Чтение онлайн

— Испугался. И не смотри так, я же этого идиота попросту убью. Понимаешь, меня с самого начала по части магии не для светских салонов готовили. Раньше за мной хотя бы присматривали, чтобы сдуру какое-нибудь боевое плетение не применил. А сейчас и присматривать некому, и я отныне если и вспоминал и тренировал, то в основном боевые чары. Он же как маг Огня на дуэли всякие красивые школьные фаерболы и печати кидать будет. Обжечь, поцарапать. А у меня сейчас в голове из атакующих плетений — сплошные на разрыв сердца, проклятия и прочее. Ошибусь, а ему потом гнить заживо. Дурак и мелкая скотина, но не калечить же из-за этого пацана на всю жизнь? Ладно, до свидания. Пойду домой думать, как мне этого идиота не прибить. Один плюс, выйду теперь не через окно и потом по грязи в саду, а нормально через дверь.

Оля на попытку пошутить вежливо хихикнула и сказала:

— Уверена, ты справишься.

Над планом дуэли Михаил и сёстры в режиме «мозгового штурма» просидели до позднего вечера. За противника «играла» Аня как маг Огня, остальные пытались её победить не искалечив. Проблема была в том, что Вода — стихия в первую очередь заточенная под защиту. Атакующих плетений в ней не так много. И практически всё из школьно-учебного курса, рекомендованного для поединков, Михаил знал лишь в теории. И даже если покопаться в Библиотеке и их освежить, ему попросту не хватит наработанной в реальности скорости и реакции применять всё на дуэльном поле. Он перед стартом в Библиотеке учил и потом оттачивал исключительно боевые чары. Вот здесь и возникала та самая проблема меры. Бросить чего полегче, что-то вроде ледяных игл? Слишком слабое плетение, оно разобьётся о защиту Огня. Нарастить мощность, сделать плотнее и устойчивее, чтобы иглы превратились уже в копьё — почти наверняка переломаешь противнику рёбра.

Наконец-то более-менее приемлемое решение было найдено. Михаил отправил условия дуэли. И потому сейчас стоял недалеко от границы квадрата три на три километра, в котором плоскую степь скрашивали отдельные пятна кустарника и хаотично разбросанные небольшие группки тополей. Самая большая из доступных по Дуэльному кодексу арен. Хорошо недалеко от санатория имелась площадка, а дирекция из каких-то своих соображений согласилась помочь и быстро всё приготовить. Михаил подозревал, что «соображения» назывались взятка от Николая Румянцева или нелегальный тотализатор, ибо дуэли в здешних краях были огромной редкостью. Сейчас всё это было неважно.

Воздух по периметру квадрата сначала задрожал как над пустыней, дальше помутнел, будто арену окружили пятиметровым забором из грязно-серого непрозрачного стекла. Поединок начался, но по условиям дуэли до активного столкновения ещё два часа. Не зря поле напополам разделила точно такая же серая полупрозрачная стена. Каждый в своей половине имеет право за это время всё осмотреть и подыскать себе место. Михаил с усмешкой посмотрел на обычную лопату, которую принёс с собой. Никаких особых свойств, чар или усиления, древняя как мир деревянная ручка с железной плоскостью. И негромко сказал себе под нос:

— Ну привет, лопата, лучший друг пехотинца. Давно не виделись.

Его задача по плану за эти два часа окопаться и подготовить две стрелковые позиции, соединённые траншеей-окопом. И ждать, пока соперник начнёт атаку. Учитывая, что на лопату заклинания накладывать нельзя, но размягчать землю можно, всё-таки дуэли разрешают разнообразные магические ловушки для противника… Добавить, что после магии земля превратится во что-то вроде рыхлого снега, а перекидать всё можно, ненадолго усилив мышцы маной — окопаться можно успеть серьёзно. Тем более Румянцев не профессиональный боевик, плетения на поиск фоновой магии вряд ли знает. Но даже если и умеет, и сможет отличить свежую позицию от фона, который по всей арене даёт ограда — полнопрофильный окоп выдержит любой лобовой обстрел. При этом в арсенале Огня попросту нет ничего, способного лететь по сложной траектории, всё исключительно по прямой. Разве что накладывать заклинание на стрелу, но луки на дуэлях запрещены. Ну а дальше Румянцев или израсходует резерв впустую, или отвлечётся на обстрел одной из ячеек, думая, что враг засел именно там. Тогда Михаил уйдёт в сторону по окопу и атакует с тыла. Причём необязательно магией. Дуэльный кодекс разрешал брать и использовать любые предметы, если на них в процессе поединка не будет накладываться заклинание. Кистень, пара метательных ножей: если подобраться неожиданно на дистанцию броска или удара, прикрыться вглухую плетениями Воды — противник не успеет за пару секунд пробить защиту, а дальше всё решит примитивный удар кистенём по голове или кровь от ножа в ногу.

Михаил лежал и отдыхал на дне окопа, время словно остановилось. Всё вокруг, близкая рощица, пыльная покрытая жухлой травой равнина — находилось в том безмятежном покое, который составляет исключительную принадлежность летнего дня здесь, в Причерноморье. Томительно-жаркие часы, когда полдень блещет в тишине и зное, и голубой, неизмеримый океан, куполом повис над тобою. На нём — ни облака, вокруг — ни звука. Михаила охватило ощущение нереальности. Был ли последний год? Или на самом деле их полк всё ещё степях Запорожья? Минутка тишины перед артподготовкой противника, за которой, лязгая гусеницами, на русские позиции в очередной раз поползут немецкие танки «леопард» с белыми крестами на броне?

