Чтение онлайн

На противоположной от него стороне столбов находились изваяния — циклопы из древних мифов Терры. С ужасающей синхронностью жуткие существа открыли глаза, чтобы посмотреть на нарушителя.

С оглушительным ревом они двинулись вперед, оставив колонны, и от тяжести их поступи задрожала земля.

Т'келл, не колеблясь, бросился в бой и ощутил, как наконечник копья впивается в плоть...

Циклоп, пронзенный метром стали, заревел еще громче. Он забился в агонии, чуть не стряхнув Т'келла, но тот крепко вцепился в древко, хотя уже не доставал ногами до земли. Второе чудовище попыталось схватить его мясистыми лапами. Легионер выхватил из информационного потока сияющий меч.

Один удар клинка отсек кисть циклопа. Темная жидкость хлынула из обрубка со звуком, похожим на механические помехи. Циклоп начал съеживаться и упал на колени, а Т'келл, отпустив копье, взял меч обеими руками и отрубил чудовищу голову.

Легионер развернулся и увидел, что первый циклоп избавился от копья. Он переломил его пополам, и обломки рассыпались фрагментами взломанного кода. Но Т'келлу оно уже не было нужно. Циклоп, мстительно сверкая глазом, ринулся вперед, а меч начал разгораться все ярче...

Клинок сжег чудовище, сначала ослепив его, затем испепелив плоть до самых костей, пока не осталась только каркасная модель, обвалившаяся под тяжестью собственной нарушенной логики.

Пыль после уничтожения циклопов еще несколько секунд кружилась в воздухе, а затем была втянута ненасытным информационным потоком, питающим грозу.

Ворота открылись настежь, как только Т'келл подошел к ним вплотную.

Оставался только шторм, и, едва переступив порог, легионер сразу ощутил присутствие машины и увидел громоздкую тень, лишь частично скрытую бурей.

Он шагнул вперед, и шторм его подхватил.

Перед ним возник левиафан с множеством щупалец, из пасти монстра вырвалась молния...

Т'келл держался, несмотря на энергетические выбросы, грозившие выжечь его нервную систему. В потоке враждебного мусорного кода он искал путь к мозгу левиафана и нашел решительного и агрессивного защитника — по сути, орудие поиска и уничтожения противника.

Он атаковал его. Тлеющая плоть отвратительно воняла. Легионер держался, не обращая внимания на невыносимую боль. Держался даже тогда, когда тактильные импланты начали плавиться в гнездах.

А когда его силы были на исходе, он закричал:

— Вулкан!

От доспеха уже поднимался дым. Жар плавил соединения, но Т'келл держался.

Буря била в лицо, молнии молотили по одеянию из шкуры змия до тех пор, пока не показалась обуглившаяся плоть. Меч Т'келла, который он поднял над своей головой, едва мерцал в темноте, нагоняемой щупальцами левиафана, пытавшегося его заглушить.

Он вскричал:

— Вулкан!

И слово обратилось потоком кода, усилившим пламя меча. Оно разгорелось мгновенно.

Свет клинка стал ярким и обжигающим, словно солнце. Он отвел молнии и вобрал в себя ярость грозы. Чудовище было уже близко — вот все, что мог видеть Т'келл. В блестящем огромном глазе он увидел отражение своего обожженного лица. Омерзительное порождение ада должно было сейчас умереть.

Меч в руке он превратил в вихрь очищающего кода, отчаянным криком отверг притязания подступающей бездны и ударил...

Галлик попятился. Он истекал кровью. Одна из ретинальных линз лопнула, и налитый кровью глаз смотрел на врагов сквозь оставшееся отверстие.

«Врагов... Когда-то я называл их братьями».

Шесть Призраков уже пали. Им был необходим криостазис. Им была необходима машина.

— Они становятся медлительнее... — невнятно пробормотал Арем.

Улок ничего не ответил. Он ждал неподалеку, предоставляя сражаться своей когорте.

Галлик горько усмехнулся и поднял сильно побитый щит. К нему приближались еще четыре Призрака.

Позади них ждал Улок.

Т'келл рухнул на колени. Тонкие струйки пара поднимались от доспеха там, где броня спеклась с пораженным телом, и тонкий слой инея растаял.

Левиафан был мертв. Он уничтожил его.

Отец Кузни с трудом поднял голову и посмотрел на ряды контейнеров, чтобы оценить свои действия.

Мертвые глаза смотрели сквозь быстро оттаявшие окошки. В застывших взглядах не читалось какого-либо отношения к перемене участи.

— Что умирает, то умирает, — прохрипел он и наверняка упал бы, если его не подхватила чья-то рука.

— Брат Змий! — окликнул его Ящер. — Кажется, я пришел вовремя. Тебе необходимо убираться с корабля.

Апотекарий с трудом поставил его на ноги, а потом посоветовал отвернуться, пока он рассекает механодендриты, подключенные к машине. Освобождение сопровождалось еще одним всплеском мучительной боли.

— Благодарю… — выдохнул Т'келл.

— Не стоит, пока не покинешь этот корабль. А чтобы мог идти, я тебе кое-что введу. Боль пройдет мгновенно.

Ящер достал из нартециума шприц-ампулу и ввел ее содержимое в шею Отца Кузни. Туман перед его глазами рассеялся, и боль в теле начала утихать.

— Стимулятор, — пояснил апотекарий. — Но действует недолго. Идем.

Он едва скользнул взглядом по контейнерам с захороненными легионерами, а затем вывел технодесантника из криозала через служебный люк достаточного размера, чтобы пропустить воина в громоздком доспехе.

— Я должен известить Галлика, — сказал Т'келл.

— Он все узнает, — заверил Ящер и указал на узкий проход. — Этот коридор выведет тебя прямо к пусковому отсеку. Корабль уже готов к вылету. Его подготовили еще тогда, когда я отослал твоих братьев.

Отец Кузни кивнул:

— Это ведь и твои братья, Ящер.

— Нет. Я так не думаю. Легион умер на Исстване V. Я видел его гибель. А я призрак, ничем не отличающийся от оттаивающих тел в усыпальнице, из которой мы только что вышли.

— Я рад, что встретил тебя, — сказал Т'келл. — Если мне удастся вернуться на Ноктюрн, я позабочусь, чтобы твое имя не было забыто.

— Когда-то давно у меня и правда было имя. Теперь я не ношу его. С меня хватит и Ящера.

— Пусть так, — согласился технодесантник.