Чтение онлайн

— Полковник, — солидный товарищ в роговых очках внимательно оценил Воронова, — вы уже определили хотя бы в целом концепцию ваших машин?

— Они есть в брошюре. Если коротко — небольшие бронемашины в качестве патрульных машин, бронированные грузовики для перевозки личного состава, многофункциональные броневики поддержки с мощными огневыми средствами. Тяжелые пулеметы, 30-миллиметровые автоматические орудия, ПТУРСы, автоматические гранатометы, и главное — противоминная защита.

— Ого! — воскликнул кто-то.

— Не «ого», а очень надо. А также нам необходима многослойная комбинированная броня, активная защита и современнейшая электронная начинка для управления. И стоит подумать о бронированных автомобилях для подразделений тылового обеспечения. Чтобы мы больше так не опасались нападений на собственные конвои.

— Не слишком, полковник?

— Вы считаете, что солдат бабы снова нарожают?

Жесткий тон ответа военного из будущего заставил многих задуматься. Ох, не зря он так заботится о личном составе. Знать, какой-то опыт кровавых боев уже имеется. Генерал Потапов довольно хмыкнул. По его личному мнению, забота о своих подчиненных много говорит об офицере. Неожиданно встал и выступил и Ахромеев, до этого долго молчавший.

— Товарищи, давайте не будем забывать, что мы создаем армию нового типа. Более профессиональную и мотивированную. Нам не нужна лишь бы какая техника, а только самая безупречная. Остальную рухлядь мы лучше продадим папуасам, чем будем гробить в ней наших солдат. Советский боец должен быть уверен, что он воюет на лучшей технике в мире. Ваша забота — создать ему такое оружие. Партия и правительство, как видите, не жалеет на это средств, в том числе и валютных. Очень надеюсь, что вы меня не подведете.

Министра обороны слушали молча. Больно уж жесткой нынче выглядела сцепка ЦК КПСС и высшего генералитета. Эти не слезут, пока ты не выдашь им необходимое. Значит, так тому и быть!

— «Как все-таки здорово заново иметь молодое тело!» — в тысячный раз повторял Степан, прыгая вверх сразу через две ступеньки. Тело работало, как хорошо смазанный механизм, поднимая его на третий этаж. Наконец-то в его плотном графике учебы и работы выдалось относительно свободное воскресенье для посещения Озэпе. Хотя, как свободное — вечером еще надо было идти с Надей на какое-то очередное светское мероприятие, устраиваемое посольством Франции. Но ничего не попишешь. Ягужинская нынче не последний человек в мире моды русской столицы. Ну и какая мода без Парижа?!

«Так, кабинет тридцать два. Регистрация. Интересненько».

— Молодой человек, почему опаздываете с регистрацией? — сухонький старичок с большой проплешиной на голове строго взирал на очередного проштрафившегося по его меркам посетителя. Он довольно ловко отыскал личную папку Холмогорцева и сейчас что-то записывал туда на редкость каллиграфическим почерком.

— Почему опаздываю? Нашел свободное время и пришел. Регистрация здесь, вообще, зачем?

— Вы в Москве, гражданин, прописаны еще с апреля месяца, неужели не было свободного часа, чтобы зайти? Порядок никто еще не отменял.

— Не понял, — Степан ловко выхватил паспорт и вызывающе посмотрел на старого кадровика. Кем еще мог быть этот странный человечек? И наверняка ведь приставлен от «кого надо». Специфика поведения, как говорится, «на лицо». Ох, сколько их еще в стране советской — всевозможных человеков с синдромом «вахтера». — Знаете, я тут никому и ничего не обязан. И общество у нас, заметьте, добровольное! Вам какое до него дело? Зарегистрировали и помалкивайте.

Старик в ответ на явное хамство обидчиво поджал губы, его голос остался таким же монотонным, но глаза предательски загорелись.

— Молодой человек, во всем должен быть порядок. Раз вам сказали записаться в Озап, значит, так нужно государству.

И тут Холмогорцев не выдержал.

— Во первый, уважаемый, — наверное, только в русском языке это вполне пристойное слово можно интонацией сделать ругательным, — я вам не молодой человек, и вряд ли вы старше меня. Во-вторых, никакой обязаловки в нашем обществе нет и быть не может. Перечитайте еще раз его Устав. В-третьих, да кто вы такой, чтобы прикрываться интересами государства!

Кадровик буквально остолбенел и попытался что-то ответить, силясь найти во враз опустевших легких воздух, но Степан уже вышел за дверь. Через закрытые двери вдогонку глухо донеслось.

— Попаданцы херовы! Вы еще поплачете у меня! Развели, понимаешь, демократию!

Холмогорцев даже не заметил, что кого-то нечаянно толкнул в коридоре. Он уже повернулся, чтобы извиниться, как услышал хорошо знакомый голос.

— Степа, какими судьбами и чего такой злой?

Перед ним стоял Павел из Ярославского Центра. Его блондинистая шевелюра сейчас была приведена в относительный порядок, а на самом молодом человеке ладно сидел кремовый костюм двойка явно импортного производства.

— Извини, этот ваш, — Холмогорцев кивнул в сторону кабинета, — кого хочешь доведет!

— Ильич то? Старый кадр, а кадры тут решают все. Но ты прав. Больно много жалоб на него, но тут не нам решать.

— Чего так? Общество добровольное, а развели бериевскую богадельню! Мы им не дети малые!

— Степ, ты где живешь, не забыл? Где эти гаврики тебе более современных барбосов наберут? С кадрами сейчас конкретный затык. Да, кстати, сам чего сюда пришел?

— До хотел вот узнать, что тут и как. Как бы помощь Родине оказать в посильном.

— Понятно, — Павел широко улыбнулся. — Тогда тебе в двадцать пятый. Там Леонид Николаевич сидит, ну ты его видел в нашем Центре. Чиновник из областной администрации. Представляешь — человек нашел себя тут. Да не хмурься, он тебе абсолютно все по делу расскажет, что и как, и к кому. Пацан карьеру делает, старается изо всех сил. Умеет ведь работать, когда захочет.

Холмогорцеву оставалось в ответ только иронически хмыкнуть. Внезапно из-за угла появилась фигура в сером костюме.

— Павел Иванович, вас уже машина ждет, — «прикрепленный», а это по мнению Степана был именно он, показательно постучал по наручным часам. Павел огорченно пожал плечами, кивнув в сторону поджидавшего кэбиста.

— Извини, сам себе не принадлежу, бываю тут набегами. Кстати, как сам?

— В науке, учусь и работаю. Летом в археологической экспедиции был. Уже есть результаты.

— Правда? — лицо Павла вспыхнуло искренней радостью. — Это, знаешь, очень здорово, когда наши чего-то добиваются сами. Да, чуть не забыл. Тут же время от времени весьма интересные мероприятия бывают. Через две недели встреча с писателями из наших. Коля Истомин, второго не помню. Оба фантастику пишут. Знаешь?

— Конечно! Кто не знает Истомина. Он что — тоже тут?