялся.
Она проигнорировала их.
– Поразмыслите над силой, которой он обладает. Неужели хотите, чтобы она была направлена против вас. Подумайте о возможностях, которые откроет перед вами этот союз. И о том, сколько всего потеряете, если станете врагами. В этом коридоре трое невероятно могущественных мужчин. Если хотите устроить потасовку, то сначала заключите союз, а затем отметельте друг друга. Но с одним условием. Никаких убийств. Никогда.
– Хреновы Горцы, – заворчал Риодан. – Как только увидел вас, тут же понял, что от вас будут одни неприятности.
– Друг или соперник? – спросил я.
Риодан долго смотрел на меня, не двигаясь. И в конце концов сказал:
– Бывают времена, когда я мог бы воспользоваться просеивателем, – заметил он.
– Думаешь, я подпущу тебя к себе настолько близко? – хмыкнул я.
– Который переместил бы кого-то, вроде Танцора или Джады, обследовать различные места.
Я кивнул. Это не сложно.
– Бывают времена, когда мне тоже не помешало бы содействие.
– Как например тогда, когда мы стащили твой зад с обрыва, – отрезал Риодан.
– Видите, как у вас здорово получается работать вместе? – с энтузиазмом спросила Мак.
– Ты никогда не заговоришь о том, что узнаешь сегодня, – сказал Бэрронс.
– На это я не соглашусь.
– Тогда вперёд, можешь разрушить клуб, – холодно произнёс Риодан. – А я и мои ребята будем охотиться на тебя до конца времён. Враг или союзник, Горец. Так или иначе, но это будет колоссально.
– Дай слово, что будешь верен союзу со мной. Пообещай, что никогда не попытаешься убить меня. Скажи это, – потребовал я, чтобы оценить его слова. Для этих мужчин честь важна так же, как и для меня. Какими бы мы не были испорченными, внутри нас остается этот стержень, иначе мы превратились бы в злодеев. Если Риодан скажет это вслух, и это окажется правдой, то он будет держать слово, которое дал. Как и я.
– Я не могу дать гарантию, что это прозвучит как правда, – предупредил Риодан. – Во мне есть что-то, что никому и ничему не покоряется. И если ты сосредоточишься на этом, то что бы я ни сказал, будет казаться тебе ложью.
– Тогда мы станем врагами. Советую тебе быть убедительнее.
Риодан посмотрел на Бэррронса, и они обменялись долгим взглядом. Затем Риодан отвернулся от него, выглядя крайне раздраженным.
– Мы союзники, – произнёс он.
– И мы будем защищать друг друга и сражаться вместе против общих противников. Скажи это.
Он повторил хладнокровно.
Я ждал.
Он смотрел на меня, а я – на него. Я не просил продолжить. Он и так знал, чего я жду.
– И мы никогда не станем нападать друг на друга.
От его слов веяло холодом. Это не имело значения. Он их произнёс.
Затем я посмотрел на Бэрронса, который повторил то же самое. В голосах обоих звучали отголоски священной клятвы. Правда.
Неторопливо подойдя к стенам, которые я воздвиг, скрестив со мной взгляд, Риодан вкрадчиво и с угрозой произнёс:
– И мы будем охранять секреты друг друга, как свои собственные.
«Мудила,» – подумал я. Но понимал, что без этого он не скрепит сделку. Если я не соглашусь на это условие, мы зайдём в тупик. А по правде, я предпочитаю превратить их в союзников, а не во врагов. Тёмные уж точно меня не прикроют.
Бэрронс эхом повторил слова.
– Твоя очередь, Мак, – произнёс я.
Она пораженно посмотрела на меня, но повторила всю клятву.
Я произнёс её с ней вместе. От начала и до конца. Включая часть про секреты. А затем я достал нож и полоснул себя по запястью.
Бэрронс и Риодан обменялись очередным загадочным взглядом.
– На крови, – потребовал я. – Моей и вашей. Таков древний и нерушимый завет Тёмного Принца.
– Охренеть какой требовательный, – тихо сказал Риодан Бэрронсу.
– Магия не имеет силы против нас, – сообщил мне Бэрронс.
– Слышал, что кое-какая имеет, – ответил я. Ходят слухи, что Лора приковала Тёмная Принцесса в офисе Риодана.
Бэрронс мрачно ухмыльнулся, и это мало что прояснило.
– Ты хоть догадываешься, что нахрен творишь, горец?
– Не сомневаюсь, что разделив с вами двумя кровь, попаду так, что мне мало не покажется. И тем не менее, я это сделаю.
Я убрал стены, отпустил Мак и медленно пошел вперёд.
Мы вчетвером с осторожностью сблизились и остановились в центре коридора.
И лишь тогда, когда над порезом на руке у каждого из нас, включая Мак, что оказалось целым делом, учитывая, как быстро она исцелялась, оказался мазок из смешанной крови, я расслабился.
Я видел, как вокруг нас замерцала магия нашей священной клятвы. Ритуал был проведён должным образом высшим друидом, и потому имел невероятную силу. Им стоило беспокоиться не только о крови Тёмного во мне.