Раздавшийся издали грохот и гул, от которого задрожала земля, заставил сердце ёкнуть и заметаться где-то между ухом и пяткой. Так вашу и эдак! Что, мысли материализуются? Сюда провалился самый натуральный танк? Или что там ещё такое?! Выглянув из окопа, Михаил тут же захотел спрятаться обратно и закопаться поглубже. На него надвигался пятиметровый коричневый человекоподобный гигант, сотворённый из перемешанного щебня и глины. Голем! И создан прямо тут, на месте. Но как? Николай Румянцев его не сможет призвать в принципе, он маг Огня. Даже Маша, с её предрасположенностью к Земле не смогла бы, тут нужен опыт и способности посильнее. Ну или работа инженерной команды магов.

Голем шёл и искал явно вслепую, потому в какой-то момент свернул в сторону от рощицы и окопа. Михаил увидел, что на левой руке вместо кисти у голема крюк… строительного крана, и характерные «ушки» для крепления троса. То есть это обычный строительный голем, который применяют в опасных и трудных условиях или когда требуется мобильный малогабаритный кран? Но такого голема на дуэльном полигоне в принципе не может быть. Хватит, наигрались. Михаил разломил пластинку амулета, которую выдали каждому из участников, если кто-то надумает досрочно остановить дуэль — ничего. Полигон по-прежнему окружала мутная стена. Зато голем как почуял, ибо мгновенно направился в сторону Михаила.

С грохотом и дрожанием пыли прошли тяжёлые шаги над спрятавшимся на дне окопа человеком. Михаил попытался было сменить позицию, но голем мгновенно отреагировал на движение и пошёл следом. Можно только лежать, ощущая, как дрожат стенки окопа, нос забивает земля, как раздаются рядом тяжёлые шаги. Тело требует немедленно выскочить, убегать, прятаться, пока тебя не засыпало. Нельзя. Любой, кто хоть раз проходил обкатку танком, знает — правильный окоп выдержит тонны вражеского веса над головой, а вот если солдат в этот момент дрогнет, покинет укрытие и побежит — пехотинцу конец. Наконец, потеряв неподвижную цель, голем убрался. Михаил сплюнул набившуюся в рот землю и процедил:

— Ну мудила гнилой. Песец тебе.

Теперь понятно, с чего полог по периметру такой странный. Обычно его ставят, чтобы случайное заклинание не вырвалось за пределы полигона. Здесь же его каким-то образом модифицировали, чтобы отсечь наблюдение, а Николай пронёс амулет по созданию голема. Тот, судя по первой встрече, реагировал на магию и движение, а Михаил оказался в положении бойца с пулемётом, против которого неожиданно выпустили БМП. Если сейчас Николаю свернуть шею, даже родной папочка не сможет предъявить претензий. Вот только проблему голема это не решит, вдруг Румянцев идиот и вложил автономный контур наведения? Потому что контур безопасности, который не даёт нанести травму человеку, у голема уже сто процентов отрублен.

К счастью, голем грохотал на всю округу, и без труда удалось его обойти стороной. Николай со злорадной ухмылкой наблюдавший за големом в бинокль, обнаружился на небольшом пригорке со своей стороны. Играть в благородную дуэль уже не имело смысла, поэтому Михаил скрытно ползком добрался на дистанцию атаки, дальше вскочил и побежал.

Николай явно был магом и дуэлянтом посредственным, так как отреагировал с задержкой. Он вскочил, на лице проступил испуг, дальше в Михаила полетело что-то вроде огненного дождя — заклинание весьма болезненное для жертвы, но слабое. Михаил бросил вперёд плетение зеркала, отразившее четверть огненных капель обратно. Одновременно поставил перед собой водяную стену. Как он и думал, Николай со своими школьными дуэлями никогда не задумывался, с чего это боевые маги предпочитают плетения попроще, зато те, которые подряд можно наколдовать сразу несколько. Со стороны Румянцева всё выглядело, что противник ошибся, бросив зеркало, ведь три четверти горячих капель прошли. Ужалят или заставят пригибаться и уклоняться, в любом случае противник теряет скорость бега. И не успеет, пока Николай готовит следующее плетение. Сам-то он, получив часть своего огненного дождя обратно, поставил мощную и плотную силовую завесу. Непроницаемую даже для света, хотя и самому мешало смотреть и атаковать. Михаил просто бросил нож с наложенным заклятием. За счёт материальной основы атакующие чары прошли через силовую завесу, почти не потеряв своей энергии. Нож принял удар защиты на себя, активно поглощая ману, в результате сразу как преодолел полог — упал на землю оправленным горячим комком, не способным причинить вреда. Зато сорвавшееся с него заклятие загнало в тело Румянцева четыре десятка самонаводящихся ледяных игл. Парень заорал от боли, утратил концентрацию. Завеса пропала, и Михаил от души пнул берцем Румянцева в голень, сбивая на землю. Будь сегодня противником взрослый и опытный мужик, Михаил бы сразу на всякий случай переломал ему ноги, но тут хватило ещё пары пинков сапогом в бок и удара кистенём по пальцам.